Элиза Тургенева – Просвет моей уязвимости (страница 4)
И, опережая ответ актера, сама же отвечает:
– Да-а-а!
Любимым местом на участке была грядка. Элиза буквально пасла ее в ожидании урожая, пока бабулита дедушкиными руками совершала особые ритуалы для плодовитости почвы. Как же это приятно, рано утром скользить на пятой точке по мраморной лестнице вниз, вылетать на грядку ногами вперед и видеть там поспевающую морковь! А как она мягко покидает родную землю, источая свежий, едва уловимый аромат и нежно хрустит на зубах… Свекла, петрушка, укроп, огурцы (и даже бешеные), ароматные яблоки, спелая малина и ежевика, слива, песочный кулич и разбившийся арбуз! Если это все еще и соседское, то цены нет такому дню!
Однажды ягода раздора стала причиной одной из нескольких трагедий, принесших тяжелую физическую травму. Мама была на работе, папа тоже, а Элиза считала, что, раз она научилась читать, то пора уже и самой себе накрывать на стол. Детей сложно ловить, особенно когда в их головах рождаются гениальные идеи с намерением молниеносно их воплотить. Потянувшись за арбузом, она не учла, что пластмассовые стулья, как и другие предметы, имеют свойство падать. Законы физики по школьной программе изучают классе в седьмом, а до него достаточно времени для испытания скафандра на прочность. Маленькое тельце приземлилось виском на неудачно примостившуюся к ножке стула кастрюлю. Зашивать не стали, и теперь у ее левой брови есть дугообразное продолжение.
Мама называла ее “заися”, что в переводе с детского означает “заяц”. Средняя сестра не выговаривала и это, зато получалась “Зизя”. Видимо, не просто так в тех краях любили морковь, а с детства еще остался танец, который Элиза сама придумала. В нем нет ничего примечательного, только очень милое. Но сейчас, повторяя его в возрасте, уже не так выглядит… Даже немного странно. Традиция обзываться нежными животными переросла в постоянную игру в различных зверей со страниц энциклопедии, но любимыми в этой серии были представители кошачьих. Несомненно, как и в реальной жизни, они лазали по деревьям, перепрыгивали с ветки на ветку, висели вверх ногами, сидели на подоконниках у окон, наблюдая за прохожими, и выбивали передние коренные железными прутьями. “Папа вдеуает!” – девиз того времени. Обидно только было на школьную фотосессию идти беззубой.
Друзья тоже любили повторять за животными, но с ними играть было иначе, чем исследовать мир в одиночку. Одни маки чего только стоят… Оказывается, коты очень любят ждать, когда коробочка у цветка созреет, чтобы ее бережно открыть со звуком “чпок!” и высыпать на ладошку содержимое, представляя, что это маленькие темные звездочки, которые хотят поселиться в траве, как их белые сестры на небе. Либо заныкать в последнем дедушкином подарке – огромном яйце Фаберже цвета глянцевого индиго на позолоченных замочках.
Делить впечатления с друзьями – это одно. Ставить под сомнение самоценность, оказывается, несложно и даже естественно, когда в семье появляется некий неопознанный субъект. Конечно, догадки были, что рано или поздно это бы произошло, особенно наблюдая за стремительно растущим маминым животом. И тут началась игра в сломанный телефон.
Новая малышка по имени София 9 мая 2008 года с ноги ворвалась в этот мир. С самого начала своего пребывания здесь ее многое не устраивало, что, само собой, сопровождалось громкими и протяжными децибелами. Это не слишком нравилось Элизе, которой и так хватало стресса в первом классе. Ситуация усугубилась, когда второй детеныш внезапно оказался болен и должен был пройти терапию для совсем маленьких пациентов дерматологического отделения. Чтобы уберечь первенца от напасти, было принято решение отправить семилетнюю девочку “с другой какой-то семьей, я их в первый раз вообще вижу, и почему нельзя вернуться домой поскорее? Мама, забери меня-я-я…” Как было доходчиво объяснить, что все это для ее же блага?
– Элизка-киска, как сильно ты любишь маму с папой? Во-от так, а кто крепче обнимет? Нет, я сильнее!
– Ита-ак, – протяжно произнес воображаемый психолог, вскидывая очки на переносицу, – судя по всему, мы имеем дело с созависимым типом привязанности и болезненной сепарацией в запущенной стадии. Что-нибудь об этом слышали? Нет? Н-да, неудивительно, – опустил голову и оценивающе посмотрел поверх очков – созависимых обычно за уши, как крольчат из норок, вытягивают из травмирующей среды. А про социализацию хоть слышали?
Школа для нее представлялась местом с большим количеством коридоров, покрытых скользким линолеумом, по которому, если хорошенько разбежаться, можно было прокатиться в солнечных лучах до самой столовой. Вообще, эта часть здания славилась еще одной достопримечательностью – магазинчиком с приколами. Все там же, выйдя из очереди на обед, можно было затариться всякой всячиной: от канцелярии до управляемых щенят. Девчонки слетались на объемные наклейки с химическим ароматом, забыть который невозможно. Коллекции хранились, чаще всего, в небольших альбомах для фотографий, где на страницах вместо кадров красовались стикеры из разных сфер жизни – животные, герои мультфильмов, цифры, сказочные сюжеты, цветы и прочее. Самыми ценными наклейками были желейные. Но с ними одна загвоздка – страницы склеиваются!
– Элиз, останешься сегодня на продленку? Мне такие классные наклейки привезли, а я у тебя одну помню, которая мне понравилась, давай поменяемся? И музыку послушаем! А если захочешь, я тебе по сети заставку на телефон передам, там котенок экран изнутри облизывает, представляешь?!
Со столовой всегда много чего связано. Это как место силы, только для детей и подростков. Все-таки, плюсы у многодетности были (и есть), в том числе – безоплатная еда на завтрак и обед. Сложно представить, что в тот момент дети действительно понимали выгоду своего положения, поэтому частенько в столовой занимались не тем, чем полагалось. И одну такую ситуацию она хорошо запомнила.
Говорят, парни еще большие сплетники, чем девчонки. Узнать об этом ей удалось на собственном опыте при желании бежать от обратного: “Если буду общаться с мальчиками, то спрячусь от разборок и выяснений отношений”. Чаще всего это правило действительно работало, но бывают же исключения! Судя по всему, каждый человек хоть раз в жизнь должен пережить этот тип стыда. И в школьной столовой, в очередной раз отказываясь от безоплатного обеда в виду личных соображений, они разочарованно смотрели друг на друга во внимании множества глаз и под гимн ритмичных хлопков:
– Мальчик любит Элизу! Мальчик любит Элизу!
А Элиза мальчиков боялась и отправляла обратно подаренные валентинки. Вдруг мама не поймет? И папино ружье… В общем и целом, отношения с противоположным полом складывались по всем правилам хранения и уничтожения секретных материалов. Она любила про себя, стихи бубнила под нос и дергалась от случайных касаний. Танцы усугубляли положение сразу по нескольким статьям: 1) ежедневный спорт придавал выпуклую форму частям тела, из-за чего скрывать их под одеждой становилось все сложнее; 2) падая без сил после тренировок и соревнований, мытьем головы иногда пренебрегали, и это затягивалось на несколько дней, а для подростка самое важное – внешний вид! И плевать, что ее имя до сих пор висит на школьной доске почета со всеми пятерками за 5 лет обучения. Нет кроссовок на колесиках и липкие патлы? Фу, лох!
Мама всегда чутко следила за дуновениями модных ураганов, по первому зову беря на себя дополнительную работу, чтобы отвести детей в магазин с нужной единицей гардероба. Девочки особенно вкладывались в образы. Как говорится, “второй попытки произвести первое впечатление не бывает”. Банты – в топку, колготки в ромбик – до свидания! Отныне здесь носят только реальные шаровары. Но вот с бюстгалтерами у Элизы отношения складывались во всех смыслах натянутыми. Однажды во время дружеской посиделки маме очень захотелось похвастаться тем, что ее дочь стала взрослой. Гости накладывали угощение, десятилетняя девочка отвлеклась на свои мысли, как вдруг рука справа схватила ее за лифчик:
– А наша малышка-то уже выросла! Вон: бюстгальтеры носит!
Остаток вечера был проведен в слезах на чердаке – надстройке в зимнем саду, где она делала уроки и пряталась с кошкой в случае угрозы репутации.
– Я вам покажу бюстгальтер! Хлюп!
С половым созреванием краски мира становятся ярче и приятнее: так устроен человек. Изучение своего тела и границ сознания часто приводило к странным действиям, например, первый поцелуй с девочкой и просмотр фильмов ужасов. Элиза всегда верила в потусторонний мир и часто обращалась к коллегам-экстрасенсам за жизненным опытом. На удивление она не боялась духов и ночных астральных перемещений, поэтому дверь в комнату всегда была приоткрыта, чтобы свет в коридоре давал уверенность в собственной безопасности. Постепенно ассортимент увлечений пополнялся и модифицировался: музыка становилась современнее, разговоры с друзьями тише, размышления таинственнее, фантазии изощреннее. Вердикт: малая больше не таковая.
Ее, как взрослую, отправили на несколько недель учиться в Англию. Для Элизы опыт был по всем пунктам исключающим зону комфорта: незнакомая страна, чужой менталитет, отсутствие присутствия родных, язык, нет местной SIM-карты. Это была злая шутка над ее особенностями личности. Возможно, именно эта точка в хронологии записала негативный паттерн на подростковый возраст: “Я совсем одна, и никто мне не поможет”.