быстро сеть вязали братья,
свекры повод прикрепляли.
Вот уже готов и невод,
нитяный привязан повод,
в неводе кошель – в сто сажен,
приводы – в семьсот саженей,
грýзила висят красиво,
поплавки – еще красивей.
Тянут невод молодые,
дома старые гадают,
взять сумеют ли добычу,
рыбу, что поймать желают.
Тянут сети, тащат невод,
напрягаются, потеют,
вдоль воды ведут прилежно,
поперек воды проводят —
разной рыбы наловили:
несколько ершей проклятых,
окунечков окаянных,
желчью пахнущих плотичек.
Только той не взяли рыбы,
для которой невод сделан.
Молвил старый Вяйнямёйнен:
«Ой, кователь Илмаринен!
Нам самим пойти придется,
заводить на море невод».
Вот пошли два славных мужа,
вышли с неводом на море,
завели крыло на остров
на большом просторе моря,
завели крыло другое
на мысок, где были пожни,
привязали повод крепко
к лодочным причалам Вяйно.
Мечут сети, опускают,
выбирают, поднимают.
Наловили всякой рыбы:
окуней и окунечков,
семужек, тайменей разных,
лососей, лещей бессчетно,
всякой живности подводной —
рыбы той лишь не поймали,
для которой сделан невод,
для которой скручен повод.
Вот тогда-то старый Вяйно
так заметил, так промолвил:
«В глубину забросим сети,
заведем подальше невод».
Тут уж старый Вяйнямёйнен
говорит слова такие:
«Ахто, волн морских хозяин,
повелитель пенных гребней,
выломай в пять сажен вицу,
прут возьми длиной в семь сажен,
чтоб морской простор обмерить,
ямы донные обшарить,
вымести со дна весь мусор,
выгнать рыбу из пучины,
из морских подвалов рыбных,
из сусеков лососевых,
из больших покоев водных,
из морских чертогов темных,
солнышком не освещенных».
Вековечный Вяйнямёйнен
сам вытаскивает невод,
