там Медведица на ветках,
месяц на вершине самой.
Молвит старый Вяйнямёйнен:
«Поднимись, кузнец, на елку,
чтобы снять с вершины месяц,
взять Медведицу Большую!»
Тут кователь Илмаринен
высоко на ель взобрался.
Вековечный Вяйнямёйнен
начал петь заклятья тихо:
ветер вихрем закрутился,
бушевать принялся воздух,
Илмаринена приподнял,
подхватил, понес по небу
в темные пределы Похьи,
в земли мрачной Сариолы.
Ловхи, Похьелы хозяйка,
спрашивает у пришельца:
«Ты знаком ли, гость нездешний,
доводилось ли встречаться
с этим Илмари искусным,
кузнецом мастеровитым?»
«С ним знаком я, с ним встречался,
с этим Илмари искусным,
если сам я Илмаринен,
тот кузнец мастеровитый».
Мастерить пошел он сампо,
делать крышку расписную.
Первый день кует он сампо —
лук из пламени выходит.
День второй кует кователь —
из огня выходит лодка.
Третий день кует неспешно —
нетель из огня выходит.
На четвертый день работы
плуг из пламени явился.
Ветры пламя раздували,
дули день, другой и третий.
Уж на третий день работы
наклонился Илмаринен,
посмотрел на дно горнила.
Видит – сампо вырастает,
всходит крышка расписная.
Выковал искусно сампо,
сделал сбоку мукомолку,
со второго – солемолку,
с третьего же – деньгомолку.
Новое уж мелет сампо,
крутится узорный купол.
Мелет в сумерках за вечер
полный закром для питанья,
полный закром для продажи,
третий закром – для припасов.
Счастлива хозяйка Похьи,
унесла большое сампо
в каменную гору Похьи,
в глубь огромной вары медной,
за девять замков железных.
Тут кователь Илмаринен
так заметил, так промолвил:
«Выдадут ли мне девицу?
Ваше сампо уж готово,
купол ваш узорный сделан».
«Деву тотчас подготовят,
снарядят тебе невесту,
