Эли Макнамара – Магазинчик счастья Кейт и Клары (страница 19)
– Простите! – Джек поднимает руки. – Это не я. Должно быть, у вас есть другой поклонник.
Он сказал
– Похоже на то, – как ни в чем не бывало выдаю я. – Вот такая я везучая.
На мгновение мы встречаемся взглядами.
– Мы… э-э… так и не сравнили второе изображение, – быстро меняет тему Джек. – Если бы вы как-нибудь заглянули, мы могли бы проверить, не повторится ли это снова.
– Только если вы пообещаете, что не будете опять кричать, – подтруниваю я, чувствуя, что напряжение между нами вмиг спало.
– Обещаю, – салютует в ответ Джек. – Я не на вас разозлился, а на вас сорвался и повторяю, что очень об этом сожалею.
– А на кого вы разозлились?
– На себя, – Джек говорит так тихо, что я едва слышу его из-за криков чаек и шума морского ветра.
– Не понимаю.
– А вы приходите ко мне сегодня, и я все объясню, – говорит Джек. – Конечно, если вы не заняты – сегодня же пятница.
– Я уже и забыла, когда у меня были планы на вечер пятницы. Оставим это моей дочке. Она идет на вечеринку по случаю дня рождения.
– Везет ей.
– Это верно. Я рада, что ее пригласили, но ей всего пятнадцать, и я переживаю за нее, хотя, наверное, напрасно.
– И это навсегда – такова материнская доля. Да и отцовская, – добавляет он.
– У вас есть дети?
– Только сын, Бен. Но он сейчас живет со своей мамой. Мы расстались несколько лет назад.
– А-а, – я понимающе киваю. – Но вы с ним регулярно видитесь?
– Во время школьных каникул, иногда в выходные – как-то так. Сейчас стало проще: он повзрослел и может сам ко мне ездить – ему недавно исполнилось восемнадцать.
– Тогда у нас есть еще кое-что общее – прелести подросткового возраста!
– Да уж! – Джек закатывает глаза. – То еще удовольствие!
Барни начинает проявлять нетерпение: он обнюхал все интересные места в округе, поиграл с собаками на пляже и теперь направляется к нам.
– Ладно, нам, пожалуй, пора. Тогда я заскочу вечером?
– Буду ждать, – говорит Джек. – В то же самое время?
– Ну да.
Я улыбаюсь ему, делаю неуверенный взмах рукой, и мы с Барни идем назад по песку.
– Барни, вряд ли я впредь буду хвалить тебя за непослушание, – шепчу я ему, гладя по мокрой шерсти, – но сегодня ты просто молодец!
– Так во сколько закончится вечеринка? – спрашиваю я Молли, которая уже раз в двадцатый за последние десять минут смотрится в мое большое зеркало.
– Я же сказала – мы должны освободить центр до одиннадцати, так что не поздно.
– Ты будешь благоразумна, да? – по меньшей мере раз в третий спрашиваю я.
– Да, мамочка, – Молли поворачивается ко мне. – Я не буду пить алкоголь. – Она загибает пальцы. – Я не буду принимать наркотики. И я не буду заниматься сексом без презерватива.
Я изумленно таращусь на нее.
– Шутка! – она ухмыляется. – Расслабься, мамочка!
Я вздыхаю с облегчением.
– А теперь пообещай то же самое перед тем, как пойти к Джеку, – говорит она, озорно поблескивая глазами.
– Честное скаутское! – подыгрываю ей я. – А теперь дай я тебя обниму.
Мы быстро обнимаемся, и тотчас внизу звонят в дверь.
– Это Эмили! – восклицает Молли. – Мне пора!
Она еще раз оглядывает себя в зеркале.
– Ты замечательно выглядишь, – говорю я. – Не переживай.
– Пока, мамуля. Приятно пообщаться с Джеком! И не делай ничего такого, чего нельзя делать мне!
Она убегает вниз по лестнице, а я качаю головой, глядя ей вслед. Куда подевалась моя малышка и откуда взялась эта юная барышня? Она жаждет независимости и рвется во взрослую жизнь, но я еще очень долго не смогу ее отпустить.
– Хорошо повеселиться! – кричу я, прежде чем хлопает дверь. – И не наделай глупостей, – шепчу я, когда дверь за ней закрывается.
– Ну что, готовы? – чуть позже спрашивает Джек, когда мы у него в квартире усаживаемся перед мольбертом, чтобы совместить изображения.
– Всегда готова!
Как и в прошлый раз, я держу вышитый лоскут поверх картины, теперь уже с морем и скалами, так, чтобы они полностью совпадали. Почти сразу изображения начинают сливаться, и мы снова переносимся в события многолетней давности.
Клара толкает коляску Мэгги вверх по тропинке, идущей по крутому склону. Это нелегкая задача, но только здесь они могут отдохнуть от города, который сейчас, в разгар летнего сезона, кишит туристами.
Орды взбудораженных путешественников прибывают на автобусах и на паровозах по прибрежной железной дороге – некоторые на день, другие остаются подольше, в многочисленных новомодных мини-гостиницах типа «постель и завтрак», которые открываются повсеместно.
Повсюду слышны громкие голоса – это туристы со всей страны приехали насладиться традиционным отдыхом на море у побережья Корнуолла.
– Какой тут свежий воздух, мамочка! – восклицает Мэгги, между тем как Клара толкает коляску вверх по склону. – Спасибо, что привезла меня сюда – здесь так красиво.
Клара вспоминает, как приехала сюда с тетей и дядей, когда попала к ним в дом в 1945 году. Поначалу прогулка была легкой, но со временем идти становилось все труднее, однако это не могло сравниться с толканием коляски по тропинке. Но для своего ребенка она сделает все что угодно, и если сегодня от нее требуется немного потерпеть, то так тому и быть.
– Смотри, мамочка, – восклицает Мэгги, – снова тот художник.
– Где? – оглядывается Клара.
– Арти! – кричит Мэгги, прежде чем Клара успевает ее остановить. – Арти, привет!
Клара замечает Арти чуть ниже по склону, сидящим на стульчике возле груды камней. Перед ним стоит мольберт, он рисует. На оклик он поворачивается и машет им.
Мэгги машет в ответ.
– Давай туда, мамочка, – настаивает она.
– Пожалуйста, не надо, – увещевает ее Клара. – Да и вряд ли у меня получится – для коляски здесь слишком круто.
– Тогда я встану, – Мэгги поднимается, но всего через пару шагов ее ослабевшие ноги подгибаются, и она падает на траву.
–
Арти уже спешит на выручку – в два прыжка он преодолевает расстояние до них и сильными руками поднимает Мэгги, прежде чем к ним подбегает Клара.
– Ты в порядке? – спрашивает Клара – она на бегу скинула туфли и теперь держит их в руке.
– Да, мамочка, все отлично, – говорит Мэгги, смущенно глядя на Арти.
– Это ваша барышня? – Арти улыбается Кларе.
– Да, спасибо, что пришли на помощь. В вашей обуви гораздо удобнее лазить по горам, чем в моей.