Эльга Кулишова – Заноза (страница 1)
Эльга Кулишова
Заноза
Встреча в переулке.
Тёмный, влажный переулок Неаполя: воздух висел тяжёлой, промозглой пеленой, настоянной на сырости, плесени и старом камне. Тусклый свет выщербленного фонаря едва цеплялся за мокрую брусчатку, выхватывая жалкие пятна из непроглядной черноты и бросая на камни причудливые, пляшущие тени. Дино стоял, прислонившись к шершавой, холодной стене, как глыба базальта, вросшая в камень. Чёрный пиджак сливался с тьмой, но не прятал ширины плеч, тяжёлых, как дубовые кряжи, и всей той мощи, что даже в неподвижности несла угрозу. Густая тёмная шевелюра, острые скулы, подбородок, будто высеченный из гранита – черты лица были резкими, не оставляющими сомнений в его силе и решительности. Руки были небрежно засунуты в карманы брюк, пальцы абсолютно расслаблены – спокойствие, граничащее с безразличием к любой опасности. Он услышал шаги, отчетливые и неспешные, но остался неподвижен. Когда из тени вышла Софи, Дино даже не поднял головы. Лишь едва заметно скользнул по ней оценивающим, холодным взглядом – ледяным, почти осязаемым. В тот момент он и не подозревал, что эта дерзкая незнакомка вскоре перевернёт его мир.
Голос Софи прозвучал с необычной для столь юной девушки уверенностью, прямым вызовом. И только внутри что-то сжалось при виде его медвежьей фигуры в полумраке.
– Ты и есть Дино? Говорят, ты самый грозный мафиози в городе.
В голове мелькнуло: «Господи, он и правда, как гора… И эти глаза… Хищника».
Уголок рта мужчины на мгновение дёрнулся вверх, будто изобразив смешок. Поза не изменилась ни на йоту. Голос низкий, ровный, но в нём всё также звенела сталь, приправленная иронией.
– И? Пришла меня напугать, малышка?
Софи рассмеялась – звонко, слишком громко для этого места, без тени осторожности. Эхо метнулось от замшелых стен, разорвав гнетущую тишину.
В смехе не было и тени страха, лишь азарт и что-то ещё, незнакомое Дино.
– Напугать? Нет. Я хочу понять. Что сделало тебя таким? Кто спрятался за этой маской?
Усмешка Дино стала шире, перетекая в короткий, циничный смешок.
Малышка? Очередная наивная дурочка, лезущая туда, куда не следует.
Он уже видел таких – приходили с вопросами, уходили сломленными без единого ответа. Знал, как будет и с этой. Тень Дино на стене, казалось, наливалась тяжестью, становилась массивнее, почти зловещей.
– Совет – проваливай. Пока цела. Быстро.
Мужчина резко оттолкнулся от стены, демонстрируя всю свою медвежью мощь в движении – плечи расправились, заполняя пространство переулка. Развернулся, не дожидаясь ответа, сделал несколько широких, уверенных шагов прочь. Звук его дорогих туфель, четкий и гулкий, отдавался в каменном мешке переулка, как удары молота по наковальне. Через мгновение он уже втиснулся за руль своего Dodge Charger. Лаконичные линии кузова, черные, как его пиджак, сливались с ночью, лишь тускло отсвечивая в слабом лунном свете. Машина не просто стояла – таилась. И когда двигатель взорвался глухим, звериным рыком, содрогнувшим стены, разметавшим тишину, – она уже сорвалась, растворилась, будто её и не было.
Софи осталась одна. Переулок вдруг раздвинулся, стал чужим, огромным, враждебным. Фонарь светил жалко и насмешливо. Она втянула липкий, плесневелый воздух, пытаясь унять дрожь в кулаках. Но жар стыда и злости уже полыхнул в лицо.
– Самовлюблённый ублюдок! – крикнула она Дино в след.
Щёки девушки полыхали от ярости.
– Говорили же – зверь! И зачем я…Идиотка!
Его образ – эта грозная, почти первобытная сила, острые черты лица, пронизывающий взгляд – на мгновение встал перед глазами, вызывая странную смесь страха и… необъяснимого интереса.
Софи чувствовала себя глупо, нелепо, но где-то глубоко внутри, сквозь ярость, мелькнула упрямая мысль: он не просто животное. Это нечто другое. Что-то спрятанное за этой броней из мышц и цинизма. И теперь Софи придётся доказать это.
Дино обрёк переулок на тишину, но внутри салона она не наступила. Рёв мотора был лишь фоном – звон её смеха застрял в ушах, как заноза. «Наивная дурочка». Слова, привычные и отточенные, слабо прозвучали даже в его собственном сознании.
«Что сделало тебя таким? Кто спрятался за этой маской?»
Его пальцы, только что расслабленные в карманах, вдруг стиснули руль – кожаный чехол жалобно затрещал. Никто. Никто не смел задавать ему таких вопросов. Не с таким взглядом – не испуганным, а изучающим, как будто разглядывая редкий и опасный экспонат в музее.
Дино резко дал по тормозам на светофоре, и машина рыкнула. В зеркале заднего вида его собственное отражение – те самые острые скулы и глаза хищника – казалась ему сейчас маской, надетой так давно, что он уже не помнил лица под ней. А эта девчонка. Софи. Она увидела швы.
«Самовлюблённый ублюдок!» – эхом отозвалось в памяти.
Мужчина усмехнулся на этот раз без иронии, с коротким, сухим звуком. Ярость, знакомая и горячая, отступала, сменяясь холодным, непривычным интересом. Девчонка не убежала. Она не заплакала. Она стояла там, в этом вонючем переулке, и гневалась на него. И в этом гневе была сила.
Дино тронулся с места, уже не так резко. План был прост: забыть. Счесть недоразумением. Но пальцы сами нащупали секретную кнопку в бардачке и нажали.
– Энцо, – его голос прозвучал в телефонной трубке привычно повелительно, но с новой, едва уловимой ноткой.
– Найди все, что можно о девушке по имени Софи. Была в переулке у старого порта. Я хочу знать, кто она, откуда и зачем ей понадобилось совать нос в мою жизнь.
Дино положил трубку, так и не дождавшись ответа собеседника. Его вгляд упал на тёмные воды залива за лобовым стеклом.
Он понял: маска дала трещину. И он, к своему удивлению, почувствовал не желание её залатать, а странное, щемящее любопытство:
«Что же ещё разглядит в нём девчонка, если трещина станет больше?»
Пока Дино пытался справиться со своим полурухнувшим эго, Софи уже добралась до дома и полностью пришла в себя после встречи с этим хищником.
Уголки ее губ дрогнули в подобии улыбки.
«Он думает, что это конец. Что я так или иначе испугаюсь его. Нет уж, это только начало».
Звонок отца прервал ее размышления. Девушка взглянула на экран, и на мгновение ее уверенность пошатнулась, сменившись знакомым, детским напряжением. Она сделала глубокий вдох и ответила.
– Папа
– Доволен? – его голос был ровным, но Софи уловила в нём лёгкую улыбку. Он всё знал. Конечно, знал. За ней всегда следовали глаза её отца.
– Он именно такой, как ты и описывал, – ответила она, стараясь, сдержать дрожь в голосе.
– Грубый. Надменный. Опасный.
– И? – не успокаивался папа.
Софи замолчала. Этот короткий вопрос был ловушкой. Отец всегда видел её насквозь.
– И…он не просто зверь, – наконец выдала она. – Он контролирует свою ярость. Он обдумывает все свои действия. Меня не отшвырнули, мне просто указали на дверь. Вежливо. По-бандитски.
Отец рассмеялся тихим, довольным смехом.
– Отлично. Значит, у него есть мозги. Запомни, Софи, завтра всё начинается по-настоящему. Ты будешь работать с ним. Смотреть, как он ведёт дела. Как говорит. Как убивает, если понадобиться. Ты должна понять этот мир не из моих рассказов, а изнутри. А он – голос Дона стал тверже, – будет твоим щитом. И твоим первым серьёзным испытанием.
Он положил трубку. Софи медленно опустила телефон.
Работать с Дино. Каждый день. Смотреть в эти ледяные глаза, чувствовать на себе его презрительную усмешку.
Софи понимала – теперь всё иначе. Теперь она была не назойливой просительницей, а дочерью Дона. Человеком, с которым будут вести дела. Ярость сменилась холодной, хищной решимостью. Она подошла к зеркалу. Взгляд отражения был слишком уверенным для её лет.
«Хорошо, папа. Как ты и хотел.»
Софи больше не была просто наблюдателем. Она была игроком. И её первой задачей было заставить Дино, этого исполина с каменным сердцем, увидеть в ней не малышку, а равную. Или хотя бы притвориться, что видит. Она перевела взгляд на папку с его досье. Завтра всё будет иначе.
Разговор на мосту.
Небо над Неаполем раскинулось безоблачным сапфировым полотном, пронзённым солёными порывами ветра с моря. Дино шагал по набережной, его чёрный шёлковый пиджак развевался, как тень гигантской птицы. Встреча с Энрике – последним человеком, кого он ещё называл «другом», – не терпела отлагательств. Мысли о переделе территорий занимали его целиком, но всё это вылетело из головы в ту секунду, когда он ступил на мост.
Старинный, арочный, будто с полотна XVIII века, он перекинулся через узкий канал. Выщербленные перила хранили холод тысячелетий, от чёрной воды веяло солью и свежестью. Дино замер в трёх шагах от Энрике. И от неё.
Софи.
Она стояла, облокотившись на парапет, и лунный свет скользил по её профилю, очерчивая контур, который Дино – чёрт возьми – узнал мгновенно. В груди что-то ёкнуло, как будто кто-то вогнал под рёбра тонкое лезвие. «Не может быть.»
Голос Дино звучал ровно, но пальцы непроизвольно сжались в карманах.
– Привет, старый друг.
Взгляд – острый, как бритва – скользнул к Софи.
– Кто твой… спутник? – продолжил Дино.
Энрике раскрыл объятия, словно собирался обнять весь мир. На его лице играла улыбка патриарха, уверенного в своём решении.
– Дино, познакомься. Моя дочь, Софи, – Энрике положил руку ей на плечо. – Я решил, что она возглавит мой клан. Пора.