Элеонора Барон – Королева. Я лишу тебя даже имени. (страница 8)

О растениях. После того как я пойму, где смогу жить, мне надо заняться поиском лечебных трав. Буду собирать всё подряд, что попадётся. Но есть одно но, и оно потребует денежных вливаний.

Для настоек потребуется крепкий напиток и бутылочки с крышкой. Закрывающиеся тары нужны и для мазей, и их надо будет покупать.

Ладно, по первости можно будет деревянной лопаткой накладывать людям в листики хотя бы. Но всё равно мазь должна будет храниться в посуде с крышкой. А ещё нужен холодильный камень. И это тоже расходы.

Но это потом. Собранная трава трое суток сможет полежать, подвялиться. Правда, в темноте. А потом надо будет использовать. И компоненты тоже надо покупать. Как легко было во дворце и дома. Сказал, что тебе нужно, и всё тебе принесли, а здесь изволь всё сама добывать.

Интересно, можно попросить у Марии жира какого? Для мазей. И железную кружку.

Об этом я и спросила девушку, когда она пришла. Она кивнула.

– Я потом куплю и всё верну.

Через минут пять мы уже вышли из дома и отправились в сторону домика той женщины.

Женщин в алых платьях прибавилось, и они, сонно зевая, торопились по своим делам. В присутствии Марии я себя чувствовала уже поуверенней, за нож хвататься не хотела, и поэтому, видимо, не особо привлекала внимание. По мне скользили равнодушными взглядами не задерживаясь.

– Надо, наверное, сменить платье? – спросила я спутницу задумчиво.

– Пока волосы не отрасли – бесполезно. Только если парики таскать. И вдобавок алое платье здесь как маскировка. Добровольно этот цвет никто не наденет.

С этим я, пожалуй, соглашусь. Только когда переберёмся отсюда, поменяем, а сейчас как есть.

Бабуля та, пригревшись на солнышке, так и сидела на крылечке. Видимо, на работу ей надо было попозже идти. Ну да, конечно. Скорее всего, она двинется к вечеру, когда люди гулять начинают.

– Вернулась? И, смотрю, не одна?

– Да, знакомую встретила. Покажите, какие дома пустуют?

– Дома? – старуха расхохоталась. – Дома – это звучит гордо, девонька. Лачуги, хибары, сараи. Вот три в ряд стоят. Заходи, смотри. Оттуда, правда, всё выгребли, как бандиты эти девок вывезли. Но если обзаведёшься имуществом – следить за ним надо будет.

Мы кивнули и начали осмотр. Женщина была права.

Земляные полы. Выбитые стёкла. Небо, просвечивающее через дыры. Все три дома были как близнецы-братья. Выбрала я самый последний. За ним был небольшой садик, только от деревьев там оставались жалкие пеньки, но зато росло много кустов и растений.

Что ещё мне понравилось в домике – кровать. Огромная, тяжёлая, деревянная, и именно потому, что она громоздкая, на неё никто не покусился. Была полуразрушенная печь, но её ещё хватило бы, чтобы разжечь огонь и приготовить на нём мазь.

Мария вздохнула, оглядев мой выбор, но ничего не сказала, и я была ей очень благодарна за это.

– Я пойду, соберу траву. Могу я тебя попросить разжечь огонь один раз? Потом буду учиться делать это сама.

– За спичками тогда сбе́гаю. И кружку с жиром принесу. Вы ещё мёд, помнится, добавляли.

Я кивнула:

– Для разогревающей мази от ломоты в костях.

– Ва… Гер, у меня хозяин вчера спину потянул. Может, я принесу пару ложек и мисочку, ему приготовишь? Глядишь, если поможет, возьмёт под защиту.

– Это было бы чудесно.

– Вы только на всякий случай лицо чем-нибудь испачкайте. Мало ли, вдруг ему понравитесь.

А вот этого мне совсем не надо.

Глава 14

Мария убежала к себе, а я вытащила свой нож и пошла за растениями. Некоторые мне надо было выкапывать с корнями, с некоторых собирать только цветочки, а с каких-то мне нужны были только листья.

А вот и живучка, моя хорошая. Простенькая травка, растет везде вдоль дорог, неприметная, а очень полезная. Няня говорила, что она в детстве постоянно листики ее к ранкам прижимала.

Но действует она очень короткое время при этом. Минут пять, потом выкидывать надо – отдала свою силу, и новую рвать надо. А чтобы силу свою передала и дольше действовала, ее надо томить одну песню.

Одна песня – это мы так называли временной промежуток. Старинная песня, я ее просто заучила, но слова не понимала. Для меня это был только набор слов. И вот именно ее надо было проговорить, пока живучка томилась в кипятке. Но потом нельзя было допустить больше трех пузырьков, чуть отодвигая, иначе всю силу растеряет.

Мне нравилось возиться с растениями. Эти занятия успокаивали меня, заряжали какой-то уверенностью и размеренностью. Отступали волнения и тревоги. Меня наполняло тихой радостью, когда я готовила отвары.

Отец даже приказал мне организовать летнюю печь в саду под навесом и отдал маленькую каморку под мои сухоцветы, там же стоял ящичек с холодильным камнем. В нем я хранила мази и настойки. Я их не продавала, мне просто нравилось их готовить и потом дарить. Иногда, когда я сталкивалась с какой-нибудь болезнью, думала, что могу, если не вылечить, то хотя бы облегчить ее. И очень радовалась, когда у меня всё получалось.

И вот сейчас я прямо наполнялась, собирая травы. Вот эта пойдет в горячительную мазь, а эта ее усилит.

А это кто у нас? Надо же, кто тут у нас спрятался. Болиголов. Вроде название такое, а на самом деле он разжижает густую кровь. Но ее не всяким можно употреблять. Голова она может болеть от разного. Вначале надо поспрашивать, в каком месте боль. Какая? Тянущая или острая?

А вот эта успокаивает горло больного, но я ее не буду трогать. Сейчас люди мало болеют в это время года, а вот к зиме, через месяц, можно собирать уже будет.

Я больше ходила присматривалась, чем рвала. Сейчас решила собрать только ранозаживляющую себе и для хозяина публичного дома.

Когда притащила их в свой нынешний дом, поняла, что стола у меня и не было. А траву надо было мелко-мелко нарезать. На кровати резать? Нет. Не пойдет. Я вышла из дома и огляделась. Вплотную к моему жилищу были навалены куски досок, видимо, бывшие хозяева нанесли, чтоб отогреваться. Выбрала себе кусок побольше. Вот мне стол и будет.

Села на кровать. Перебрала листики живучки, отряхнула их и стала мелко нарезать. Отрешившись от действительности, сконцентрировалась только на них. Подошла Мария.

В руках у нее был узелок.

– Я решила, так удобнее дотащить будет.

Она поставила его на кровать и аккуратно развязала.

– Вот я еще кружку притащила, из нее пить невозможно уже было. Выкинуть хотели. Видишь, край откололся. Здесь вот кружка с медом и стаканчик с жиром. Эти я потом на место верну. Спички сюда принесла.

Я кивнула.

– Так, Мария, что мне потребуется. Вода чистая – раз. Может, ты мне покажешь, где ее здесь набирают? Второе – лопатка, чтобы мешать, на худой конец палка удобная. Но это мы по пути найдем.

Служанка кивнула.

– А потом мы уже печку растопим.

Со всеми этими хлопотами мысли стали кружиться только около травоварения, и мне постепенно становилось легче.

Я тщательно запоминала путь к источнику, старалась отмечать в памяти разные детали, особенно где какая трава произрастает. К своему удивлению, я не могла идентифицировать только несколько видов. Внутри даже гордость саму за себя поднялась, оказывается, я в самом деле хорошо разбиралась в растениях. Эх, сюда бы книги мне. Горько усмехнулась: “Забудь. Не вспоминай. И не жалей себя, иначе это чувство будет жрать тебя изнутри».

А по возвращению Мария, рассказывая и показывая, приготовила печь к розжигу. Вычистила ее. Даже в углу среди кучи мусора отыскала чугунную решетку. Установила ее сверху. Положила внутрь щепочек и сухой травы.

– Смотрите, смотри. Главное, чтоб тяга была. Сюда ты будешь подбрасывать дощечки, когда огонь разгорится.

Я кивала и запоминала. Всё, Гер, нет у тебя больше работников. Ты теперь сама по себе. Надейся только на себя. Я поставила себе эту цель – научиться выживать, и как шоры на глаза одела.

Огонек весело заполыхал, и я поставила кружку с водой на решетку. Стоило ей закипеть, хотела отодвинуть ее и чуть не обожглась. Тяжело вздохнула на свою глупость. Сняла с головы платок, обмотала им руку и уже спокойно сняла кружку с огня. Мария молчала, не бросаясь мне на помощь. Девушка понимала, что мне нужно научиться все делать самой.

Я закинула туда мелконарезанную живицу и, поставив ее на краешек решетки, стала читать песню.

Что могу сказать? Что я такая молодец и сразу всё получилось? Нет. Это я к той печи, что у меня дома была, привыкла, а здесь пришлось три раза выливать раствор и готовить заново, пока я не приспособилась к здешним температурным реалиям моей печки. После часа мытарств, пришлось даже новую живицу собирать, у меня наконец получилось то, что надо.

Я отставила его в сторону остывать и принялась за готовку мази для хозяина Марии. Здесь было уже попроще. Я уже поняла, с какой стороны поставить кружку и растопить мёд с жиром. Медленно, очень медленно. И опять мелко нарезала траву. Мария было бросилась мне помогать, но я остановила её:

– Нет, я должна готовить всё сама. Няня говорила, что растения должны пройти только одни руки от начала и до окончания процесса.

А потом опять песня и постоянное помешивание палкой с расщеплённым концом. На каждый раствор полагалась своя. В раствор не должно попасть ни капли постороннего. Мази готовились долго. Отложила в сторону маленький кусочек жира, мало ли на следующую порцию понадобится. После того как в растопленную с мёдом массу насыпалась мелко нарезанная трава, песня звучала десять раз, не больше ни меньше.