Елена Змеева – И пусть мир горит (страница 15)

– Те, кто подвергся пыт… ну, заключённые в крегенской темнице, – благородная тонко улыбнулась. – Кричали о том, что боги избирают наследников среди смертных. Мы допускали, это всё бред и уловки, но, выходит, что нет.

– Выходит, что нет, – передразнил Блак, заслужив снисходительный смешок. – Вы знаете, на что я способен, миледи. Чем не наследник толики воли предателя?

– Наследник.

– А ведь могут быть и те, кто вмещает в себя часть силы других богов. И сказка о первой императрице только подтверждает этот факт, равно как и ифритская «Песнь о Марджануре». И тысячи побасенок о рыцарях, королях и героях. Одна из таких историй развернулась на моих глазах, когда я узнал, на что способна Мариса. Размышления об увиденном я и утаил от его величества.

Леди Фэйлин задумалась. Лицо её наконец-то стало серьёзным; она долго всматривалась в языки огня, словно пытаясь представить Ису-чародейку, её дивный талант и возможности. Брови начальницы наконец дрогнули: она всё поняла. Догадалась, кем были те «другие», описанные в украденных бумагах. Поняла, отчего хитроумный наследник Висариусов так вцепился в девчонку. И насколько неосмотрителен был Фредерад, раз не потрудился сопоставить факты и доверил поиски первому попавшемуся вору.

– Допустим, Мариса – наследница воли богини, – наконец проговорила девушка. – Как и остальные двое, чьи описания хранились рядом с её портретом. Одно мне неясно: зачем последователи охотились на эту троицу? Как именно хотят их использовать?

– Не знаю. Но хочу выяснить.

– Сделаем это вместе. Согласен?

– В моём положении, – Вор пожал плечами. – Выбирать не приходится.

– Не беспокойся за подругу. В отличие от Фредерада, я смогу защитить её.

– Ой ли, – он было заржал, но осёкся, увидев что-то странное во взгляде Фэйлин. – Как?

– Для начала надо понять, кто поднял мятеж и почему именно сейчас. Подозреваю, это лишь отвлекающий манёвр от чего-то более важного.

– Что может быть более важным, чем гражданская война?

– Это и есть главная цель моего поиска, уважаемый Блак. Настигнув её, мы узнаем, зачем слугам предателя наследники богов и, в частности, твоя Мариса.

– Моя?

– Возможно, тогда, – благородная протянула ладони к огню и будто погладила его. – У нас появится шанс всё переиграть. Раз и навсегда покончить с беспределом в Хизарских землях.

– Миледи, – Блак раздражённо помассировал переносицу. – Не много ли вы на себя берёте? Вроде решили, что новая разведка…

– Заткнись, – перебила она. – И подчиняйся. Не пожалеешь, обещаю.

В Борег они прибыли до заката. Стражники на воротах придирчиво допросили путников и признали тех благонадёжными, за что заслужили суровую выволочку от столичной дворянки. Под конец тирады Фэйлин сунула капитану бумагу с чёрно-оранжевой печатью и приказала впредь закатывать рукава каждому, кто желал пройти мимо них.

– Надо бы к ним жреца приставить, – заметил Блак, когда стража осталась далеко позади. – У человека веры всяко больше мозгов, чем у простых мечников.

– Твоя правда. Займёмся этим через денёк-другой. Но сперва… могу на тебя рассчитывать?

– Я весь ваш, миледи.

***

– Ножи взял? – спросила Фэйлин вскоре после того, как они для виду выкупили комнаты в скромной таверне.

– Да.

– А те штуки, что взял у мастера-оружейника?

– Само собой, миледи. Пойдёмте, я покажу вам достопримечательности малой родины.

Они почти не выделялись среди местных, даже натянув на лбы просторные капюшоны: с небес лило так, точно сама Юность вспомнила о существовании последователей и решила явить знак своей милости. О, проведай богиня, по какой скользкой дорожке они вот-вот свернут, ругалась бы долго, грязно и витиевато.

Блак заложил большой крюк и повёл благородную по редким ухоженным улочкам, держась как можно дальше от трущоб. Он помнил, где предпочитали селиться верные предателю семейства, многих из них знал в лицо и потому избегал туда соваться раньше времени. Вор показал Фэйлин расположение центральных улиц городка, ратушу, пару злачных таверн, где неразбавленное самогоном вино наливали лишь своим, да публичный дом, хозяева которого выдавали заведение за прачечную. Вик рассказывал в своё время, что среди «прачек» порой можно было найти девок не старше двенадцати лет. За каким делом брат совался в тот гадюшник, Блак предпочёл не спрашивать.

Нужный дом стоял на самой окраине квартала охотников. То была двухэтажная мастерская. На первом её этаже жил охотник Да́лен; там же он выделывал шкуры и мастерил плащи да полушубки. На втором, согласно легенде, находилась пара комнат на сдачу. Никто бы не удивился, узнав, что под домом вырыт погреб, заваленный старыми вёдрами, мешками с подгнившей морковью, пыльными вениками да ржавыми инструментами, которые странноватый хозяин не торопился чинить. Однако Блак был одним из немногих, кто знал, что за грудой хлама спрятана дверь, ведущая в помещение с земляным полом и вымазанными глиной стенами. Как-то раз Вор оказался там и всё шутил, что только идиот снимет у Далена комнату без кровати, зато с окроплённым кровью алтарём.

Блак провёл благородную мимо мастерской и споткнулся, матюгнувшись сквозь зубы. Начальница поняла сигнал, и вот они уже таились в тени конюшни в паре поворотов от дома. Она приказала мужчине встать ближе, чтобы в случае чего сойти за пылкую парочку, которой и дождь не помеха предаться страстям. Фэйлин смешило выражение лица Блака, неприязнь, что по капле просачивалась сквозь почтительную полуулыбку и стиснутые зубы, однако она не забывала смотреть по сторонам чаще, чем он сам.

– Вы раньше занимались этим, миледи? – прошептал мужчина.

– А?

– Слежкой. Вы ведёте себя достаточно уверенно.

– Как и ты. Значит, сработаемся. Кстати, принимай командование. Это твоя территория.

– Так точно. Входим, как только Дален откроет дверь: не стоит давать ему шанс забаррикадироваться наверху.

Осенью в этих краях темнело не сразу. Дален вернулся домой на исходе сумерек, немногим после того, как ливень перестал. Шёл он неспешно и развязно, будто не так давно вывалился из кабака. Блак приметил, что родич прихрамывал на левую ногу: та каким-то странным образом прогибалась в колене. Ещё не старик, но уже мучается суставами? Хорошо. Даже замечательно!

Ключ заскрипел в замочной скважине, и они подлетели ко входу.

– Да-а-ален, друг! Да-а-вно не виделись! – воскликнул Вор и навалился всем телом на сектанта. Тот по инерции влетел в помещение и тут же словил пинок под больное колено. Ухнув, Дален осел на пол, получил кулаком в затылок и уткнулся носом в пыль.

Фэйлин спешно закрыла дверь, не преминув высунуть наружу любопытный нос: к счастью, соседского внимания их выходка не привлекла.

– Посмотрите наверху, – скомандовал Блак, и девушка стрелой взлетела по скрипучим ступеням.

Сам он нашарил на полу близ печи кованую ручку и открыл погреб. В лицо пахнуло пылью и гнильцой. Мужчина подтащил бессознательного Далена к лазу и спустил по ступенькам, не опасаясь, что тот очнётся от встряски. Следом за верным вниз полетел стул с крепкой спинкой.

– Чисто, – сказала Фэйлин.

– Нам понадобится свеча или масляная лампа. Поговорим внизу. Не забудьте закрыть лаз, миледи.

Ржавые грабли и ломы с грохотом полетели на землю, открыв взору облезлую дверь. Массивный амбарный замок не смутил Вора: ключ нашёлся в одном из потайных карманов Далена. Пригнувшись – уж больно низкой была притолока – Блак вошёл внутрь и протащил с собой увесистый стул.

К тому моменту, как леди Фэйлин нашла потайную комнату, Блак уже успел усадить охотника на стул и на ощупь привязать его щиколотки к ножкам. Начальница присоединилась к «посиделкам» с зажжённой лампадой, и дело пошло споро: мигающий свет позволил им укрепить неудачные узлы и притянуть запястья пленника к спинке. Осталось только дождаться, пока бедолага придёт в себя. Блак согласился немного потерпеть и не бегать за крынкой с водой. В конце концов впереди была целая ночь. Отвести душу он всегда успеет.

– Он будет полезен?

– Понятия не имею, миледи. Узнаем, как только ублюдок заговорит.

Иной сказал бы, что у Вора чесались руки. Что он дал волю тлеющей в груди ненависти. Однако он лишь чувствовал за пазухой навязчивый холодок. Кастеты, выкованные замковым мастером, умильно просились на ручки.

Наконец-то Дален застонал, приходя в себя. Фэйлин бесшумно скользнула ему за спину, Блак же встал боком к лампаде, так, чтобы одновременно видеть лицо пленника и скрыть в тени своё.

– Чего бы вы ни нашли… – кашлянул Дален. – Я тут не при чём.

– Да ты шутник.

Верный осторожно подвигал плечами, затем бёдрами. Понял, что крепко влип и раскрыл веки. Цепкий мшистый взгляд объял келью, ощупал Блака с ног до головы и сразу выдал отчаяние: охотник понял, на чём попался, но терялся в догадках о том, почему ещё не на виселице. Он весь подобрался и спросил нарочито равнодушным тоном:

– Чем могу быть полезен?

– Нужны сведения о последователях Разрушения. Обо всём, что сейчас творится в борегском подполье. Ну и всё, что знаешь о мятеже, разумеется.

– Я простой охотник, уважаемый. Понятия не имею, о чём ты толкуешь.

– Могу спросить иначе.

– Сбережения мои под новой половицей. Ну, там, где мешки с мор…

Короткий удар прервал его, и Дален сплюнул кровь вместе с остатками вранья. Блак надел кастеты.