Елена Жукова – Лиса. Зов Великой Пустыни (страница 12)

– А в чем самая суть фамильяра, Огняночка? – продолжала поучать наставница. – Хранить и беречь, даже от себя. Да не от тебя, маета ты огнехвостая, а от хозяйки самой. Видишь, что опасность грозит ей, сразу на защиту вставай: где силой помоги, где Стихию позвать подсоби, а иногда и вовсе щит поставь, коль у нее до этого разум не дошел. Постарше будешь, так и советом можно помочь. Почему-почему – потому что! Мала еще советы давать. На то я пока у нее имеюсь.

Лиса опустила ноги на деревянный пол, нагретый солнечными лучами, да тут же на эти самые ноги, одетые в тканевые штаны, и уставилась. Уж больно наряд на ней был чудной. Память тут же подсказала – эльфийский. Почему она лежит одетая, и как Янка оказалась тут, в лесной-то избушке? Все перепуталось у нее в голове, оттого и потрясла она этой самой головой. Но проясниться – не прояснилось. Голоса за стеной стихли, и их обладательницы появились на пороге. Наставница улыбалась, держа на ладони саламандру, которая с любовью и преданностью смотрела на хозяйку.

– Василина, – улыбнулась Лиса. – И ты, Яночка, здесь. Только вот не пойму, как мы все в избушке оказались.

– Так оно завсегда так, коли правильно сердце спрашивать, – заметила ведунья довольно, – где сердцу милее, там во сне и окажешься.

– Так это я сплю? – разочарованно протянула Лиса.

– А где ж мы еще можем с тобой увидеться, неугомонная твоя душа? – спросила наставница. – Токмо здесь и можем.

– А чего ж я сплю-то, наставница? У меня же дел невпроворот, – запоздалое осознание настигло Лису. Настигло, да тут же и разбилось о взгляд наставницы.

– От ведь, будто дите неразумное, – поджала Василина губы. – Устала ты, умаялась. Да и как тут не умаяться: то самою себя познать, то вину за все взвалить, то у самой Светлой Богини Посланника умыкнуть, а еще и в битве поучаствовать. Сдюжила ли? Ничто не болит, не ломит?

Лиса прислушалась к себе и покачала головой.

– А вот я сейчас возьму хворостину, да по тому месту, на коем сиживать изволишь, пробегусь, – не сдержалась наставница.

Лиса поерзала, проверяя, достаточно ли то место прилегает к постели, чтобы Василина не дотянулась.

– За что ж это, наставница, хворостиной-то?

– А все за то самое, – пояснила обманчиво ласково Василина. – За то, что поперед старших в пекло лезешь. Кто велел самой бежать подружку спасать? Будто без тебя твой ненаглядный не справился бы. И за другом в Источник кто велел тебе отправляться?

– Так никто бы больше не смог, наставница, – тут же встала на свою защиту Лиса.

– Так уж и никто, – передразнила ее Василина. – А другие маги на что? Думаешь, все глупее тебя? Еще повезло, что слух о фениксе не разошелся по Империи. Хотя, зная тебя, не удивлюсь, ежели к началу семестра все уж проведают.

– Не смог бы никто Криса оживить, сама знаешь.

– А не думалось ли тебе, девонька, что скажет сам Император, когда достигнут сии вести его царственных ушей?

Лиса замолчала, потому что и правда не думала пока об этом.

– Кристиан не даст слухам разойтись, – начала она.

– Ага, – фыркнула Василина. – Это после того, как изверг энтот в застенках сказывать станет о фениксе? А особливо после того, как храмницы раструбят о чуде на всех углах. Им ведь только волю дай. Они и песни слагать станут. Вон, мол, Храм у нас какой, и Источник действующий, и феникс души умерших воскрешает. Чудо на чуде. Скоро и сама Светлая Богиня быть в гости обещалась.

Лиса стыдливо опустила глаза.

– А врагов почто новых наживаешь? – не прекращала наставница.

– Каких еще врагов? – удивилась Лиса.

– А ты думаешь, этот пес раммаринский тебя не запомнил? Еще как запомнил. И ты о нем не забывай, коли умудрилась такому дорогу перебежать.

Василина снова неодобрительно покачала головой и, вздохнув, присела на краешек кровати рядом с ученицей.

– Ну, да сделанного не воротишь, – примирительно произнесла она. – Я ведь не со зла тебя ругаю. Боязно мне за тебя, Лисонька. И меня рядом нет, чтобы уму-разуму поучить. Только ты из одной передряги еле вылезла, тут же в другую по уши влезла.

Наставница погладила Лису по склоненной голове, а потом притянула к себе.

– Ты не серчай на меня, что поучаю. От сердца это. Слушай наказ мой. Впредь не лезь впереди всех. Поумней тебя найдутся. Твое дело – учеба. Учись, вот и весь мой сказ. А будет нужно – зови на выручку старших, опытных. Вон как ты их подивила, да только не к добру это. Самой невмоготу будет, коли весть разлетится. Как учиться будешь, коли на каждом углу пальцами в тебя тыкать возьмутся? А ежели еще и просить-умолять в горестях бесконечных помочь? Уразумела ли? Не в том суть твоя.

Лиса отстранилась от наставницы и посмотрела в ее синие глаза.

– Врать, что помогать не буду, не стану. Но сдерживаться постараюсь, наставница. Обещаю. В одном ты права: учиться мне нужно.

– Вот и умница. Иного не прошу, – улыбнулась Василина. – Да и Огнянка тебе пособит.

Ведунья вновь притянула к себе Лису, баюкая в объятиях, как маленькую. А та услышала сквозь сон слабый зов. Слов было не разобрать, но Лиса тут же узнала голос, и ее сердце затрепетало.

– У, демон сероглазый, – проворчала наставница, отпуская Лису, – не даст посидеть, посекретничать. Задурил девочке голову любовью своей.

Лиса понимала, что наставница ворчит лишь для вида.

– Смотри мне, Лиса. Честь до свадьбы блюди! Прознаю про что такое, несдобровать вам по весне. Верное мое слово.

– Наставница, – прошептала, совсем уж смутившись, Лиса.

– Давно уж наставница, – ответила Василина. – В обиду тебя не дам. Пусть сначала женится.

– Глупости какие. Он ни о чем таком и не говорил.

– Не говорил. И ты помалкивай. До конца учебы все одно нельзя. Вот и проверим, истинно ли любит.

Лиса покачала головой, не соглашаясь с Василиной. Но спорить не стала, а, вновь услышав зов, заторопилась.

– Пора мне, наставница, хоть и не хочется уходить отсюда.

– Иди уж, – фыркнула Василина. – Вижу, как не хочется, ажно пятки горят. Ступай, неслушница, да Огнянку прихвати. Коль нужна буду – здесь меня сыщешь. Ступай-ступай. А-то еще сюда пожалует, не приведи Светлая Богиня.

Глава 9

– Лиса…

Слабый шепот около уха вызвал множество мурашек, которые заспешили по рукам и ногам в известном только им направлении. Девушка улыбнулась, не открывая глаз. Губы Кристиана коснулись ее век, и она тут же распахнула их, чтобы убедиться, что терпкий лесной запах ей не почудился, и это действительно маг. Глаза его откликнулись, принимая в свой светло-серый плен.

– Просыпайся, соня. С днем рождения.

Поцеловав ее в лоб, ректор отклонился, давая Лисе возможность подняться. Окинув взглядом комнату, девушка вспомнила, что и впрямь спала в доме семьи Эль, причем по собственной воле. Правда, с помощью отвара магессы Темпора, которая обещала непременно разбудить ее, если что-нибудь случится.

– С Длинноночьем, – прошептала она, возвращая поздравление, но тут же спохватилась. – Как все прошло?

– А я-то думал, что ты меня будешь рада видеть, – иронично произнес он, и Лиса смутилась.

– Конечно, рада, правда…– начала она.

– Ладно уж, верю. Поднимайся, в соседней комнате подарок ждет.

Лиса вскочила, бросилась к открытой двери и на полном ходу врезалась в Миранту, которая в этот момент входила. За спиной у той показался Риз и Эш. Отойдя на шаг, Лиса на миг застыла и тут же бросилась обнимать подругу.

– Мира, Мира! – повторяла она, крепко обнимая Миранту. – Как ты? Светлая, Богиня, как хорошо, что все удалось. Он не навредил тебе?

Лиса продолжала держать подругу за плечи, будто не верила, что та оказалась жива. Миранта тоже улыбалась.

– Лиса, – слезно проговорила она.

Лиса скользнула ладонями по рукам подруги, но у запястий пальцы наткнулись на что-то твердое, и улыбка слетела с ее губ. Лиса увидела это сначала в глазах Миранты. Засевшую, затаенную боль. Глубоко-глубоко внутри. И лишь потом, сквозь навернувшиеся слезы, разглядела зачарованные браслеты на запястьях Миранты.

– Мира, – побледневшими губами прошептала Лиса. – Как же так?

Она требовательно посмотрела на Риза.

– Риз? Вы не успели?

Тот лишь покачал головой. Лиса обернулась на Кристиана, и он, встретив ее взгляд, сглотнул.

– Лиса, – хрипло начал он. – Мы бы все равно не успели. Он провел ритуал еще ночью.

Лиса отвернулась, вновь принимая подругу в объятия. Утешала, деля на двоих ее боль. И отгоняла собственные мысли, которые больно жалили душу. Нужно было сразу, сразу отправляться за Мирантой. Может быть, Риз подождал бы еще день? А что теперь? Понадобилось несколько минут для того, чтобы Лиса осознала, что то, чего они избегали, уже случилось. И теперь нужно придумать, как действовать дальше. Она отошла, разжимая объятия, и посмотрела подруге в глаза.

– Мы справимся, Лиса, – сказала Миранта. – Обязательно. Как всегда.

Риз дернулся, чтобы притянуть любимую к себе, но, застыв на полпути, опустил руки. Лиса удивленно посмотрела на него.

– Поругаться уже успели? – спросила она.