Елена Жукова – Лиса. Зов Великой Пустыни (страница 14)

– Что, нирра Брунгильда?

Лиса ощутила, как холодок пробежал по ее спине.

– И она еще спрашивает! – пробурчала комендантша. – Сначала прибегают эти, из Управления. Помнишь, тот, что с тобой был раньше? В первую нашу встречу.

– Ламар? Янис Ламар, он? – уточнила Лиса.

Гномка кивнула.

– Да, точно, он. Врывается он, значит, с двумя такими… – нирра Брунгильда вытянула ручку вверх как можно дальше, показывая рост прибывших, – и говорит, чтобы я позвала тебя, потому что дело срочное. Но я ему сразу так и сказала, что, мол, тебя нет, что вы с Мирантой и ребятами отбыли еще дня три… постой, когда, то бишь, это было? Ну, неважно. Отбыли, мол. Он давай тут метать гром и молнии. Говорит, что быть того не может. Что маячок какой-то указывает, что ты в Университете. Какой, говорю, маячок? Но он объяснять не стал, в сторону Центрального корпуса побежал. А мне, стало быть, думай, что хочешь. В другой раз не пущу его вовсе.

Лиса внимательно слушала гномку и сравнивала ее рассказ с тем, что знала сама. Значит, по мнению Ламара, на ней был какой-то маячок. Интересно, какой? И почему тогда ее искали так долго? Ведь они пришли только тогда, когда она отправила на помощь Янку.

– А потом, потом как загрохотало, – продолжала рассказывать нирра Брунгильда. – И завыло так страшно. Я даже подумала, что все. Конец света пришел. Все, как в бабкиных преданиях. Свет померк и грохот повсюду. Визгу было-о-о! Жилички все повыбегали, одна другой краше. А после стихло все. Магистры по корпусам разошлись, успокоили всех. Сказали, что на Факультете Ментальной магии что-то вышло из-под контроля, вот и грохнуло. Но я-то не совсем еще!

Брунгильда постучала себя по темечку.

– Ну что ты молчишь? А? И потом, говорят, что магистр Молениус замешан был в этом. Неужто правда?

– Нирра Брунгильда, я не могу ничего рассказывать, – Лиса посмотрела на нее с сожалением. – С меня клятву взяли.

Пусть уж лучше так, чем сейчас открыть все тайны. Ведь неизвестно еще, что решат магистры. Нирра Брунгильда поджала губы, но потом махнула рукой.

– Ладно. Но кончилось-то все хорошо?

Лиса кивнула.

– Вот и славно, – гномка затихла, а после всплеснула руками. – Да что ж я все копаюсь? Муж заждался небось. Он меня сегодня на бал пригласил. А ты почему не идешь?

Лиса дернула плечом.

– Да мы как-то уже наплясались.

– Чушь, – постановила нирра Брунгильда. – Я в твои годы знаешь, как отплясывала? М-м-м, даже мужу совестно рассказывать.

– Нирра Брунгильда, а у вас запасного ключа не будет от нашей комнаты? – решилась все же спросить Лиса, чувствуя, что гномку не остановить. – А то потеряли мы с Мирантой, и сами не знаем, где.

– Эх, ветродуйки, скачут, скачут, себя не помнят, – посетовала нирра Брунгильда. – Найдется, как не найтись. У меня все всегда на месте. На то я и комендант.

Гномка залезла куда-то в комод и тут же протянула Лисе ключ, точь-в-точь, как утерянный.

– Доброй ночи, нирра Брунгильда, – тепло попрощалась с ней Лиса.

– Неужто и впрямь на бал не пойдете? – расстроенно протянула та. – Там, говорят, магистры сущую сказку придумали.

Лиса вновь покачала головой и повернулась к лестнице.

– Сказок нам тоже хватило.

– Ну, может оно и к лучшему. Уж больно бледная ты, точно снегом напудрилась, – приглядевшись, заметила гномка. – Иди-ка и правда отдохни что ли. Даже обидно, что пропустишь бал. Да, а подружку свою где потеряла?

– Сейчас подойдет, – ответила Лиса. Она уже поднялась на несколько ступенек. Пришлось снова остановиться, чтобы ответить на вопросы гномки.

Сокрушенные вздохи и ворчание комендантши так и сопровождали девушку до самой комнаты. Даже привычный скрип ступенек не заглушил их.

В комнате было тихо и темно. Лиса не стала зажигать лампы. Она бесшумно знакомым путем прошла к кровати и, усевшись на нее, попыталась припомнить, сколько не спала на ней. Пять дней? Шесть? Да, похоже на то. Так мало и так непостижимо много.

Поднялась и подошла к окну. За стеклом красиво падал снег. Вечер радовал идеальной погодой, созданной магистрами. Даже фонари на улице загадочно светили, обещая чудеса. С улицы доносились приглушенные голоса и смех. Адепты праздновали Длинноночье.

Миранта тоже не стала зажигать светильники. Лиса спиной почувствовала ее взгляд и повернулась, опершись о подоконник.

Эльфийка молча смотрела на подругу. В свете уличных фонарей глаза ее блестели слезами, выдавая эмоции. Лиса, поколебавшись, шагнула вперед и обняла ее. Та, будучи выше подруги, легко обвила девичьи плечи, и создалось впечатление, что именно Миранта утешает Лису, а не наоборот. Постояв так немного, Лиса разомкнула объятия и потянула эльфийку за руку к окну.

– Смотри, как красиво, – сказала она, глядя на крупные хлопья снега. – Волшебная ночь.

Миранта молча вздохнула.

– Когда мы уезжали, то совсем не так представляли Длинноночье, верно? – спросила эльфийка. – По крайней мере, я.

– А как ты его представляла? – спросила Лиса, вспоминая свои ожидания.

– Думала, мы оставим Раммарина с носом и побежим с ребятами на Бал.

Лиса хмыкнула.

– Конечно, с первым пунктом не вышло, – начала говорить она и замолчала. – Но мы все еще можем сходить на Бал, если хочешь.

– Все уже ушли, – ответила Миранта, качая головой. – Я встретила девочек на лестнице.

Лиса пожала плечами.

– Ну и что? Разве есть правильное время, чтобы прийти на Бал? Ведь он будет идти почти всю ночь. А хочешь, возьмем ребят и отправимся в город, погуляем по Центральной улице? Или ты устала?

Миранта задумалась, потом покачала головой. Лиса помолчала. Вопросы мучили ее, однако она не хотела терзать подругу. И в то же время ей нужно было знать.

– Мира, – неловко начала она. – Раммарин, он… он обидел тебя?

Девушка повернулась и посмотрела на Миранту. Лицо той было спокойно. Она качнула головой. Тишина в комнате нарушалась лишь их дыханием.

– Не так, как ты думаешь. Сначала меня просто держали на какой-то гадости без сознания. Вливали новую порцию отвара, и я снова отключалась, – проговорила эльфийка спустя мгновения, которые показались бесконечными. – И так до тех пор, пока Раммарин не привел меня в чувство.

Пальцы Миранты неосознанно потерли скулу, и Лиса догадалась, как именно он это сделал. Кулаки сжались сами собой.

– Потом, когда я очнулась, все вспомнила. Наше сражение, предательство, гиб… гибель Криса, – эльфийка сглотнула. – Раммарин снизошел сообщить мне о готовящемся обряде. Подлый рейвен.

Миранта скривилась, вспоминая несостоявшегося жениха.

– Я сказала, что он может убить меня, но согласия не получит, – она горько усмехнулась. – Знаешь, что он ответил?

Лиса покачала головой.

– Просто схватил за горло и сказал, что убить – это не проблема, но ему нужно кое-что другое от меня. Пока что. – Зубы Миранты сжались, и она замолчала на несколько мгновений. – А потом пригрозил смертью матери и брата, если я не соглашусь.

Эльфийка зябко повела плечами и обхватила себя руками, пытаясь согреться.

– Там было холодно, – продолжила она. – холоднее, чем сейчас за окном. Я до сих пор чувствую этот холод.

– Что ты ответила? – Лиса слушала подругу и сравнивала ее ощущения со своими.

– Отказалась. – Миранта снова усмехнулась. – Очень порадовала его перекошенная от злости морда, когда он уходил. И вот она я – убивай, сколько влезет, а нельзя. Хотя, мне тогда, после смерти Криса уже, кажется, все равно было. Сначала. Потом наоборот, отомстить хотелось. И сейчас хочется. А тогда… Думала сбегу ночью, пока он не добрался до родных. Попыталась, но стража перехватила меня почти сразу. Тяжело бежать, когда твои ноги в эльфийском аркане. А там уж и Раммарин вернулся на следующий день, объявив, что согласия с моей стороны больше не требуется. Что ритуал проведет его жрец, тому согласие не нужно.

Миранта закрыла лицо руками и, замерев на несколько секунд, потерла его, пытаясь скрыть непрошеные слезы. Лиса сделала вид, что не заметила этого.

– Я не знала, что делать, Лиса, – призналась подруга. Отчаяние все же прорвалось в ее голосе. – Пыталась уговаривать его, объясняла, что из этого союза ничего путного не выйдет, что я никогда не перестану ненавидеть его. В конце концов, сказала, что ему даже опасно иметь такую жену, как я. Но он лишь смеялся в ответ и говорил, что моя любовь – последнее, что ему нужно, а близость опасности даже будоражит. Его интересует лишь законное наследство, связь с нашим родом, имеющим такой сильный дар Жриц Храма. Это и еще, пожалуй, наследник – вот все, что ему от меня нужно.

– Если он хотел всего этого, то почему не провел сразу обряд венчания? Почему такой длинный путь? К чему так долго ждать после обручения? – спросила Лиса.

Миранта задумалась.

– Может, потому что незаконность этого выплыла бы наружу? Ведь он знал, что я не стану молчать и надеялся на действие браслетов. А он, каким бы мерзавцем ни был, старался не вызвать гнев Императора. Думаю, что его как главу темных эльфов пригласили на сегодняшний Бал во дворце.

Эльфийка снова скривилась. Лиса погладила ее по руке.

– Что было потом? – спросила она.

Миранта сглотнула.

– Потом меня притащили силой в зал торжеств и под мое возмущенное мычание, так как рот мне торжественно заткнули праздничной салфеткой, надели браслеты. Вот и все. Даже платье не пригодилось. О том, что ректор, магистр Альмирель и Эш приходили с требованием вернуть меня, я узнала только сегодня утром.