Елена Юлова – Девять жизней (страница 7)
Сегодня владелец таберны лично вышел поприветствовать новую посетительницу и выдать ей непременный подарок для каждого Кота – чёрную с золотом членскую карточку, дающую право на бесплатные напитки любой крепости, в любое время и в любом количестве. Круглая бородатая ряшка дворфа просто-таки лучилась удовольствием принимать в своём заведении дорогую гостью, и всю дорогу до второго этажа он рассыпался в любезностях. Рэйн малость опешила от такого приёма и постоянно вопросительно оглядывалась на Макса, тот же только посмеивался.
Первое, что бросалось в глаза в почти пустой кошачьей зоне – это огромный, во всю стену, стенд с фотографиями и табличками с именами и позывными. Коты, начиная с самой первой десятки. Вот и её фото, самое последнее. Хелена «Рэйн» Спартен. В углу большинства снимков был прикреплен цветок с блёклыми лепестками как символ того, что Кот уже ушёл на Радугу. Среди последних снимков такой цветок был только на одном. Так вот ты какой, Алекс, бывший напарник Макса, про которого тот в упор отказывался говорить. Красивый. А вот и сам Макс, с улыбкой до ушей, непривычно молоденький, будто фото не пяти-, а минимум десятилетней давности.
– Похож? – Макс напряжённо следил за её реакцией.
– Сложно судить. Я тебя таким, – Рэйн кивнула на снимок, – не знала. Внешне вроде похож, только в объёмах поменьше, а что там внутри изменилось – тебе виднее.
Макс завис, переваривая услышанное, но ответить не успел – паузу разбило явление четвёрки Котов. Рэйн уже успела более-менее сдружиться с Биггсом, Робом и Пумой – единственной, кроме неё самой, девушкой в отряде, истинной Кошкой – эффектной брюнеткой, грациозной и слегка ленивой. С Крисом, напарником Пумы, всё её знакомство сводилось к «привет-пока» в гостиной казармы.
– Прекрасная Хелена! Неужели этот злобный дракон выпустил тебя на волю хоть на один вечер? Я счастлив! – вечную песню Биггса прекратил впечатавшийся ему в ногу ботинок Пумы. Кошка подошла к Рэйн, приобняла за плечи и потащила к столику.
– Шли бы вы, мальчики, куда-нибудь… За коктейлями. А мы тут пока пошушукаемся о своём, о девичьем! Крыс, увижу тебя с амброзией – удавлю, завтра вылет!
Рэйн рассмеялась. Невысокому, с невнятно-мышастой шевелюрой Крису «Крыс Крокрыс» подходило идеально. Про отношения этой двойки на базе ходило множество историй, больше похожих на анекдоты. Пума шпыняла напарника по поводу и без, но стоило кому-то со стороны обидеть Криса – мгновенно бросалась на защиту. Рэйн приготовилась на вечер к бесплатному шоу.
– Ты как, справляешься? Не обижает? – Пума кивнула на застрявшего возле стенда с фотографиями Макса.
– Нет, всё хорошо. Справляюсь. Сработались. Он отличный напарник.
Пума неожиданно серьёзно посмотрела на собеседницу:
– Да, он и напарник отличный, и человек хороший, только… Будь с ним осторожнее, хорошо?
Рэйн недоуменно уставилась на Пуму в ожидании продолжения. Та вздохнула:
– Макс у нас в последнее время – полный медицинский справочник проблем с психикой, и я не хочу, чтобы ты пострадала. И главное, постарайся не… А, демоны, закрыли тему, он идёт.
Вслед за Максом подтянулись остальные Коты, видимо, продолжавшие начатый ещё у бара разговор:
– …Крис, ты сейчас ещё это Пуме предложи, и она предложит тебе пообщаться с самим собой такими перверсиями, что потрясли бы героев древнего мира!
– Биггс, вот ты молчал бы, я до сих пор не понял, у кого всё-таки из вашей парочки яйца!
Пума звонко расхохоталась:
– Мальчики, о чём спорим, против кого дружим?
– Да этот идиот…
Рэйн была права, шоу трёх актёров удалось на славу. Пума с Крисом беззлобно переругивались, а Биггс, почти не затыкаясь, травил байки:
– …А в предгорье Варгор есть Белые леса. Там водятся дикие бататы, что по ночам вылезают из земли и кусают путников за пятки. Там, в самом центре континента, живёт дикий, но миролюбивый народ, который с копьями охотится на бататов, любит он их. Бататы же боятся дневного света и если до рассвета не успеют закопаться в землю – с визгом прячутся в развалинах ледовых дворцов!
– Биггс, завязывал бы ты читать «Кумушку»! – уже откровенно ржал Крис.
– А ты развязывал бы то, что тебе Пума на узел завязала, чтобы от службы не отвлекался, сходил бы в бар к девчонкам и не мешал нам общаться! Роб, я прав?
– Точно!
– Крыс, я кому сказала! Хваталки от бутылки убрал, пока я тебе их не повыдёргивала!
Рэйн хохотала в голос. Этот вечер, может, и не был самым лучшим за последний год, но самым весёлым точно. Только одно не давало ей расслабиться полностью: всё мрачнеющий и мрачнеющий Макс. Напарник молча вливал в себя один коктейль за другим, пока, наконец, не сказал:
– Всё, ребята, весёлого вечера, я пошёл развлекаться по отдельной программе. Ты, – он ткнул пальцем в Роба, – самый ответственный, так что проследи, чтобы Рэйн добралась до дома.
Макс резко развернулся и ушёл. Рэйн растерянно проводила его взглядом через стекло перегородки до стойки нижнего бара, потом вопросительно посмотрела на Биггса.
– Сорвался, – вздохнул непривычно серьёзный Кот, – Kurwa mać, почти месяц продержался, и опять сорвался!
– А что с ним такое, мне кто-нибудь объяснит? – хорошее настроение Рэйн как рукой сняло.
Коты переглянулись между собой, будто безмолвно договариваясь о чём-то, и Биггс начал рассказывать:
– Ну да, тебе же с ним теперь мучиться. Дело в том, что… Мы и сами точно не знаем. Я с Максом с детства дружу, но таким, как в последние месяцы, не видел его никогда. Всё началось после того, как погиб Алекс, – Кот снова вздохнул, и продолжил:
– Мы дружили втроём, с самого детства. Алекс с Максом были одногодками и лучшими друзьями, вместе пошли в академию, вместе летали, словом, не разлей вода. Гибель Алекса стала страшным ударом, но дело в том, что я знаю Макса: он бы стиснул зубы и переживал молча, где-то в душе. А тут у него откровенно потёк чердак. Первый месяц он пил почти беспробудно, неделями из дома не выбирался, потом кое-как оклемался и вышел из отпуска на службу. Что-то случилось с ним тогда, что-то ещё, а что – никто из нас понятия не имеет, сомневаюсь, что он даже мозгоправу нашему раскололся. Эххх…
Разговор подхватила Пума:
– С тех пор, как ты стала его напарницей, Макс будто бы снова начал оживать и походить на себя прежнего. Мы уже радовались, что его отпустило, но – сама видишь.
Повисло тяжёлое молчание. Крис вдруг встрепенулся:
– Народ, если вечеринка испорчена – надо или пить больше, или менять место дислокации. Предлагаю совместить. Поехали в казарму? Засядем в общей комнате, Биггс споёт чего весёлого, выпьем, пообщаемся, заодно и по домам далеко разъезжаться не надо будет. Рэйн, ты как, с нами?
Настроение у Хелы пропало окончательно и продолжать веселье не хотелось. Но она посмотрела вниз, на бар, где за стойкой Макс чирикал с какой-то шикарной блондинкой в красном платье – и решительно поднялась.
– Едем!
На душе у самого Макса было преотвратно. И чего он добивался, когда уходил? Чтобы Хелена бросилась за ним, уговорила остаться или предложила уехать вместе? А с чего вообще разобиделся? Сам привёз напарницу сюда, чтобы она могла поразвлечься и пообщаться с ребятами – и сам же потом весь вечер страдал от какой-то иррациональной обиды на то, что она смеётся над чужими шутками. Мелкое и мерзкое чувство собственничества. Kurrrrrwa mać, а что она подумает? Привёз её сюда, а сам маячил с хмурой миной, так ещё и бросил в середине вечера в полузнакомой компании! Макс мрачно опрокинул в себя стопку амброзии.
– Здесь свободно?
О, началось. Обычно Макс был не против повышенного внимания со стороны местных девиц, но сегодня его раздражало решительно всё. Он не ответил.
– А Вы, наверное, один из Чёрных Котов?
«А ты, наверное, дура, и не видишь шеврон у тебя под носом? И ты не поэтому сюда припёрлась?»
Дальше всё полетело по стандартной схеме, с просьбой сфотографироваться, попыткой познакомиться и бесконечной трескотнёй под ухом. И, конечно, с всенепременными мечтами о том, как бы ей хотелось полетать. На ближайшей кровати.
– Ах, как бы это, наверное, было романтично – падать с высоты, и чтобы меня прямо в полёте поймал прекрасный рыцарь!
Макс наконец-то не выдержал:
– Моя броня так раскаляется в полёте, что я поймал бы стейк с поджаренной корочкой. Прошу меня извинить!
Кот забрал початую бутылку со стойки и размашистым, но не особо твёрдым шагом вышел из таберны, оставив девицу растерянно хлопать ему вслед густо накрашенными ресницами. Почти дошёл до базы, сел на скамейку и принялся хлестать алкоголь прямо из горлышка, глядя в звёздное небо. Подошедший было патруль разглядел шеврон, отдал честь, пожелал хорошего вечера и удалился. Да уж, хороший вечер. Самый лучший, чтоб его.
В казарме же, напротив, было шумно, весело и все при деле. Рэйн с Пумой колдовали на кухоньке в попытках сообразить что-нибудь съедобное и, желательно, вкусное из остатков продовольственных запасов, с боем вырванных из заначки Биггса, Роб бренчал что-то мимо нот на валакорде, Биггс с Крисом упорно пытались построить из засаленной колоды карт домик, матерились и после каждого провала собирали разбросанные по всей гостиной стройматериалы. Тут входная дверь открылась, в казарму ввалилось тело, прошло пару шагов и с громким шмяком рухнуло прямо на очередные развалины домика.