Елена Яр – Каникулы Горыныча (страница 6)
Я сложила руки ему на голову и запретила подниматься. Он может помешать воинам или получить новую порцию увечий. Гладила, успокаивала, говорила, что всё будет хорошо.
Не сразу заметила, что вокруг нас никого не стало. Подняв голову, я огляделась. Мужчины прочёсывали ближайшую территорию леса, но, судя по звукам, сражение так и не наступило. Похоже, это была ловушка, но не нападение. Я длинно выдохнула, осознав, что можно перестать бояться. И подхватив узду, сказала:
- Давай пытаться встать, мой хороший.
И вот тут нарисовалась проблема. Подняться-то он поднялся, но так неловко припадал на левую переднюю ногу, что мне стало страшно. Если конечность сломана, то судьба коня будет решена быстро – его пустят в расход. Караван никто не остановит, чтобы месяц лечить животное.
Я снова рухнула на колени и начала ощупывать ногу. Конь стоял смирно, даже не пытаясь шевелиться, словно понимал, что от меня сейчас зависит его судьба.
- Слава богам! – выдохнула я. Это было лишь растяжение. Не слишком хорошо: носить на себе всадника в ближайшее время он не сможет, да и двигаться быстро тоже, но ему хотя бы не грозит нож.
Прибежал запыхавшийся Миколка.
- Вась, ну что? – с тревогой спросил он.
- Это не перелом, - сказала я, вставая. - Но ногу нагружать будет нельзя.
Миколка от души выругался и запустил пальцы в свои светлые вихры. Я разделяла его настроение, поэтому тронула за локоть и сказала:
- Можно обменять его в деревне… с небольшой доплатой.
Миколка снова ругнулся.
Вернулись остальные. Я пробежала по лицам взглядом и облегчение стало сильнее: похоже, больше угрозы не было.
Казимир разбрызгивал злость. Таким я его не видела ни разу. Хотя, и Алабор, и остальные тоже смотрелись непривычно – они буквально разбрызгивали вокруг себя негативную и даже разрушительную энергию. Заглянув внутрь собственной души, я обнаружила, что тоже жажду разрушать. Мне это никогда свойственно не было, но сейчас пальцы буквально ломило от потребности кого-то прибить. Появись сейчас на поляне Лихор, я бы и на него кинулась с кулаками. Привычный страх ушёл, шкурка пугливого зайца треснула и обнажила под собой какое-то дикое животное, с которым я ранее была не знакома. Внутри завивался вихрь неведомых ощущений, он колол, жёг и жаждал вылиться наружу. Я почти ждала этого, приоткрыв рот и выпуская горячий воздух из горла.
Но тут мне в руку ткнулся мокрый нос.
Опустив взгляд, я увидела Сёму: он поднял морду и смотрел прямо в мои глаза. Я машинально почесала его меж ушей, и меня вдруг отпустило. Злое, неведомое и дикое схлынуло, будто я бычий пузырь, в котором проделали дыру, и все содержимое утекло в землю. Я снова была собой. Маленькой, слабой и трусливой. А ещё ужасно расстроенной. Как же это всё несправедливо! Почему мир устроен так, что сильные не защищают слабых, а обижают, умные наживаются на доверчивых, случай не на стороне справедливости, а наоборот, против? Слёзы закипели где-то на подступах к глазам, и я поняла, что мне нужна передышка.
Мне надо немного побыть девчонкой и пореветь. Но уж точно не на глазах всех эти людей.
- Я скоро вернусь, - бросила я, ни к кому конкретно не обращаясь. И добавила, чтобы снять возможные вопросы: - Поищу, что привязать на ногу коню…
По большому счёту всем было не до меня, мужчины решали, что и как делать дальше. Поэтому я нырнула в кусты и быстро стала удаляться от лагеря. В обычной ситуации я бы убежала совсем далеко, но сейчас было боязно, поэтому остановилась, как только звуки разговоров стали едва слышны.
Я привалилась спиной к стволу дерева, сползла по нему вниз, закрыла лицо руками и дала волю слезам.
Вместе с ними уходила боль, обида, страх. Понемногу, но это помогало.
Я знала, что скоро надо успокаиваться, иначе красный нос и опухшие глаза обычной ручейной водицей будет не смыть. А лишние взгляды и вопросы мне точно ни к чему. Вот сейчас… ещё немного…
И тут я слышала осторожные шаги.
Паника острым копьём пробила грудь навылет. В ушах зашумело и руки моментально затряслись. Я втянула воздух сквозь зубы и подскочила.
9. Гор
Задумка с бревном была, должен признать, очень умная. Если Лихор - её автор, то мой ему поклон за торжество инженерной мысли. Ну и кол в зад за немотивированную жесткость. От решения догнать гада и навалять ему по самую маковку удержал лишь спор с Семарглом. Крылья не выпускать, стараться походить на человека. Ладно, пусть так и будет пока.
На этот раз навий дух я почуял с запозданием, уже когда бежал по оглобле спасать хоть одного из парней. Но снова не смог разобрать суть – амулет, заговор или реальное присутствие кого-то из другого мира?
В досаде я кружил около бревна, и всё ещё не мог разобраться. Дело в том, что сама конструкция ничего потустороннего в себе не несла. Просто система тяжей, распорок и верёвок, которая активиррвалась ногами первого коня, задевшего тросик, натянутый над тропой. Тросик дёрнул за петлю, петля высвободила колышек, а тот привёл в движение весь механизм, от которого бревно и просвистело над дорогой, будто палица в руках невиданного силача.
Возможно, это было всё же заклятье, коль развеялось без следа.
Хотелось расспросить об этом Семаргла, но не при свидетелях, знамо дело. Я поискал глазами пса и заметил, что он то и дело в лес глядит. Не то чтобы настороженно, но явно не просто так.
Поискав глазами Ваську, понял, что та ещё не вернулась, и нахмурился. Не случилось бы чего с девчонкой в лесу. Звери к нашей шумихе не полезут, а вот люди – запросто. Учитывая произошедшее.
Не привлекая к себе внимания, двинулся в сторону от обоза.
Просто так меж деревьев плутать можно долго, поэтому подключил навий нюх – благо для этого никакой трансформации не требуется.
Васька обнаружилась невдалеке, туда я и направился.
Специально я не шумел, но и не таился. Поэтому оказался не готов к тому, что девчонка сорвётся с места, будто пущенная из лука стрела, и рванёт прочь. Звериное внутри колыхнулось и велело пуститься в погоню. Я не стал сопротивляться, помчался следом – оправдал для себя это заботой о Васькиной безопасности.
Она неслась как заяц, перепрыгивая валежник и ловко огибая стволы деревьев и кусты. Азарт плескался внутри, разгонял кровь, ускорял биение сердца по мере того, как я её настигал. Стоило бы окликнуть девчонку, но она точно успела увидеть, кто я, а значит, это либо игра, либо ещё одна тайна, разгадать которую я однозначно не прочь.
Мы выскочили на мшистый участок, и я понял, что пора. Прыгнув вперёд, я повалил её на мягкий покров земли, разворачивая и придавливая собой сверху.
Наша поза была самой что ни на есть интригующей: девчонка на спине подо мной, я прижимаю её руки к траве, чтобы не вырвалась, наши лица рядом. Выпускать добычу категорически не хотелось. Хотелось прямо противоположного. Но злой взгляд синих глаз мгновенно меня отрезвил.
- Отпусти! – пискнула она сердито.
Учитывая обстоятельства, даже сама богиня Лада не смогла бы вывернуть эту позу во что-то романтичное, так что мне нечего и пытаться. Поэтому я тут же поднялся и подал ей руку, чтобы помочь встать. Но она жест примирения, разумеется, проигнорировала и подскочила сама. А потом бросила, нахмурив брови:
- Извращенец!
- Чего это вдруг извращенец? – усмехнувшись, уточнил я. – Когда парню девчонки нравятся – это же самое нормальное и есть, так?
Осознание не сразу дошло до нужных мест, но скоро глаза девчонки округлились, а рот приоткрылся в изумлении. Она заморгала, не в силах поверить.
- Да знаю я, знаю, - сказал я, усмехаясь. Ещё б не знать, когда всё ещё ощущал на коже тепло женского тела. Не такая уж она там и тощая, как казалось из-за мешковатой одежды. Всё, что нужно, в наличии имелось, и было очень вдохновляющим, уж если на то пошло.
Она смотрела на меня во все глаза, всё ещё не веря. А я заметил, что она, похоже, плакала: глаза были слегка красные, да и нос тоже. И мне стало совестно.
- Да не переживай, я тебя не выдам, - сказал я чуть тише. Вот, дурак, напал на девчонку, с чего бы ей тебе верить, а, Горыныч?
- И почему же это? – с подозрением спросила она, глядя всё так же настороженно.
- Не моя тайна, - просто сказал я.
- И ничего не потребуешь за это? – сощурилась она.
Внутри всколыхнулось раздражение: что за люди ей встречались, что она такой подозрительной стала? Я начал подозревать, что она мне не поверит, коли скажу, будто я просто бескорыстный.
- Давай так! - Заложив руки за спину, я слегка наклонил голову. – Если ты вдруг узнаешь мою тайну, то тоже не станешь о ней трепаться. Идёт?
Она удивлённо моргнула, но взгляд не отвела. Наоборот, стала ещё пристальнее разглядывать моё лицо, ища то ли подтверждения моих слов, то ли признаков лжи. Её внимание было приятно, но я бы предпочёл, чтобы эта синева стала чуть более мягкой ко мне.
- Не врёшь? – спросила она наконец.
- Клянусь.
- Клянись чем-то важным. - Она даже придвинулась на полшага ко мне. – Псом своим клянись!
Я оценил иронию. Если я поклянусь Семарглом, то вес у этого обещания будет в два раза больше, чем если бы я жизнь в залог дал. Ведь тут не просто я отвечать буду. А ещё и сам полубог. Но поскольку я не планировал нарушать обещание, то кивнул и сказал:
- Клянусь своим псом.
Она немного расслабилась, опустила глаза, отряхнулась от налипшей травы и спросила, словно между делом: