Елена Яр – Каникулы Горыныча (страница 1)

Елена Яр

Каникулы Горыныча

Пролог. Гор

Каждый парень мечтает, чтоб за ним девчонки бегали. Вот только они плохо представляют, какая это на самом деле обуза.

Я вот представляю.

Когда по ту сторону границы миров, в людской части, прознали, что я лишь в бабкиных сказках трёхголовый и чешуйчатый, а на самом деле моя человеческая ипостась такая же полноценная, как и звериная, житья не стало. Особенно после того, как Илья Муромский в отместку за карточный проигрыш растрепал всем на свете, что я дальний родич заморского дракона. А значит, неприлично богат и знатен. Сволочь богатырская!

Ох, поди, потешался Илюха, когда потекли царевны и королевичны всех размеров и мастей осаждать пропускной пункт бабы Яги.

- Мне, Яга, в навь надо!

- Пошто?

- К Змею Горынычу иду, буду в жены проситься.

- Завтра приходи. Сегодня уже три претендентки по тому же адресу ушлёпали.

Сначала девки нахрапом брали. Вот, мол, я, прелестница писаная, наслаждайся моею красой девичьей. Но когда я отказался наслаждаться, пошли более изощренные варианты.

Например, приходили в цепях, садились на лавку и начинали тужить: «И зачем ты меня, ирод окаянный, похитил?» На резонный комментарий, что я даже рядом не стоял, следовал, как правило, ответ в духе шантажа. Мол, ничего не знаю, вот я в цепях, а вот – твой дом. Женись теперь.

А то вот одна была, целый спектакль организовала. С подружками-плакальщицами, сватьей и свидетелями растления. Хотя это ещё кто кого растлил, вообще-то!

Так или иначе, изрядно мне это всё надоело, и я решил уехать на каникулы.

1. Гор

- Ага, так и говори, в бега подался, - саркастично хмыкнул шагающий рядом со мной Семаргл. Пёс был сильно похож на волка, но мельче и пушистее. Надо сказать, это была одна из его самых невыдающихся личин.

Но было бы странно идти по людским землям в виде огромной огненной собаки с крыльями. Тут об инкогнито вообще речи бы никакой не шло.

Я, конечно же, тоже решил в человеческом виде путешествовать и, по возможности, не летать. Не хотелось, чтобы меня кто-либо узнал.

- А если и так? – Я с вызовом повернулся к нему и задрал брови. – Что, есть какой-то кодекс Змеев Горынычей, о котором я не слышал? Или тебе самому эти невесты не надоели?

- Надоели, - согласился пёс. – Но, может, стоило уже жениться на какой-нибудь, остальные и отстали бы?

Семарглу нравился и мой большой дом, и его окрестности. Он прибился ко мне где-то год назад, и позволил себя приютить. Я бы рад сказать, что это я его завёл, но тут скорее наоборот. Потому как в навьей иерархии эта четырёхлапая саркастичная животина стояла повыше меня. Я был получеловеком, а он – полубогом.

Зачем я ему сдался, не ясно. Возможно, ему просто нравился мой юмор или моё отношение к жизни.

- Я вот что думаю, - не слишком тонко перевёл тему я. – Нам с тобой надо к каравану прибиться.

- Это ещё зачем? – возмутился пёс.

- В одиночестве скучно. А там и поболтать есть с кем, и все понимают, что знакомство временное.

- Ага, это тебе поболтать, - ворчливо заметил он. – А мне придётся рот на замке держать всё время. Вряд ли ты кому-то сможешь объяснить, почему твоя собака разговаривает.

Я про себя подумал, что не так уж и плохо, что он будет молчать. Но спешно отвернулся, чтобы Семаргл не заметил мелькнувшее на лице выражение и не расшифровал его слишком уж правильно.

- Ну, потерпишь немного. А так – какой смысл? По лесу шарахаться можно и у себя было…

- А может, в город рвануть? – мечтательно предложил он.

- Да ну. - Я покачал головой. – Мне в городах не нравится. Тесно и в комнатах, и на их узких улицах… И потом, в городе меня раскусить могут. Мало ли.

- А в караване, думаешь, нет? – хмыкнул Семаргл презрительно.

- Нет, конечно.

- Спорим?

Спорить огненный пёс любил. Впрочем, как и все божественные создания. Они много уже повидали, и от этого им частенько становилось скучно. А споры, когда результат не был ясен с самого начала, щекотал их застоявшиеся нервы.

В этот раз я был уверен, что не спалюсь, и меня никто не узнает. Поэтому я легко согласился.

- Давай. Какие условия?

Семаргл сделал вид, что задумался, но я почти на сто процентов был уверен, что это хитрый зверь уже давно придумал и сам спор, и его подробности.

- Тебя раскроют за неделю. - Довольная морда светилась предвкушением. - Или ты сам раскроешься, ага.

- Я? Сам? – фыркнув, я заулыбался, щурясь на солнце. – Этому точно не бывать.

- А вот и давай, - азартно включился пёс. – Ты сам раскроешь свой истинный облик.

Я хмыкнул:

- Вот ты вроде серьёзное существо, Сема, а ведёшь себя иногда как дурень деревенский. Думаешь, я поведусь на такую элементарную подначку? Этот облик – тоже мой истинный. И если я соглашусь на такие условия, то проиграю в первый же миг!

- Ладно, - не слишком и расстроился провалу своего первоначального плана Семаргл. – Неделя – и ты либо покажешь свои крылья людям, либо вообще целиком перекинешься. Ага?

- Годится, - сказал я.

- На желание?

Проиграть полубогу желание – самая дурная идея из многих, но я был уверен в победе. А иметь в должниках самого Семаргла было очень соблазнительно. Поэтому просто кивнул.

Семаргл подал мне лапу, чтобы закрепить договор. Это было довольно комично – в этом росте ему пришлось подняться на две задние. Будто балаганный пёс, честное слово.

- Это будет интересно, - крайне довольный сказал Семаргл, и червячок беспокойства заполз в душу: а ну как он знает что-то чего мне ещё неведомо?

Но я откинул подозрения, преисполнившись решимостью выиграть этот спор.

Знал бы я, какой трудной, почти невыполнимой задачей это для меня обернётся!

2. Гор

Первый обоз мы пропустили. Понаблюдав за ним из-за кустов, решили, что слишком уж он малочислен. И вряд ли они позволят незнакомому человеку присоединиться к ним.

План был такой – буду проситься путешествовать с ними. А если так не возьмут, буду обещать их охранять. Но эти семеро взрослых и один парнишка-недоросток на пяти подводах выглядели вполне самодостаточными и не нуждались в компании.

- Уверен, что не эти? – с сомнением в голосе уточнил Семаргл.

- Давай покрупнее найдём. Там больше шансов затеряться.

И покрупнее нашли: пятнадцать телег, больше двух десятков людей, шумно, активно и весело было в том караване. Но меня тут же охватило чувство брезгливости. Слишком неприятные лица, явный недостаток зубов в большинстве ртов, и развязные манеры подходили скорее шайке разбойников, чем купцам и путешественникам. Словно не их надо было защищать, а от них.

В полном молчании мы проводили глазами долго тянущуюся процессию.

- Если встанем на крыло, то нагоним первый обоз в два счёта, - заметил пёс.

- Но это не будет считаться частью спора, - на всякий случай уточнил я.

- Нет.

Летать над людской территорией надо скрытно, хотя очень мечталось подняться чуть выше и как следует, с высоты, разглядеть все красоты. И небо звало – оно здесь высокое, звенящее, просторное. Не то что на нашей стороне – там навий купол давит, почти по нему скользишь, когда крыльями как следует поработаешь и в высь поднимешься.

Макушки деревьев, будто зелёные барашки, сгрудились по обеим сторонам дороги. Птицы, завидев такого крупного хищника, сломя голову спешили наутёк, почти сшибая листву. Далеко справа виднелась река, а по левую сторону, но чуть впереди уже высились невысокие горы. Дальше, южнее они подрастут и начнут тыкать в небо своими острыми зубами, а пока только слегка выглядывали над лесом.

Нагнали караван мы на привале, ближе к вечеру – что было на мой взгляд, большой удачей. Мы ещё раз втихаря поизучали людей.

Главный вычислился быстро: высокий, крепкий купец с пузом, но широким разворотом плеч. Он расхаживал между телег и осматривал хозяйство.

- Спорим, он не только кнут в руках держать может, но и мечом махать не дурак? – спросил Семаргл.