Елена Яр – Бестия в латунном браслете (страница 7)

– Привет, Шеймиш. Ничего, с чем бы я не справился, – довольно холодно ответил Джеймс. – Начальник у себя?

– Дай угадаю, ты по поводу… – Шеймиш замолчал, словно подталкивая собеседника договорить его фразу.

– Угадывай, раз взялся, – усмехнулся Джеймс.

Только сейчас Аларии удалось посмотреть мужчине в лицо. До этого тот, похоже, не сводил с неё взгляда, но теперь его серо-зелёные водянистые глаза в щедрой сетке морщин буравили уже стоящего рядом Джеймса.

– Думаешь, успеть вперёд Норфолка? – протянул толстяк.

– Думаю. Если ты не станешь стоять на моём пути и скажешь, на месте ли Харди.

– На месте. – Взгляд Шеймиша скользнул за их спины. – Но, сдаётся мне, ты опоздал.

Тонкие волоски на загривке Аларии встали дыбом: чуйка подсказала, что к ним с улицы приближается сильная бестия. Что стоит сделать прямо сейчас, она не знала. В этом мире всё было словно вывернуто наизнанку. Там, у себя, она бы сразу обозначила свою позицию старшинства, а если бы наглец попытался это оспорить, то выдрала бы ему пару лишних конечностей. Отрастить он их, скорее всего, сможет уже через пару недель, но урок будет помнить много дольше.

Теперь же ей в голову закралась мысль, что тут, в чужом и явно недружелюбном к бестиям мире, собрат по несчастью может стать другом. У себя высшие редко объединялись против общего врага, просто потому что для этого не было необходимости. Возможно, теперь всё будет иначе.

Ей очень хотелось посмотреть, как выглядит этот высший, но Джеймс сказал, обращаясь к Шеймишу:

– Опоздал тот, кто пришёл вторым. – И обратился уже к Аларии: – Идём!

Ослушаться не вышло, и она последовала за хозяином, жадно внюхиваясь в окружающие запахи.

Они прошли через большое помещение с множеством рабочих мест. К каждому из них вела небольшая изогнутая труба. Когда один из сидящих за столом человек открутил с этой трубы запорный винт, прямо перед ним плюхнулся небольшой пузатый кусок железа. Человек извлёк из него лист бумаги начал читать. Это заинтересовало Аларию, но не настолько, чтобы забыть о приближающейся бестии.

Дальше, за поворотом оказался более тихий и безлюдный коридор, но в последний момент она успела заметить вошедших: высокого крепкого самца и человека, с которым тот пришёл. Судя по волнам силы, это был довольно способный высший. Выносливый. Умный. Быстрый.

Алария хищно улыбнулась.

План начал вырисовываться в её голове.

– Ты останешься в коридоре, – быстро сказал Джеймс. – Взять тебя с собой в кабинет начальника я не смогу, это запрещено. Сиди тихо и веди себя в соответствии с приоритетами, что я обозначил. Не смей принимать боевую форму и даже частично. Поняла?

Алария кивнула.

У двери, к которой они подошли, стояло длинное сиденье без спинки. На него и указал Джеймс.

– Вот тут можешь посидеть. Никуда не уходить. Ждать меня.

Получив очередной кивок от бестии, он постучал в дверь и распахнул её, услышав разрешение от находящегося внутри человека. В это же мгновение в коридоре показались и те двое, что так заинтересовали Аларию. Она понимала, что между Джеймсом и тем вторым была явная конкуренция, но во что она может вылиться в незнакомом мире, догадаться не было шансов. Драка? Или все же сначала обмен угрозами? На всякий случай напряглась, чтобы дать отпор.

– Джеймс Спенсер, – почти промурлыкал пришедший. – И новая бестия.

Она физически ощутила изучающий пристальный взгляд.

– Конрад Норфолк, – в тон ему ответил Джеймс. – Наконец-то пришёл вторым.

– Похоже, в Бестиарре и правда перевелись нормальные бестии, – проигнорировав выпад, заметил чужой. – Тебе придётся её откармливать как следует. А то её и обычный бес перешибёт.

Алария полуприкрыла глаза, чтобы они не выдали её бешенства. Люди для неё были все одинаковыми, но почему-то именно этот страшно бесил. Настолько, что, если бы не приказ Джеймса, она бы на месте разорвала такого напыщенного кретина. И даже его крепкий высший не успел бы ей помешать.

Их прервал недовольный голос из комнаты:

– Вы там долго будете меряться размером паровой трубы? Или заходите оба, или проваливайте, люди тут, вообще-то, работают!

Джеймс не раздумывая шагнул внутрь, а второй, даже не сказав ничего своему спутнику, последовал внутрь чётким уверенным шагом. Едва закрылась дверь, бестия прошагал ближе и занял позицию напротив двери, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди.

Алария принялась с прищуром его разглядывать. Он ответил ей тем же.

Визуально он был грубоват, она таких не любила. Но сила фонила хорошо и ровно, значит, он в полной зрелости, в расцвете ума и силы. Это было перспективно. Но взгляд и манера держаться, по мнению Аларии, сильно превосходили его данные. Там, дома, она таких учила и ставила на место. К сожалению, здесь выбирать не приходилось.

– Как тебя зовут? – спросила она.

– Гантер, – после паузы ответил он.

– Я Алария. Давно здесь?

Её взгляд переместился на массивный браслет, красовавшийся на руке Гантера. Тот был явно крупнее и толще того, что носила она сама. Это навело её на мысль, что Джеймс заранее знал, на кого идёт охотится. Что в очередной раз неприятно кольнуло осознанием собственной самонадеянности.

Одет Гантер был довольно хорошо – ни рубашка, ни жилет, ни брюки не висели на нём, словно мешок. Обувь на ногах – высокая, кожаная, со множеством металлических деталей – ярко контрастировала с босыми ступнями самой Аларии. Похоже, хозяин о нём заботится. Но это вовсе не означало, что выбраться Гантер не хочет.

Она подняла глаза, и наткнулась на прямой прищуренный взгляд карих мужских глаз. Только тут она осознала, что он так и не ответил на её вопрос. Массивная челюсть дёрнулась, и мужчина сказал:

– Не ищи у меня поддержки, мы не в Бестиарре.

– Ты считаешь, я занята именно этим? – Алария задрала подбородок и презрительно скривила губы.

– Ну ещё бы. – Он дёрнул верхней губой, словно едва сдержал угрожающий рык. – Мой хозяин – лучший детектив этого города. А возможно, и всей страны. Таких жалких мальчиков, как твой Спенсер, он ест на завтрак. Так что не пытайся сделать вид, что и мы с тобой на одной ступени, малышка.

Она ощутила, как когти дёрнулись внутри, но не посмели вылететь из пальцев. Гнев отравляющей лавой тёк по телу, сжигая все её едва возникшие планы. И от этого злость умножалась и крепла. Но Гантер, будто не замечая угрозы, поучал её, словно бесёнка.

– Здесь ты ничего не стоишь, Алария. Даже в Бестиарре ты годилась бы лишь на то, чтобы поставить тебя на колени и отодрать по пути на охоту. Здесь же и этого тебе явно много. Так что сиди и завали пасть. Вы с твоим хозяином получите лишь объедки с нашего стола, поняла?

Алария улыбнулась ленивой улыбкой с прищуром. Те, кто её знал, тут же бежали прочь, обламывая когти о камни, едва замечали эту эмоцию на лице бестии. Но стоящий напротив был слишком полон своей значимости, чтобы замечать угрозу.

– Верно ли я поняла, Гантер, – растягивая слова, проговорила она негромко. – Ты гордишься своим хозяином? Не своей силой. Не своими победами. А просто своим владельцем?

– Ты не знаешь правил игры, – тон Гантера не изменился, но по затрепетавшим ноздрям было заметно, как сильно ей удалось его задеть. – Посмотрим, что ты скажешь через месяц – другой.

– А тебя это волновать не должно, – промурлыкала она, чувствуя, как зрачки вытягиваются в линию и зрение обретает большую чёткость. – Тебе бы пережить то, что я сделаю сейчас.

И она прыгнула вперёд, прямо на Гантера.

Глава 5

Вряд ли глава полицейского участка города Чинвата даже в молодости был красавчиком. Казалось, черты его лица собраны от разных людей каким-то сумасшедшим демиургом. Косматые брови нависали над мелкими, невнятного цвета глазами, крупный нос постоянно краснел – то ли от аллергии, то ли от вредных привычек. При этом его подбородок всегда оставался настолько чистым, что складывалось ощущение: это подросток, не начавший бриться, а не умудренный годами полицейский чин с целым списком регалий.

Но несмотря на внешнюю непривлекательность, Джеймсу Спенсеру всегда очень импонировал Руперт Харди. И не только его чисто латунный мужской внутренний стержень и скорость мысли, как у нарезного дуэльного пистолета. Но особенно умение принимать верные решения и лавировать между большим начальством и долгом.

Правда, прямо сейчас Джеймс переживал, правильное ли решение примет Харди. С учётом того, как сильно давит на него Конрад Норфолк.

– Совершенно очевидно, что дело министра должно достаться мне, – вещал Норфолк.

– И почему это очевидно? – немного ворчливо уточнил Харди.

Осознав, что слишком навис над столом начальника, Норфолк выпрямился и сделал полшага назад.

– Я пришёл первым, – заметил Спенсер. – А при прочих равных лицензия на расследование отдаётся именно первому подавшему запрос.

– А разве прочие равны? – Норфолк ухмыльнулся, слегка повернув голову к сопернику.

– Ну, справедливости ради,«прочие» с этого дня и правда равны. – Харви поднял брови, так же глядя вниз, на лежащие поверх стола собственные пальцы рук, всё ещё переплетенные между собой. – У мистера Спенсера высшая категория, открытая с того момента, как он зарегистрировал на себя бестию. А значит, он имеет право претендовать на дела любой сложности и важности. К которым, разумеется, в полной мере относится дело безвременно покинувшего нас ратмана Зейна Рипли.