Елена Воронцова – Эль (страница 21)
Кеван кивнул, на мгновение задумавшись, а затем, сняв свой плащ, накинул его мне на плечи.
– Запомните, миледи, – с улыбкой поправляя фибулу, произнес он, – магиням никто и никогда не станет задавать вопросов. Даже если вы сейчас прилюдно начнете вырезать население этого городка, стражники лишь проконтролируют, чтобы вы при этом не пострадали. Первое и основное, что вам следует знать о магах, это то, что вся их политика направлена на защиту и заботу о своих женщинах. Вы же знаете, что их рождается крайне мало?
– Ну да, слышала что-то, – не стала я вдаваться в подробности.
Тема о том, что раса магов вымирает из-за отсутствия самок, была излюбленной в братстве, но, как и все прочие, оставалась лишь сплетней, хоть и хорошо прижившейся. Что могли знать люди о существах, живущих за непроницаемым барьером? Сотни их там, или тысячи, а может, миллионы. Внешне маги ничем не отличались от людей, а у нас не было ни способностей, ни каких-либо приспособлений, чтобы как-то их идентифицировать. Отличить мага от человека можно было лишь по одежде и высокомерному поведению. Они никогда не разговаривали с аборигенами или делали это крайне скупо и неохотно, как, впрочем, и дэвы. Да, многие из них жили бок о бок с людьми в аристократических кварталах, работали в храмах, на производствах и там, где требовалось магическое сопровождение, но они всегда оставались чужими. Прошли сотни лет с момента «Вторжения», а мы по-прежнему ничего о них не знали. Только слухи.
– Значит, это правда, и их раса вымирает? – не удержавшись, поинтересовалась я, уже совсем по-другому взглянув на открывающиеся мне возможности. Бездна, да ведь я теперь смогу шпионить за ними! Возможно, впервые с момента вторжения человечеству представился шанс узнать своего врага! От этой мысли у меня даже голова закружилась.
– Ммм… Сложный вопрос, учитывая их продолжительность жизни и количество потомства, которое за это время способна воспроизвести одна женщина, – растерянно пожал плечами парень. – Но то, что магинь крайне мало, – это факт.
Мы быстрым шагом направились в сторону ворот, продолжая болтать на ходу.
– Что еще мне следует знать о магинях? Как выглядят, одеваются, ведут себя и так далее. Если уж мне предстоит изображать одну из них, нужна хоть какая-то информация. Я этих редких животных вообще ни разу не видела, даже издали.
– Как и большинство обитателей этого мира. К сожалению, мои знания в данной области очень скудны, – вздохнул дэв. – Магини редко покидают магополисы, а если такое происходит, то в целях безопасности они одеваются и ведут себя так же, как местные жители, чтобы не выделяться из толпы. После того как братство объявило на них охоту, это стало оптимальным способом поведения. Дэвы всегда могут отличить мага от человека, и у нас есть четкие инструкции по этому поводу. Никто из них никогда не подойдет и не потревожит вас, но, пока вы не окажетесь в безопасности, каждый встреченный дэв обязан в силу необходимости и своих возможностей обеспечивать вашу защиту без лишней огласки.
Я скривилась.
– То есть ты хочешь сказать, что, как только мы попадем в поле зрения патруля, эти ребята тут же прицепятся к нам?
– Непременно, если я не дам им отмашку.
– Ты?
– Да, миледи. Магини, безусловно, привилегированные члены общества с практически неограниченными возможностями, но они лишены права отказаться от обеспечения их собственной безопасности. Но это могу сделать я, как ваш хранитель.
– Хранитель… Бездна! Кев, прости, что втянула тебя во все это. Мне правда очень жаль. Если я могу…
Сверля взглядом мостовую, я не сразу поверила своим ушам, услышав чарующий смех.
– Миледи, – вид лучезарно улыбающегося авворина заставил меня сбиться с шага и идиотски растянуть губы, отзеркаливая его улыбку, – ничего более прекрасного со мной не могло случиться в этой жизни. Это чудо, что я встретил вас и что вы не отвергли презренного нечестивца, открыв мне свою душу. Я счастлив и бесконечно благодарен вам, моя прекрасная госпожа.
– Ээээ… – многозначительно выдала я, останавливаясь. – Аааа… Ничего не поняла. Разве тебя не сделали, ну… Ты же теперь вроде как…
– Ваш самый преданный и верный раб? – ничуть не смутившись, подсказал дэв.
– Бездна! Не произноси это слово. Ненавижу рабство.
– Именно поэтому быть вашим рабом – весьма завидная участь, с учетом того, что свободных дэвов не бывает в принципе. Я не стал рабом, не заблуждайтесь, а всего лишь сменил хозяина. Хотя это неверная формулировка. Я стал хранителем самой доброй и милой девушки на всем свете. Смеет ли мечтать о большем проклятый?
– Проклятый? А, ну да, – я снова смутилась, но быстро взяла себя в руки. – А почему? Чем «хранители» отличаются от прочих дэвов? Что это вообще означает?
– Хранитель – это… наставник, друг, телохранитель, брат по духу, самое близкое и преданное для мага существо и одновременно с этим безусловный раб своего хозяина. Тень, живущая мыслями, желаниями, стремлениями своего господина, пользующаяся его привилегиями и властью, и исчезающая из мира вслед за ним. Сложно дать определение… – он на секунду задумался, затем вздохнул и зашел издалека. – Попробую объяснить, хотя будет крайне непросто. Видите ли, условием контракта на предоставление материального носителя бесплотному духу является его клятва о полном и безоговорочном подчинении. Получая тело, мы становимся рабами без права на ослушание…
Я бестактно перебила его на полуслове:
– Я знаю, что дэвов как-то привязывают, заставляя подчиняться, но не думала, что это всего лишь клятва. Разве вы не можете ее нарушить?
– Не можем, – усмехнулся авворин. – Свобода воли, дарованная живым, лишь сладкое воспоминание для подобных мне. Проклятые – собственность Инферно. Люциферу по большей части безразлично, где его рабы и что с ними, до тех пор, пока мы не нарушаем его законов, один из которых гласит, что клятва священна. И неважно, дана она под давлением, по ошибке или выманена обманом. Мы – вечные рабы: самой преисподней ли, демонов, друг друга или магов, суть – детали. Клятва – лишь инструмент подчинения, а ее нарушение – триггер, запускающий протокол исполнения наказания непокорного раба. И поверьте, ни один проклятый не захочет его активировать, – он ненадолго замолчал, ожидая, пока мы пройдем мимо пары испуганно пялящихся на нас патрульных, и слегка качнул головой, давая понять, что мы не нуждаемся в их услугах, а затем продолжил: – Именно поэтому с нас и берут клятву. Мы отказываемся от всего, чтобы получить еще один шанс на жизнь. Мы не можем лгать, не имеем голоса для оправданий или возражений, лишены права выбора. Полное и безоговорочное подчинение. Любой приказ, пожелание или слово мага должны быть неукоснительно выполнены, иначе Инферно моментально вырвет душу преступника и отправит в чертоги Немезиды, дабы покарать.
– Жестко… Заставлять вас давать такую клятву, я имею в виду. Мало ли что взбредет в голову хозяину. Маг ведь тоже может оказаться тем еще ублюдком.
Я поежилась от этих мыслей. Постельные рабы из дэвов, популярные у аристо, больше не вызывали отвращения, а скорее жалость и почему-то стыд.
– Может, но оказаться во власти людей порой куда страшнее, – подтвердил мои мрачные догадки Кеван, отведя взгляд и задумчиво уставившись в уже светлеющее небо. – Но, полагаю, по-другому выявить среди миллиардов закоренелых грешников души, достойные еще одного шанса на жизнь, попросту невозможно. Далеко не все беглецы проходят проверку и оправдывают оказанное им доверие. Многие инферналы уже слишком искажены для живого мира и способны весьма успешно скрывать свою темную суть. Поэтому магами была выработана специальная система отбора и испытания воплощенных. Первые десять лет дэв обязан провести в рядах имперских войск в условиях строжайшей дисциплины, беспрерывных боевых действий и неусыпного контроля. Его клятва хозяину подразумевает подчинение любому магу и вышестоящему дэву без каких-либо прав и возражений. Офицеры тщательно следят за своими подопечными, заводят личное дело, составляют психологический портрет, тестируют и испытывают падшие души. Если дэв выдерживает все проверки и в нем не обнаруживается критических изъянов, то, отслужив положенный срок, его либо оставляют в составе имперских войск, присваивая новый ранг и наделяя большими свободами, либо, если психотип не соответствует данному виду деятельности, передают гражданским гильдиям. С этого этапа приказывать дэву могут лишь члены той организации, чьей собственностью он является. Дальнейшая судьба воплощенного уже полностью зависит от того, что написано в его личном деле и какой ранг лояльности присвоен, но еще долгое время дэв нарабатывает репутацию и заслуживает доверие, чтобы обратить на себя внимание какого-нибудь рода и перейти под его покровительство. Вместе с фамилией дэв получает и новую привязку, ограничивающую число его хозяев членами семьи. И только спустя много лет верной службы на благо рода, многократно доказав свою преданность и при большой доле удачи, дэву могут предложить роль «гувернера» – воспитателя и телохранителя новорожденного мага. И если по исполнении совершеннолетия воспитанник пожелает, а сродство душ будет достаточно крепким, дэв становится хранителем и полноценным членом общества. Это не отменяет его рабского статуса, но мага и дэва связывают особыми узами, открывающими множество возможностей и делающими фактически духовными братьями. Душа хранителя получает шанс по окончании срока службы влиться в систему реинкарнации расы хозяина при соблюдении ряда условий и если Инферно сочтет допустимым отпустить этого конкретного проклятого. Статус такого раба в обществе магов приравнен к статусу его мастера. Дэв получает все права и привилегии своего господина. Он его голос и воля. Проявление неуважения к хранителю – это оскорбление всего рода. И поскольку теперь я ваш хранитель, мой ранг в иерархии дэвов является наивысшим, в сообществе магов же приказывать мне отныне смогут очень немногие. Чтобы вы лучше понимали: Андрас, являясь хранителем кронпринца Максимилиана, имеет равные его статусу права и привилегии. Он вправе приказывать нижестоящим магам, занимать государственные должности, казнить и миловать. Выше него только сам император. Но даже ему Андрас может не подчиниться или солгать. Хранитель действует исключительно в интересах своего мастера.