Елена Усачева – Большая книга ужасов – 83 (страница 44)

– А ну прекрати! – орала баба Оля. – Вот я полицию позову.

Ухмыльнулась. Давно пора сюда полицию позвать.

Найденный камень был огромный, Марта его еле подняла, качнула в руках и отпустила. Нет, такой не полетит.

– Отошла, отошла от дома!

Есть! Камень полетел хорошо, врезался в перекрестье рамы. Марта заметила, куда он отскочил. Перелезла низкий заборчик палисадника, подняла его и подошла к дому вплотную.

– Не смей! – заорала баба Оля.

А Марта все гадала: зачем им понадобилось бить окна. Они же потом все равно вошли в дверь. Но перед этим им требовалось разбить стекло.

Замахнулась от души, чуть плечо не вывернула.

Дух в замкнутом пространстве находится. И если это пространство разомкнуть?

Стекло посыпалось на лицо. Марта успела только зажмуриться и плотнее сжать губы. Но лицу все равно стало больно – она порезалась.

– Ааа! – носилась по комнате баба Оля. – Люди!

Марта стряхнула осколки и направилась к крыльцу. Здесь было два окна, а дальше за входом шла глухая стена. Интересно. Комната без окон? Здесь-то они лембоя и держали?

Около крыльца Марту ждала большая удача – часть палисадника оказалась выложена камешками. Небольшими. Аккурат под ее руку.

– Остановись!

Баба Оля уже стояла на верхних ступеньках. В длинной белой ночнушке она выглядела чистым привидением.

– Колдуны не бывают добрыми, – усмехнулась Марта, удобней устраивая в ладони камень.

Бросила. Навстречу камню полетел гулкий удар в стену из комнаты. Камень как будто и не достиг своей цели, а сразу полетел обратно.

Баба Оля заорала уже совсем дурным голосом и присела. Марта посмотрела на крышу. Нет, ехать она не собиралась.

Наклонилась за камнем и вдруг почувствовала, что за спиной стоят.

Сейчас она этот камень ему прямо в лоб засадит.

Марта развернулась. Испугаться не успела. Только удивилась. Седой. Быстро он.

Седой заорал. Марту разом кувыркнуло на спину, задрало ноги и поставило на голову. Вверх тормашками она увидела, что на пороге стоит еще один лембой. Черный. И он тоже орал. Еще она успела заметить, как баба Оля ловко уползает на четвереньках с крыльца.

– А-а-а-а-а! – с новой силой заорал седой, и в доме полетели последние стекла.

Марту бросило на живот, ногами вперед протащило по палисаднику, стукнуло о стену. Она шевельнулась, почувствовала, что под куртку собрала все камни, и замерла.

Черный на крыльце распушился, волосы его поплыли по воздуху. Он запрокинул голову и гаркнул. Седой сдавал. Гнул голову и больше не орал.

Марта вытащила из-под куртки камень. Бросила.

Черный повернул к ней голову.

Тут уже можно было не орать. От одного взгляда кишки внутри Марты завернулись, и жадный страх с ложкой наперевес ринулся в них ковыряться. Марта ткнулась лбом в цветы.

Дом опять как-то весь вздрогнул. От крыльца что-то полетело.

«Он еще и летает», – вяло подумала Марта.

Над головой хлопнуло, словно окно открылось.

Створки без стекол были распахнуты, на улицу торчала рука. Принадлежала она явно немолодому человеку – в морщинах вся, видны голубые вены, ногти сероватым бугром. Рука эта погрозила улице пальцем и скрылась. Марта тянула шею, чтобы разглядеть смелого хозяина жеста. Поднялась на ноги.

В пустой комнате ярко горел свет.

Седой стоял, прикрыв глаза. Его тяжелое лицо стекало в волосы. И только огромный мясистый нос шевелился. Словно он вынюхивал своего противника. Нюхал с шумом. Марта еле сдерживалась, чтобы не начать нюхать самой.

Из-под куртки вывалился камень.

Седой открыл глаза.

Было бы хорошо, если бы седой улыбнулся, вытащил из рукава зонтик или щелчком пальцев остановил дождь. Но в его глазах были только лес, холод и равнодушие.

Распахнул рот.

– Нет! – выставила руку Марта.

Крик ударил в лицо. Марту припечатало к стене дома.

А потом все закончилось.

Лембои исчезли. И седой, и черный. Марта сползла по стене на приступок фундамента. Долгие минуты ничего не чувствовала, но потом дождь все же достучался до нее. Он намочил колени, пробрался за шиворот, исколол руки, похолодил макушку.

– Чего сидишь? Домой иди.

Баба Оля с очень деловым видом стояла на крыльце и смотрела на открытое окно. На плечи она успела накинуть куртку.

– Давай, давай, нечего тут. У меня, видишь, чего!

Марта очень хотела увидеть и понять, но пока у нее это не получалось.

– А Колька когда за стеклом вам поедет? – тараторила баба Оля. – Надо сказать, чтобы и мне привез.

Марта попыталась встать. Ноги не слушались. Голова работала слабо – она не понимала, что теперь надо делать. Как вставать, как идти, куда идти.

– А ты Сашку-то видела? Как он их. Раз – и все.

Марта качнула головой. Это единственное, что она сейчас могла – качать головой и смотреть, как плавает перед ней туда-сюда действительность.

– Иль ты не углядела?

Марта уставилась на бабу Олю.

– Это свиль его держала. Он ведь как нечисть тогда поймал, так вскоре и помер. Но следил, чтобы никто тут не озоровал. А вот как свиль над его могилой встала, тут все и вернулось. Поняла?

Кивнуть – это правильно. Марта кивнула. Баба Оля опять уставилась на дом.

– А это хорошо, что Колька за стеклом поедет, хорошо… Да иди ты уж, иди. Аль онемела с испуга?

И правда, чего она сидит? Надо бежать! Надо посмотреть, что там Славка.

И она побежала. По ногам и рукам еще бегали мурашки. Два раза упала, из-под куртки выпали последние камни.

Мама стояла у калитки.

– Ты-то куда ушла? – напустилась она. – Ночь, дождь, а тебя где-то носит.

– А что Славка? – выдохнула Марта.

– Спит Славка. Вообще не понимаю, что это. Горячка какая-то была, а потом ушла. Сухой, температура нормальная. Просто спит. Вы во что тут играли, что он так возбудился?

– В леших, – пробормотала Марта.

– Нашла во что играть. Других игр нет?

Мама смотрела вдоль улицы. Мама была хмурой.

– А ты знаешь, что в этой деревне был колдун? – вдруг спросила Марта.