Елена Станис – Осиновый кол прилагается (страница 20)

— Давно не виделись, — проговорил монстр человеческим голосом, низким и чуть хрипловатым, от которого по коже прокатилась очередная порция мурашек.

Я стояла молча, не двигаясь, боясь дышать, но как завороженная змеёй добыча не могла отвести взгляд от кровавых голодных глаз.

«Почему он говорит по-человечески? Почему я его понимаю?» — пронеслось в голове.

— Когда проходишь через портал вбираешь в себя знания языка мира, в который попадаешь, — ухмыльнулось чудовище.

«Граф Дракула читает мои мысли?!» — С ужасом осознала я.

— Что ещё за Дракула? — Поморщилось чудовище и представилось: — Фьёрсвилд, лорд Малтийский, повелитель Малтии и Волжанских земель от подножия серых гор до Мелкого моря.

Монстр снял шляпу и низко поклонился.

«Фьёр… язык сломаешь, Дракул ты и есть. И какой ещё лорд? Тут вроде обращения лорд и леди не приняты».

— Такие обращения приняты в Малтии, — пояснил вампир.

«Почему ты напал на Селесту?» — мысленно произнесла я, не в силах пошевелить губами.

— В первый раз, просто хотелось разнообразить меню чем-то недеревенским. А потом, кроме её крови, мне понадобилось приглашение в замок, — оскалился Дракула, считавший себя каким-то Фьёрсвилдом, — чтобы найти тебя.

Этот с позволения сказать «диалог» можно было принять за светскую беседу, но страх, сковавший меня никуда не делся. Я просто старалась не думать. Не позволить гадине ковыряться в моих мыслях, отогнать охвативший меня ужас подальше вглубь.

— Твой аромат витает по всему замку, отыскать тебя было просто, — продолжил Дракула.

Он выглядел как человек. Говорил как человек. Но это был монстр. Тот самый, из мира с багровым солнцем. Просто в одежде и на двух ногах. Я чувствовала окружающую его гнетущую ауру, от которой было трудно дышать и слезились глаза.

«Хочешь сожрать?» — я вздёрнула подбородок, а у самой свело конечности от жути.

Дракула, не считающий себя Дракулой снова оскалился.

— Наоборот. Изволю напоить тебя собственной кровью. Дам жизнь вечную.

«Зачем?»

— Ты побывала в первом мире и не сошла ума. Кроме тебя, только одному человеку удалось сохранить здравый смысл и переродиться.

«Поэтому ты не наделал себе войско нежити», — пронеслось у меня в голове до того, как я смогла отфильтровал, то что думаю. Удерживать собственные мысли в узде, оказывается, очень непросто.

— Если бы я мог обращать всех, кого хочу и этот, и твой мир давно бы стали моими. Так вернёмся к нам. Я представился, а ты нет. Невежливо, леди.

«Захухря болотная тебе леди! Не скажу… Алина… Не скажу! Иди в себя кол вбей, кровосос».

— Очень приятно, Алина, — сверкнул кровавыми глазами монстр, — У нас, в Малтии принято целовать девушке руку после знакомства.

«И кусать шею», — мысленно прибавила я, сетуя на себя за то, что выдала имя.

— Ну же, сладкая Алина, шагни ко мне, — протянул руку вурдалак.

— Ни за что! — Крикнула я, обретя способность снова шевелить губами.

— Шагни ко мне, — приказал он.

«Шагни ко мне» — отозвалось в моей голове.

Я с ужасом обнаружила, что моё тело покоряется воли монстра. Приложив неимоверное усилие, я осталась в солевом кругу.

А в голове заезженной пластинкой крутилось: «Шагни ко мне». «Шагни ко мне». «Шагни ко мне». И мои ноги всякий раз порывались подчиниться. И с каждым разом сил сопротивляться было всё меньше и меньше.

— Альфа, бета, гамма, дельта, эпсилон… — вслух забормотала, чтобы как-то заглушить голос в голове.

— Шагни ко мне, — Произнёс вурдалак более зло и настойчиво.

— …зета, эта, тета, йота, каппа, лямбда… — продолжала я, закрыв руками уши и зажмурив глаза.

— Шагни ко мне! — Уже кричал Дракула, который не считал себя Дракулой.

— …му, ню, си, омикрон, пи, ро, сигма…

Вдруг раздался нечеловеческий рык. Я открыла глаза. Кричал вурдалак, плечо его дымилось, из груди торчало копьё. Он резко переломил торчавший кончик острия и сбив стоящих позади стражников и отца Браунига чёрным вихрем кинулся прочь, куда-то в левое крыло замка. За ним погнались, но это было равносильно тому как человеку пытаться нагнать ветер.

Я продолжала сидеть в солевом кругу, обхватив себя за колени и прерывисто дышала. Не знаю сколько прошло времени пока я немного успокоилась, а моё дыхание выровнялось, хотя руки продолжали мелко дрожать. Кто бы подумал, что знание греческого алфавита так меня выручит.

— Живой? — Донеслось до меня откуда-то сверху.

Я задрала голову и увидела стоящего в дверях Натаниэля Кристана. Неуверенно кивнула и медленно поднялась.

— Его поймали? — просила я с трудом узнавая собственный голос.

— Нет, — покачал головой граф. — Соль помогла?

Я опустила взгляд на раскиданную на полу соль.

— Да. И греческий алфавит.

Сын маркиза своим коронным движением заломил бровь, но уточнять не стал.

— Он укусил тебя? Дай осмотрю шею, — проговорил он, потянувшись к вороту моей рубахи.

Я отпрянула.

— Нет, всё нормально, — заверила я, но Натаниэля Кристана это нисколько не успокоило, а наоборот: он насторожился.

— Я взгляну, — тоном, не терпящим возражений, проговорил он, приближаясь.

— Вот! — Я, подняв отросшие волосы вверх, покрутила головой.

Но его сиятельство это не удовлетворило.

— Расстегни рубашку, — потребовал он.

Меня прошиб холодный пот. В который раз за сегодня.

— Отойдите или я закричу!

Глаза графа на миг округлились, и он даже замешкался, но потом резким движением разорвал ворот моей рубахи. Замер, уставившись на перебинтовые выпуклости, которых у парня быть не должно. Я вспыхнула как варёный рак, размахнулась и дала наследному сыну маркиза Виены, графу Натаниэлю Кристану Виенскому пощёчину. А потом придерживая рукой разорванную материю на груди убежала прочь. Вернее, в отведённую мне замковую комнату.

Глава 7. Наследный сын маркиза и я

Как и сказал Натаниэль Кристан вурдалак скрылся, покалечив по пути одного из стражей. Интересно, что теперь будет? Натаниэль Кристан станет мстить за пощёчину? Меня просто выгонят из замка или предварительно закидают камнями? От этих раздумий становилось страшно, а сердце пускалось вскачь.

Грэг Тилли меня подробным образом расспросил. И о вампире, и о Натаниэле Кристане. Донсон Брауниг не вставил ни слова, ни одного уточняющего вопроса. Он смотрел в стрельчатое окно и выглядел чудовищно раздосадованным.

— Он снова придёт за мной, — подвела я итог своим размышлениям. — Придёт, потому что я была в его мире и не сошла с ума. Придёт, потому что я могу стать подобной ему.

Я говорила тихо и безэмоционально, но от собственных слов, от этих произнесённых вслух слов делалось жутко. Заметила встревоженно-задумчивые взгляды Тилли и Браунига. Невесело им улыбнулась.

Был ведьмин час, но замок что называется «стоял на ушах». Перед нашей дверью дежурили стражники. И хотя была ночь, а Дракула, который звал себя Фьёрсвилдом, теперь мог свободно ходить по замку, я чувствовала, что сегодня монстр больше не явится.

Грэг Тилли и Донсон Брауниг ушли к пострадавшему стражу, как выяснилось это был караульный, а я осталась в комнате под охраной троих вооружённых мужчин. Интересно, они меня охраняют или караулят? От усталости и, вероятно, от пережитого, просто валилась с ног. Так что я просто улеглась на кровать и провалилась в сон без сновидений.

Разбудил стук в дверь. Лучи солнца, проникая сквозь стрельчатое окно, заполнили комнату светом. Утро. Ни здравника, ни священника ещё не было. Стук повторился.

— Разрешишь? — раздался голос Натаниэля Кристана.

Сделалось страшно. Опять мурашки. Но со вчерашним никакого сравнения. Будь что будет. Я глубоко вздохнула.

— Ваше сиятельство, — отозвалась я неровным голосом.