Елена Соколова – По кромке зла (страница 12)
Она вспомнила фразу, слышанную когда-то, на каком-то party, устроенном на берегах лазурного озера, в солнечной Италии, на вилле какого-то итальянского олигарха, куда она попала совершенно случайно, в период страстного романа с одним футболистом. Они познакомились когда её контора подрядилась строить ему дом. Футболист играл за местную итальянскую команду, которую спонсировал этот самый олигарх по причине того, что происходил родом из этих мест, и когда-то, ещё ребенком, защищал цвета этой команды на футбольном поле.
Фраза нравилась ей по дрожи. От неё несло ароматом неумолимой судьбы и «черным воронком» сталинских времен.
«Когда вы будете готовы – за вами придут».
Вот именно. Боженька и судьба умнее нас, грешных, когда надо будет – тогда и сложится.
А пока – хорош разлагаться, надо искать ночлег.
Лёля занесла руку над дисплеем, и тут сзади резко гуднули. Она вскинула глаза – чёрный «Чероки», похожий на катафалк, крякая нетерпеливо, объехал её, взметнув тучу снега с обочины. Его клаксон длинно и возмущённо проорал что-то, явно матерное, красные стоп-сигналы вспыхнули, и чёрная туша свернула к гостеприимно распахнутым воротам, вделанным в высокую узорную ограду дома, у которого она припарковалась.
– Ой, – подумала Лёля. – Нехорошо вышло. Это, наверное, его дом, а я тут, под забором тусуюсь, как побродяжка. Надо отъехать, а то ещё охрану вышлет, разобраться.
Она включила зажигание, проехала немного вперед и встала у соседнего дома. Бросила взгляд в зеркало заднего вида, просто из любопытства, и оторопела. Под крышей двухэтажного особнячка, у которого она стояла только что, яркими огнями переливалась надпись «Рай на Окраине».
Вот это было полное и окончательное «да», включая чёрный «Чероки», похожий на так некстати вспомнившийся «воронок». Или, всё-таки, кстати?
Она хотела увидеть Глашу? Пожалуйста.
Она хотела её телефон? Что ж, возможно и это у неё получится.
Она хотела ночлег, то есть подремать немножко?
Нет сомнений, что даже если в этом раю на окраине нет номеров для поспать, она совершенно точно может справиться здесь, где они могут быть в радиусе пары километров.
И это заведение совершенно точно работает ночью, вот они в поиске, она нашла. Да, «Рай на Окраине», салон красоты, массажный салон, баня, сауна, кафе. Работаем круглосуточно, по записи и без. Мэйлы, номера телефонов, фотки интерьеров и мастеров прически и маникюра. Расценки на грани неприличных, но интерьеры очень крутые. Если мастера не хуже – тогда всё в порядке и с расценками. Лёля медленно сдала назад и повернула на боковую аллейку, которая вела к воротам. Ехидно ухмыляясь, заехала на парковку и встала рядом с чёрной тушей «Чероки». Проверила в зеркальце макияж, подправила помадой рот, скорчила сама себе рожицу.
– Ну что, к подвигам готовы?
Вышла, заперла машину и пошла к входу в особнячок, провожаемая пристальным взглядом видеокамер.
Черноволосая фея в белом халатике гостеприимно распахнула дверь.
– Добро пожаловать! Замерзли? Чай, кофе? Чем вам помочь?
– Мой список может оказаться бесконечен, милая, – пропела Леля, и стряхнула с плеч осыпанную снегом шубу прямо на грудь девице. Та автоматически прижала её к себе и только тут осознала глупость содеянного. Рывком оторвала шубу от себя, но поздно. Ржаво-рыжий, длиннющий, пушистый лисий мех щедро поделился влагой с тонкой тканью халата, проступили очертания бюстгальтера и сорочки. На судорожно вытянутых руках девица понесла шубу к вешалкам, стоявшим в углу у окна.
Жест Лёли был продиктован не вредностью, но расчётливостью. Люди нервничают, встречаясь с поведением «не по стандартам», они начинают суетиться, перестают толково соображать, и в итоге делают то, что им говорят или о чём их просят, гораздо менее строптиво, чем могли бы. Такие «барские замашки» обычно принято считать демонстрацией силы. Конечно, есть те, кто способен противостоять наезду, но клерки на ресепшн к этой категории, как правило, не относятся. Черноволосая девица не стала исключением. Минутная оторопь сменилась покорной услужливостью. Она сдернула легкий шарфик – возможно, часть корпоративного наряда – со спинки своего стула и повязала на шею, спустив концы на грудь, чтобы прикрыть влажное пятно.
– Добро пожаловать в «Рай на Окраине»!
– Как-то безлюдно в вашем раю сегодня… – Лёля повела руками раздумчиво. – У вас всегда так? … – подумала мгновение и добавила – … на вашей окраине?..
Девица, старательно удерживая улыбку, запротестовала:
– Ну что вы! Просто время позднее. Но у нас и в сауне, и у массажистов всё равно клиенты сейчас есть. Скажите, чем мы можем вам помочь? Что бы вы хотели?
– Пока не знаю, – капризно надула губки Лёля. – Это зависит от того, что вы можете предложить. Дайте прейскурант, что ли!
Девица наморщила лоб.
– Простите?
Лёля вздернула бровь и смерила её взглядом.
– Кресло, кофе, прайс. Прайс на услуги. Так понятнее? – Девица затрясла головой, мол, да, поняла.
– Всё принесите сюда. – Леля кинула сумку на низенький столик рядом с умопомрачительно-розовым, кожаным диваном. – Я буду тут. Идите. Кофе с сахаром. Две ложки с горкой. Кофе горячий. Не растворимый. Крепкий. И воду со льдом к нему.
– Эспрессо? – перевела на понятный себе язык девушка.
– Йес, – ухмыльнулась Леля. – Эспрессо. Только не в бадье на пол-литра. 40 милликов. Не больше. Не понравится – верну. Будете сами его пить, а мне варить новый. Пока не сделаете как надо. – Лёля резко повернула к ней голову. – Ай капито?
Девушка судорожно сглотнула.
– Это по-итальянски, – сжалилась над ней Лёля. – В смысле, андерстэнд? Поняла?
Девица закивала и унеслась в соседний зал. Там, похоже, как раз и было кафе. Можно было просто пойти туда, но так было и неинтересно и без пользы для дела.
Девушка вернулась, взяла со стойки тяжёлую папку, тоже розовую, кожаную, но с поверхностью не гладкой, а выделанной под змеиную кожу, и положила её перед Лелей.
– Вот, это наш каталог.
Лёля лениво листала страницы, периодически придираясь то к лицам на фотографиях, то к цветосочетаниям в интерьерах. На странице «услуги массажиста» она остановилась.
– О. Массаж. Хочу массаж. У вас отдельные кабинеты, я надеюсь.
– Разумеется. И у нас великолепные мастера.
– Меня после массажа клонит в сон. У вас тут случайно нет номеров, чтобы поспать?
– Нет, чтобы поспать – нету.
– То есть, если я засну под конец массажа, вы меня разбудите, кинете в меня моей сумкой и сапогами, и велите убираться вон, я вас правильно понимаю?
Девица пошла красными пятнами.
– Нет, конечно! Как вы могли подумать? Нет, мы…
– Что – вы? Что вы сделаете?
– Ну, мы просто оставим вас отдыхать, пока вы не проснетесь сами. Просто, ну… стоимость сеанса будет несколько… – она замялась. – Ну вы же, понимаете…
– Понимаю, – с готовностью откликнулась Лёля. – Вы посчитаете мне сеанс массажа не полтора часа, а на всё то время, пока я буду занимать кабинет. Посчитайте мне тогда сразу до пяти утра. И включите в счет ещё душ, утренний кофе и завтрак. И услуги будильника, то есть вас. В смысле, разбудите меня в пять, понимаете? В кабинете есть туалет?
– Н-нет.
– Тогда покажите, где он, зовите массажиста, и посчитайте мне общую сумму.
Девица помялась.
– Массаж придется подождать немножко. Сегодня Андрей Евгеньевич, он сейчас занят.
– Мне не нужен Андрей Евгеньевич. Мне нужна вот эта. – и Лёля ткнула пальцем в фото Глаши, под которым было написано «массажист-стажёр».
– Она не работает отдельно, – возразила девушка, – только в паре с мастером. И она тоже сейчас занята. Вместе с Андреем Евгеньевичем.
– Я уже сказала, меня не интересует ваш Андрей. Я не люблю мужчин. Они мои конкуренты, – Леля отбросила каталог. – Считайте. И не тяните резину. Ночь не бесконечна.
У черноволосой девицы вспыхнули глаза. Она защёлкала ногтями по клавишам калькулятора.
– С вас… – она назвала сумму вдвое большую максимальной по прайсу, но Лёля и глазом не повела.
– Теперь откройте мне свободный кабинет… – она прищурилась. – У вас есть свободный кабинет с мягкой кушеткой? Или только это розовое чудовище? – она постучала ладонью по дивану.
– Да-да, – подскочила девица, – конечно. Я вас сейчас проведу.
– Отлично! – хлопнула в ладоши Лёля. – Давайте, я расплачусь сразу, а потом ведите. Я подремлю пока, в ожидании вашей прекрасной девы. Не с вами же тут сидеть. И принесите вина. Красное. Сухое. Бокала будет достаточно.
– Франция, Испания?
– Да упаси Господи. Даже если у вас есть что-то приличное, пить его здесь, в таких условиях – чистый моветон. Несите Южную Африку, Чили, Австралию – если есть. Лучше Южную Африку. И ягод каких-нибудь свежих к нему.
Через несколько минут она блаженно вытянулась на кушетке. Не мягкой, конечно же, но приемлемой… для массажа. Африки, увы, у них не оказалось, нашлось чилийское, тоже вполне себе приличное. Она тихонько отпивала по глоточку. В райских закромах нашлись малина и ежевика. Ежевику Лёля велела принести с вином, а малину потребовала оставить на пять утра, к кофе и круассанам. Жизнь становилась воистину прекрасна. Оставалось только постараться не заснуть и дождаться Глашу.
Когда через час Лёля уже почти спала, дверь открылась и в кабинет вошла высокая девушка, статная, широкобёдрая, с очень белой кожей и яркими, фиалкового цвета глазами. Их разрез был необычным, как говорят иногда, «русалочьим», удлинённым, с внешними уголками чуть приподнятыми к вискам. Соболиные брови разнились – одна лежала ровно, другая, заломленная, была приподнята, будто в удивлении. Тонкий, изящной лепки нос и красивый рот с очень пухлой нижней губой. Присмотревшись, вы понимали, что нижняя эта губа увеличена искусственно. Контраст смущал настолько, что в первое мгновение хотелось отвернуться – как от уродства. Но дальше, эта диспропорция начинала удерживать взгляд, она тревожила и возбуждала. Тёмные косы, уложенные вокруг головы, свитые из толстых, небрежно закрученных прядей, давали тот же эффект. Припухшая, словно от укусов, губа, встрёпанные волосы, всё работало на один и тот же образ, за всем виделось одно и то же – ласки, экстаз, оргазм. «Возьми меня». И это был почти приказ.