Елена Славинская – Священный цветок (страница 4)

Ясмина неуверенно оглянулась на наемников и, повернувшись к настоятельнице, склонила голову, признавая за ней право решать.

– Мне горько оставлять вас, – послушница перешла на шепот, – только скажите, что вы будете меня ждать, когда я выполню свою миссию. Только скажите, и я вернусь к вам.

– Девочка, твой путь начинается сегодня. Колесо твоей судьбы уже запущено. И опыт, который ты получишь, не оставит тебя прежней. Смирись и прими изменения.

– Я все равно к вам вернусь, – настойчиво проговорила послушница, отводя глаза.

Настоятельница мягко улыбнулась.

– Ты всегда была самой упрямой из моих послушниц. Монастырь не для тебя, девочка. А теперь подойди ближе. Мне нужно тебе кое-что сказать.

Девушка наклонилась, и старушка-настоятельница зашептала что-то той на ухо. Девушка прикрыла глаза и кивала головой, украдкой вытирала щеку, по которой побежала слеза.

Дамиру было интересно узнать, что такого поведала настоятельница, однако не настолько, чтобы пойти и подслушивать, он все еще пребывал в легком удивлении, от того, что маленькая пожилая женщина знает его тайну.

– Подойди ко мне, мальчик, – Дамир пропустил тот момент, когда старушка отстранилась от послушницы и обратилась к ним.

Мир обернулся, кому она это сказала?

– Ты, ты, бегом сюда. Не дело это заставлять старую пожилую женщину несколько раз повторять.

Дамир двинулся к настоятельнице.

Старушка оказалась еще ниже, чем Дамир предположил, и едва доставала ему до груди. Маленькая и сухонькая, она протянула ему руку.

Дамир взял ладонь матушки-настоятельницы, и та с удивительной силой сжала его ладонь.

Мужчине, чтобы случайно не сделать ей больно пришлось нагнуться ближе.

Пустые, белые глаза повернулись к нему, всматриваясь, кажется в самое нутро.

– Молод и хорош собой, но в душе у тебя бардак. Ты не знаешь кто ты. Ты бежишь от себя. Тот, кто не знает что ищет, никогда ничего не найдет. Остановись. Подумай. Верь себе и своему сердцу. Когда придет время, отдай цветок и отступи. У тебя хорошие друзья. Великая Воля наделила тебя даром дружбы и горячим сердцем, – Дамир опешил, про что она говорит? Какой цветок? Старушка замолчала на мгновение, повернув голову в сторону, и как будто принюхалась. Голос ее переменился, стал жестче и яростнее. Рука настоятельницы сжалась сильнее:

– За Ясминой идут. Послание передано в мир, и теперь Ясмина должна попасть в столицу. Ты ее туда приведешь. Чтобы ни случилось, ты защитишь ее и приведешь в столицу. Это ее путь. А ты ей поможешь, – последнее было сказано, когда матушка положила ладонь на грудь Дамиру. – И когда выполнишь свою часть уговора, тебе откроется твой путь. Если не струсишь, Дамир, сын Гектора, ты пройдешь по нему.

Мужчина заторможено кивнул, осознавая, что этой женщине действительно известно, кто он. Но ее наставления обескуражили его, как будто не он тут ворует послушницу, а его наделили великой честью и важной миссией по сопровождению девчонки. Это было странно, потому что единственное, что собирался сделать Дамир – это выполнить заказ и доставить послушницу к оговоренному сроку в столицу. Желание действовать уже кипело в Дамире и требовало скорее отправляться в путь, потому он просто кивал на слова матушки-настоятельницы, желая быстрее закончить этот странный и напряженный разговор.

Когда настоятельница отпустила руку Дамира и опять повернулась к Ясмине, в небе на востоке небо стало светлеть, предвещая новый день. Дамир отошел к Такеши, позволяя девушке завершить прощание.

– Береги себя, девочка. И помни, на все Великая Воля. Не противься ей, доверяй.

Послушница еще раз по очереди всех обняла и повернулась к своим сопровождающим.

Уверенными шагами девушка пересекла двор и остановилась напротив трех мужчин.

– Итак? Дорога в тысячу шагов начинается с одного маленького шага, – девушка нарочито жизнерадостно улыбнулась и поправила заплечную сумку.

– Мы с тобой уже сделали тысячу шагов. Туда и сюда. Сейчас опять обратно, – заворчал Дамир.

Девушка не обратила на него внимания.

– Сколько мы будем в пути? Я изучала карты и атласы, но они возможно устарели. Появились ли новые дороги? Может нам по пути попадутся деревни? Ох, это было бы просто прекрасно. Я была несколько раз в деревне, вон в той, у подножия. Там здорово. Иногда туда приезжали торговцы из столицы, но редко. Раза два всего и были… – девушка продолжала что-то тараторить.

Такеши отстранился и шел впереди, Ансгар с удивлением поглядывал на болтающую девчонку, а Дамир лишь страдальчески закатывал глаза. Кажется, это будет самый сложный заказ в его жизни.

– Итак, ты Ясмина, это Такеши и Ансгар, ко мне можно обращаться Дамир, остальное тебе про нас знать не обязательно, – когда все разместились на лошадях, проявил великодушие и заговорил Дамир.

– Спасибо, Дамир, – девушка окинула его взглядом и благородно склонила голову. – Но ты так и не ответил на мой вопрос.

– Какой именно? Ты за последнюю минуту выдала словарный запас небольшого королевства.

Девушка хмыкнула, подтверждая справедливость замечания:

– Я взволнована. Итак, сколько дней в пути нас ожидает?

– Мы добрались сюда за седмицу. С тобой хорошо будет, если доедем за десять.

– Я не настолько обременительная, как ты думаешь.

– Серьезно? Твоя болтовня уже меня обременяет.

Девушка вспыхнула.

– Наверно это только потому, что кто-то демонстрирует полное отсутствие воспитания, – поговорила Ясмина и увидела в глазах Дамира недобрый блеск.

– Именно, а теперь прошу как человек, не получивший достойное воспитание, замолчи, иначе мне придется вспомнить про тряпку.

Девушка обиженно поджала губы, но проверять правдивость угрозы Дамира не рискнула.

Когда всадники спустились с горы и вступили в ущелье, солнце висело высоко в небе, а терпение Дамира висело на волоске. Ясмина после небольшой перепалки с Дамиром опять болтала без остановки, как будто кто-то открыл клапан ее словоизвержения и не мог закрыть. Она сыпала вопросами и догадками, предположениями и своими скудными знаниями о мире. Она не требовала ответа и просто говорила. Дамир не мог понять, как это неугомонное существо выжило в монастыре и не свело всех с ума своими вопросами. Такеши хранил молчание, что для него нормально, а вот Ансгар, на удивление, стал вступать в разговор и иногда размышлять вместе с Ясминой. Дамир же мог только отпускать саркастические замечания и думать о том, как он так умудрился вляпаться. И будет ли сильно плохо, если он все-таки завяжет ей рот?

Ближе к полудню словесный фонтан девчонки стал давать сбой. Она начала делать все больше и больше пауз между предложениями и размышлениями. Дамир вознес молитву всем известным ему богам за передышку. Было решено сделать остановку у большого разлапистого можжевельника, который закрепился корнями в скальной трещине и нависал над тропинкой. Через тропу от дерева вился небольшой горный ручеек. Здесь было достаточно тени, чтобы переждать полуденную жару, вода, чтобы напоить лошадей и самим передохнуть.

Девушка спешилась и украдкой потерла спину, ноги ее затекли, ягодицы и внутреннюю сторону бедра тянуло при каждом движении. Именно из-за дискомфорта Ясмина забывала про свой безграничный интерес ко всему вокруг, стала больше молчать и старалась найти наиболее удобное положение для себя. Из всех путников больше всего ей нравился Ансгар, потому что этот здоровяк хоть изредка, но старался отвечать на ее восторг. Конечно, она понимала, что ведет себя несносно, но после замечания Дамира-я-тут-самый-главный, ей хотелось досаждать ему еще больше, и легкое удовлетворение она все же получала, когда слышала, как тот пыхтит под своей маской, цокает и закатывает глаза. Маску снял только Ансгар, потому что она откровенно мешала при разговоре. Лицо мужчины оказалось крупным и бородатым, от серых добрых глаз разбегались смешливые морщинки. В светлой бороде, как и в прическе, были заплетены косы, с какими-то бусинками и металлическими шариками. Ясмина заметила, что Ансгар не умеет говорить тихо, и весь он, от огромного роста, до басистого и раскатистого голоса, заполнял пространство вокруг себя. Смеялся естественно и громко, и как-то незаметно Ясмина успокоилась и перестала нервничать. Какой смысл, если колесо ее судьбы уже раскрутилось и теперь она связана с этими мужчинами на ближайшие семь – десять дней.

Такеши оставался для Ясмины загадкой, ведь этот мужчина за все время поездки, а по подсчетам Ясмины, прошло не менее пяти часов, не проронил ни слова. При свете дня мужчина не снял ни капюшон, ни маску, только пару раз Ясмина поймала на себе взгляд карих глаз, но понять их выражение девушка так и не смогла. Такеши уверенно сидел на жеребце, и, казалось, что животное слушается его только благодаря силе мысли.

Что же касается заносчивого Дамира, то для Ясмины, он казался открытой книгой, самоуверенный и эгоистичный. Как такой хороший человек как Ансгар мог подчиняться этому нахохлившемуся индюку? Дамир был предводителем их небольшой группы, и Ясмине было совершенно непонятно почему. Только от того, что он незаконнорожденный сын самого императора? Но девушка не стала развивать эту мысль, потому что хоть она и жила в монастыре, давно уяснила только одно, если мальчишки что-то между собой решили, то девчонке вмешиваться не нужно. Поэтому Ясмина просто сведет на минимум общение с неприятным ей человеком. Девушка даже немного развеселилась, потому что благодаря Ансгару путешествие уже не было настолько пугающим. А если она сможет расположить к себе Такеши, то оно и вовсе превратиться в захватывающее приключение.