Елена Славинская – Священный цветок (страница 3)

И пока Дамир судорожно придумывал жизнеспособную версию своего нахождения на дереве, послушница ещё раз нежно повторила:

– Ну давай же, – и подкинула крупу в воздух.

И вдруг, выше того места, где прятался Дамир, зашуршала ветка, и из тутовника выпорхнула маленькая птичка и подхватила зерно в полете, приземлились во дворе и стала склевывать угощение.

У Дамира отлегло от сердца, и одновременно пропал дар речи.

Что это за дитя природы? Ни дать ни взять, чисто принцесса из сказки, которая своими песнями приманивала всех бурундуков и ёжиков леса. Дамир всегда скептически относился к этой истории, с детства подозревая обман. Он скорее поверил бы в то, что звери просто не могли терпеть волшебное пение принцессы и стремились избавиться от источника отвратительное звука.

Послушница еще рассыпала крупы и легко спрыгнула с парапета, отправилась к колоде с дождевой водой, умылась, смешно пофыркав, и зашла обратно в здание. Монастырь проснулся и начался новый день.

Девушку надо забирать этой ночью, решил Дамир. Мало ли еще какие звери ходят у нее в друзьях?

Дамир спустился с дерева и отправился к друзьям, где те устроили привал в ожидании выполнения задания.

– Такеши, нам нужна еще одна лошадь, – проговорил Дамир, отдыхая в тени огромной ели.

Друг только кивнул головой. После незамысловатого обеда Такеши вскочил на лошадь и неспешно поехал с поляны.

– Такеши, только, пожалуйста, купи ее.

Друг, кажется, немного приуныл, но все же согласился.

Ансгар на костре коптил мясо в дорогу, а Дамир перепроверил припасы и перетряс сумку. Позже сходил к ручью освежиться и налил питьевой воды. До вечера прокручивал в голове план и путь к столице, места ночевок и привалов. Ехать им предстояло через горы, а, значит, будет, где укрыться от непогоды и палящего солнца. Далее, через три дня пути они выедут на горное плато, и почти сутки нужно будет провести на открытом пространстве, без шанса обновить запасы воды. После плато по пути есть несколько деревень и один небольшой город префектуры, где они смогут восполнить все припасы.

Такеши вернулся с молодой бурой кобылкой, сводил лошадей к водопою и привязал к дереву.

Решили идти пешком, потому что тропка от монастыря до их стоянки довольно узкая и двоим лошадям бок о бок не разъехаться.

Темнота наступила стремительно и укрыла все синим бархатом. Ночью в горах не бывает тихо. Ухают совы, шуршат грызуны и насекомые стрекочут в траве. Небо усыпано мерцающей розовой пылью, а звезды кажутся невозможно близко. Рожок месяца стыдливо прикрывался облачным одеялком, скрывая три крадущиеся фигуры.

Такеши уже перелез через забор монастыря и подал знак, что все спокойно, а сам подкрался к кельям монахинь, подперев их дверь колодой. Ансгар остался во дворе, около ворот, а Дамир зашагал к одноэтажному дому, куда несколько часов назад зашла девушка.

Дверь вся рассохлась и в просветах между досками была видна перекладина, на которую та закрыта. Достав кинжал, Дамир подцепил засов и приподнял его, дверь поддалась и скрипнула. На мгновение во дворе все замерли. Но звук никого не побеспокоил, и Дамир открыл дверь окончательно.

От входа сразу вел коридор налево и от него уже расходились в стороны двери в кельи. Кажется, этот монастырь знавал и лучшие времена, когда послушниц было значительно больше.

В коридоре не было никакого освещения, но уличного света от открытой двери хватило для изучения обстановки. Глаза быстро привыкли и Дамир, не теряя времени даром, крадучись и бесшумно проверял каждую дверь, припадал ухом, стараясь расслышать звуки.

Он нашел нужную дверь по виду, ручка была чуть более истерта и наполирована, чем остальные, на полу в углах дверного проема меньше пыли. Потянул дверь на себя, не ожидая, что все будет настолько легко, она отворилась легко и без скрипа. Боги! Это ненормальная даже не закрылась. Удивительная беспечность!

Комната оказалась маленькой, но уютной. Месяц заглядывал в окно и подсвечивал комнатную обстановку. Здесь была и книжная полка, стол с наваленными книгами и раскрытыми атласами, стул, чаша для умывания, кровать и небольшой комод. На столе стояла масленая лампа с нетронутым фитилем. Сама же послушница спала, подложив ладони под щеку. Открыла рот и тихо сопела, скинув одеяло на пол и подтянув колени к животу. Дамир порадовался нравам монастыря, потому что девушка спала в длинном ночном платье, с затянутым горлом и рукавами до запястий. Не хватало ему еще послушницу голой видеть. Рядом с кроватью лежали разбросанные домашние стоптанные туфли на мягкой подошве. Мужчине некогда было искать какие-то еще вещи, поэтому подхватил туфли, засунул к себе в карман и наклонился над девушкой. Приготовившись, если вдруг девица проснется закрывать рот ладонью.

Темные волосы до плеч, длинные черные ресницы отбрасывали тень на разрумянившиеся щеки. Дамир наклонился к ней и подсунул руку под колени и плечи, девушка заворчала и перевернулась на спину, открыв взору и маленькое розовое ушко, и белую кожу шеи. Дамир замер, подождал пару мгновений и приподнял ее над кроватью, надежнее подхватил ее и прижал к себе.

Девушка прильнула к нему и продолжала спать. Дамир недоумевал. Да она же спит как завсегдатай «Пятак и Хобот», которого не разбудить и стрельбой из пушки. А может она одурманена? Дамир слышал, что некоторые храмовики питают слабость к опиумным палочкам, которые зажигают в своих приходах. Он склонился к волосам девушки и втянул носом воздух, стараясь учуять сладковатый запах зеленой отравы. Но от волос девушки пахло мылом и чем-то едва уловимым, нежным.

Такеши уже ждал его снаружи и головой подал знак, что все в порядке, можно уходить. Двор заливал лунный свет, месяц выпутался из облаков и теперь ярко демонстрировал себя.

Ансгар только шепотом поинтересвался, уж не в обмороке ли послушница, когда они покинули территорию монастыря и вышли на дорогу. Дамир опустил взгляд на похищенную девушку и чуть не сбился с шага, на него смотрели внимательные и не сонные глаза. Девушка вцепилась в его рукав и только учащенное дыхание говорило о том, что она в панике.

– Только тихо, – спокойно проговорил Дамир, продолжая вышагивать по дороге.

– Зачем вы меня несете на руках? – сказала девушка, немного хриплым со сна голосом, сохраняя удивительное самообладание.

– Мы тебя похитили.

– Поставьте меня на землю.

Дамир лишь хмыкнул и отрицательно покачал головой. Тогда девчонка извернулась ужом и укусила его за плечо. Дамир зашипел, но девушку не выпустил и перебросил на плечо, попросив Такеши связать руки пленнице, потому что та, с усилием начала колотить ими по спине Дамира.

И вот по прошествии часа, он опять открывает ворота монастыря, с Ясминой под руку и направляется в ее уже бывшую келью. Девушка быстро вытянула холщовую сумку из-под кровати и всунула ее в руки Дамиру, после чего подошла к комоду и достала плотные штаны, рубаху, куртку и удобную кожаную обувь, повернулась к Дамиру. Девушка вопросительно подняла бровь. Дамир вздохнул и отвернулся к стене, обреченно думая, как эта девчонка умело добивается своего.

– То есть нам было достаточно просто зайти сюда и попросить послушницу поехать с нами? Никакой слежки, никакого исследования местности, никакого похищения ночью? – скептически заметил Ансгар позже, когда друзья стояли во дворе монастыря.

– Выходит, что так, – подтвердил Дамир, наблюдая, как буквально все обитатели монастыря столпились вокруг девушки, желая попрощаться.

Первым делом, после того как она переоделась и вышла на залитый лунный светом двор, она призвала своего домашнего питомца. Милую птичку размером с маленького горного кабанчика. Поворковав с ним, она погладила его по голове, проследив, как тот взмывает в небо, и развернулась к кельям монахинь.

Не прошло и нескольких минут, как дверь отворилась, откинув прислоненную ранее колоду, и в сопровождении монахинь, во двор вышла настоятельница. Хромая, хрупкая старушка опиралась обеими руками на подставленные ладони и медленно неуверенно ступала по двору.

Девушка метнулась к ней. Дамир напрягся, не зная, чего ожидать от взбалмашной девицы. Вдруг она сейчас спрячется за монашку и заявит, что никуда не пойдёт? И ему и его друзьям придётся драться с целым отрядом старушек. Отогнав нелепые мысли Дамир сосредоточился на происходящем.

Настоятельница протянула в сторону послушницы руку. Девушка мягко взяла старушечью ладонь и прижалась её к своей щеке.

– Ясмина, девочка.

Настоятельница повернула голову к девушке. Так может двигаться только давно незрячий человек, который привык доверять всем остальным чувствам, кроме зрения.

– Да, матушка, это я.

– Время пришло, дитя.

– Вы уверены, матушка? Это, – девушка скептически махнула головой в сторону ожидающих ее мужчин, – не похоже на людей императора.

– Великая Воля гласит, что человек связанный с императором придет за тобой.

Дамир напряженно замер, все его чувства обострились до предела. Откуда они могут знать? Это немыслимо.

Ясмина поджала губы.

– Матушка, и все же у меня есть опасения…

– Вряд ли найдется человек более связанный с императором, чем его сын. Пусть и незаконнорожденный.

Дамир окаменел, Ансгар с Такеши переглянулись и напряглись как струны.

– Откуда они… – начал было Ансгар, но был остановлен рукой Дамира, желающего дослушать разговор настоятельницы и послушницы.