Елена Шелинс – Тлен и пепел (страница 6)

– Беррека, женщина, ну сколько я еще должен ждать свой кофе, Вернис тебя раздери?! Что за непуте…

Я громко прочистила горло, желая как можно скорее прервать эту тираду, дабы не услышать лишнего, и управляющий наконец посмотрел на меня.

Ровесник моего отца, Линер Эвалус давно вошел в период зрелости, и если папа слегка поддал вширь, то управляющий, наоборот, с каждым годом становился все суше, впрочем, до сих пор оставаясь достаточно привлекательным для женщин. Он никогда не отличался красотой в обычном понимании этого слова из-за слишком сильно заострённого подбородка и глубоко посаженных бесцветных глаз, но стоило господину Эвалусу открыть рот, как многие дамы быстро забывали о недостатках его внешности, неизбежно попадая под влияние природного обаяния. Не удивлюсь, если и эта смазливая Беррека из приемной смотрит ему в рот далеко не за какие-то материальные блага.

За мгновение выражение лица Эвалуса сменилось с удивления на радушие. Он прямо-таки засветился дружелюбием и поспешил встать из-за широкого темного стола, заваленного бумагами.

– Кларисса… Вот так приятный сюрприз!

Со всей обходительностью он галантно запечатлел на подставленной мною ручке символический поцелуй, украдкой рассматривая, как сильно я изменилась с того момента, когда он видел меня в последний раз.

– Ваш отец не сообщал мне, что собирается к нам с визитом… – медленно проговорил Эвалус.

– А отца сегодня не будет, – со вздохом ответила я, чуть оттягивая вдруг резко врезавшийся в шею кружевной воротник. – Я приехала сюда одна по очень важному делу.

Надо отдать должное Эвалусу, недоумение и легкую усмешку он успел подавить практически вовремя. Не думаю, что при важных переговорах он выдал бы хоть грамм подобных эмоций, но я же не потенциальный клиент или поставщик каменьев для очередного эликсира, а всего лишь взбалмошная дочка его старинного приятеля, который пусть и был истинным хозяином компании, но нисколько не связывал руки самому Эвалусу.

Я улыбнулась, тут же приправив улыбку львиной долей грусти и обеспокоенности.

– Понимаете, недавно я узнала нечто, что очень расстроило меня… – Я чуть слышно шмыгнула носом.

– Что такое? – по-отечески мягко проговорил Эвалус, услужливо пододвигая ко мне стул.

Я послушно присела, усилием воли заставляя себя не доставать носовой платок, дабы не переиграть. Да простят мне боги этот глупый спектакль…

– Вы сами знаете, что я являюсь единственной наследницей нашей семьи и не могу не беспокоиться по поводу того, что сейчас происходит со «Светочем», – ровно проговорила я, спохватилась и добавила в голос легкий надрыв. – Поэтому мой интерес к этому делу вполне оправдан, ведь, возможно, забота о нем рано или поздно ляжет на мои хрупкие плечи…

– Если только вы не выйдете замуж, что весьма малове… – не преминул вставить Эвалус и резко осекся, заметив мой взгляд. – Простите, миледи, я могу понять все ваши тревоги…

Я сделала глубокий вдох и продолжила:

– Даже если дела отца, да хранят его боги и даруют долгие годы жизни, перейдут в руки моему будущему мужу, не представляю себе, как после этого смогу смотреть ему в глаза… если все действительно обстоит так, как мне стало известно.

Эвалус тянул время, поэтому не спеша присел на кресло, продолжая все так же тепло улыбаться.

– Вы же говорили об этом с отцом?

– Ему сложно делиться этими проблемами с кем-либо. Поэтому я здесь. Чтобы услышать правду хотя бы от вас.

– А что же именно вам сейчас известно, моя дорогая, если не секрет?

– Достаточно, чтобы волноваться.

Эвалус чуть откинулся на спинку кресла, не меняя, впрочем, своей учтивой позы.

– Я не стану отрицать, моя дорогая Кларисса, что сейчас не лучшие времена для «Светоча», повод для тревог есть. Рынок стремительно развивается, увы, конкуренция выросла в разы. Чтобы только оставаться на том же месте, где мы находимся сейчас, приходится бежать, не отставая от последних разработок в алхимии, и при этом нам буквально дышат в затылок. Крайне сложно удержаться на прежних позициях, да к тому же прошлым летом в части Объединенных Республик пришла такая сильная засуха, что ключевые поставки сырья оказались практически сорваны… Шайга-трава, веневский хлыст, моровая ягода, удельница и многие другие ингредиенты, которые требуются нам в огромных количествах… Но не переживайте так, Кларисса, я сделаю все, чтобы мы удержались на плаву и пережили этот… небольшой кризис.

Я растерянно моргнула. Да, перечисленные растения действительно используются в эликсирах и зельях, да вот только моровая ягода обожает сухой климат и отсутствие воды ей не помеха, а удельницу поставляют откуда угодно, но не из Объединенных Республик. Оговорка? Но это как-то слишком странно для человека, который полжизни посвятил руководству крупной алхимической компанией.

Или он на кого-то давным-давно переложил все свои функции, а сам стал забывать, что к чему, или же вешает лапшу на уши, полагая, что я довольно далека от темы. Все же алхимия и травничество не являются обязательными предметами для женского домашнего обучения, а из своего кабинета Эвалус и носу не казал, так что никогда не был свидетелем моего неподдельного интереса ко всему, что здесь происходит.

Я открыла было рот, чтобы высказать все свои опасения, но скользнула взглядом по невероятно участливому, такому понимающему лицу управляющего и… промолчала. Он все равно уболтает меня, хочу я этого или нет, найдет сто причин и объяснений. Сделает это так же легко, как уламывает партнеров «Светоча».

Сложно сказать, сколько в его словах будет правды. Пожалуй, достаточно и того, что я уже успела услышать.

Мой взгляд скользнул по столу и напоролся на дорогую серебристую ручку, лежащую рядом с моей ладонью.

– Понятно, – почти рассеянно кивнула я. – И еще один момент… я хотела бы взглянуть на бухгалтерию…

– Миледи, ну вот к чему вам обременять себя всеми этими цифрами? – ласково проговорил Эвалус, словно имел дело с ребенком. – К тому же при всем моем желании помочь, я не могу выполнить эту просьбу без одобрения вашего отца. А он точно будет против того, чтобы вы утруждали себя подобным занятием. Нет, если Мортис сам даст добро, то я с превеликим удовольствием…

На другое я, если честно, и не рассчитывала.

Со вздохом поднялась, незаметно скользнув пальцами по столу и мгновенно пропихнув подхваченную ручку в свой широкий рукав. Заметит, сошлюсь на клептоманию – болезнь, весьма распространенную нынче среди благородных дам, которые используют ее как еще один способ разнообразить свое скучное существование.

Линер Эвалус подскочил следом и любезно предложил составить мне компанию до самого выхода, но я вежливо отказалась. У меня были иные планы.

В коридоре дышалось легче. Я и сама не заметила, насколько сильно волновалась все это время.

Нельзя сказать, что этот разговор оказался бессмысленным, ведь я смогла до конца убедиться в том, что с расходами компании что-то нечисто. К тому же раздобыла личную вещь управляющего, которая, возможно, мне еще пригодится.

Я поправила шляпку, настолько маленькую, что этикетом не порицалось носить ее в помещении, попрощалась с заскучавшей Беррекой и прогулочным шагом направилась к кабинетам бухгалтерии.

Но тут меня ожидал пренеприятнейший сюрприз. На входе в бухгалтерию установили обитую сталью дверь, накрепко зачарованную – чтобы пропускать внутрь лишь тех, кто внесен в особый список. Воздух от фонящей магии слегка подрагивал. Подобные меры безопасности использовались разве что в банках и стоили один Вернис знает сколько.

Нововведения эти оказались для меня полной неожиданностью. В конце концов, это же просто бухгалтерия, а не казна или банковское хранилище. Или Линеру Эвалусу резко появилось что скрывать?

Тяжеленная дверь, движимая магией, распахнулась, и какой-то незнакомец, не обратив на меня никакого внимания, проскочил мимо. Придержать зачарованную дверь не представлялось возможным, но я успела скользнуть взглядом по лицам в комнате. И поняла, что не узнаю ни одного.

А ведь все, кого я видела здесь из знакомых, не были связаны с финансами предприятия. Неужели Эвалус так сильно поменял кадровый состав? Вспомнилась тучная Мэри. Даже свою старую помощницу, верную моему отцу, он заменил….

Мне оставалось только пойти в цеха и переговорить с работниками «Светоча», которые участвуют в самом производстве. Уж они-то точно знают, изменились ли объемы поставляемых нами зелий и есть ли нехватка ингредиентов.

Я поспешила к выходу из здания, так как до производственной части предприятия можно было добраться лишь с улицы.

У искомых мной кованых ворот стояло двое охранников, ведущих неспешную беседу. Когда я приблизилась, один из них совершенно неожиданно перегородил дорогу, мешая пройти внутрь.

– Прошу прощения, госпожа, – извиняющимся тоном проговорил он. – Но только что лорд Линер Эвалус отдал распоряжение вас сюда не пускать.

Первые секунды от гнева я была способна только молча дышать, широко распахнув глаза.

– И какова причина? – наконец процедила я, едва сдерживая подступившую ярость.

– Простите, но мы знаем лишь то, что пускать вас к цехам, лаборатории и складу запрещено. Подробности лучше уточнить у самого Линера Эвалуса.

Я онемела. Вернис раздери этого Эвалуса! И ведь обязательно оправдается! Скажет, сукин сын, что заботится о моей репутации, ведь теперь я не праздно шатающийся избалованный вседозволенностью ребенок, а потенциальная невеста, которой негоже находиться в обществе простых трудяг-рабочих и алхимиков.