Елена Семёнова – Хроника Антирусского века. Т.6. Закат Союза нерушимого (страница 12)

Парадоксально, но все подобные рассуждения вовсе не подпадают под графу так называемого великодержавного шовинизма, но единственно под графу недомыслия, когда никакая степень информированности не способна повлиять на уровень мысли.

Подлинными великодержавниками были те царские чиновники, которые писали гневные реляции наместнику Кавказа генералу Ермолову, указывая ему на недопустимость его личного вмешательства в некоторые внутренние армянские проблемы-конфликты… Вообще, чрезвычайно полезное чтиво – документы, регулирующие ситуации на русских «украинах» – что западных, что южных, что восточных.

Но советский чиновник, вооруженный передовой теорией марксизма-ленинизма, – это принципиально иной тип «державника». Для него первично внедрение социалистического бытия. И если четыреста литовских хуторских хозяйств бельмо на социалистически перекошенном глазу – то немедля в Сибирь их, сукиных детей. Оставшихся успешнее доведем до необходимой кондиции – советского человека. То же самое не только с латышами, эстонцами и украинцами, но и с румынами, болгарами, поляками, чехами…

Нынче то и дело слышишь: «Вот гады неблагодарные! Мы их от фашизма освободили, а они теперь в НАТО бегут!»

Когда адмирал Ушаков освободил от французов остров Корфу, к нему пришла местная знать с вопросом: какую форму правления намерен учредить победитель на данной территории? На что адмирал отвечал, что его полномочия закончены с окончанием военных действий. Вот это называется освобождением.

Когда же освобожденным румынам и полякам, не имевшим исторического опыта коллективного землепользования, навязываются колхозы, поскольку они, в соответствии с «передовой теорией», – начало тропы в светлое коммунистическое будущее, то это «зашвырка» фугаса к горизонту взаимоотношений.

Да что там! Вся история построения «нашего великого государства» – это сплошное минирование, и неизвестно, на всех минах коммунистического азарта мы уже подорвались или еще нет.

Коварство нынешней ситуации еще и в том, что вождям и теоретикам коммунизма собственно «советскими» удалось сделать только русских, поскольку только русских удалось лишить религии, то есть в значительной степени денационализировать. Все прочие вчерашние советские народы без особых усилий стряхнули с себя «советизм», как пыль придорожную, и объявили себя тем, кто они есть по сущей природе своей: армяне, литовцы, грузины, молдаване и т.д. «Советизм» как интеграционный фактор перестал существовать, и, соответственно, как бы вовсе утратился смысл «советской державности»…

…Так уж получается, что мы, русские, с помощью наших русских евреев и революцию сварганили, и режим установили соответствующий величайшей задумке человечества – коммунизму, мы же и государство, как оказалось, самовзрывное отгрохали, проведя неслыханную селекцию населения (и тут уж без оглядки на национальность – дело-то общеинтересное). А когда обрушилось столь самоотверженно построенное здание семьи народов, стали мы враз несчастными, потому что (так уж получается) остались одни с нашими евреями, каковые, как всегда, выпали в осадок жертв, оставив нам право быть единственно виноватыми».

Первенцами распада в СССР стали прибалтийские республики. В ночь на 11 марта 1990 г. Верховный Совет Литовской ССР провозгласил восстановление независимости Литовской Республики. В ответ 22-24 марта советские десантники захватили правительственные объекты, а в апреле была организована частичная энергетическая блокада Литвы. Летом Горбачев предложил ввести мораторий на Акт восстановления государственности Литвы в обмен на восстановление энергопоставок. Мораторий был введен, поставки возобновлены, но после этого Литва отменила мораторий.

В январе 1991 г. в Вильнюсе проходили многотысячные митинги как сторонников независимости, так и русского населения, не желавшего оной. В ночь на 11 января советские военные взяли под контроль здания Дома печати и ДОСААФ, в котором размещался департамент охраны края. 12-го десантники взяли под охрану телефонный усилительный узел Вильнюса. 13-го армейские части, бронетехника и бойцы группы «Альфа» направились на штурм окруженного многотысячной толпой демонстрантов вильнюсского телецентра. В результате столкновений погибло 13 человек, включая лейтенанта группы «Альфа», 140 человек получили ранения. Никто из советского руководства не взял на себя ответственность за эту акцию. И Горбачев, и министры обороны и внутренних дел уверяли, что ничего не знали о действиях вооруженных сил.

Примеру Литвы последовала Латвия. Она провозгласила независимость 4 мая 1990 г. 2 января 1991 г. по просьбе ЦК Компартии Латвии рижский ОМОН, находившийся в подчинении МВД СССР, взял под контроль Дом печати в Риге. 13 января в латвийской столице собрался полумиллионный митинг, началось возведение баррикад вокруг стратегических объектов в Риге и других городах.

20 января развернулись бои за здание МВД. В нем укрылись попавшие под обстрел неизвестных омоновцы. Снимать происходящее съехались многочисленные СМИ. В перестрелке погибли два оператора, два милиционера и школьник. Бойцы ОМОНа покинули здание МВД после переговоров с депутатом Верховного совета Латвийской ССР священником Алексеем Зотовым. А баррикады были оставлены их защитниками, отвлеченными объявлением о начале обмена 50- и 100-рублевых купюр образца 1961 г. на новые или более мелкие купюры. Обмен можно было провести лишь в течение трех дней, и в условиях еще сомнительной независимости латвийские граждане рисковать своими накоплениями не желали.

«Война, идет гражданская война…» – пел И. Тальков, речитативом перечисляя все охваченные ею регионы «союза нерушимого». Гражданская война разгоралась на территории СССР с конца 80-х. Первой ласточкой стал Карабах. И в разгар этого конфликта советское руководство продемонстрировало полное непонимание происходящего: глава государства разводил руками и заявлял, что не может понять, что не поделили между собой два «братских мусульманских народа», имея ввиду азербайджанцев и христиан-армян.

В начале 1987 г. на имя Горбачева было направлено письмо с требованием передать Нагорный Карабах из подчинения Баку в подчинение Еревана. Те же требования звучали на митингах, прошедших в армянской столице. Армяне обвиняли руководство АзССР в сохранении экономической отсталости региона и пренебрежении к правам армянского меньшинства в Азербайджане. В Баку эти обвинения отрицали. Армяне позиционировали себя сторонниками Перестройки в то время, как в Азербайджане еще преобладало консервативное течение.

Руководство СССР не было готово изменять существующее национально-территориальное устройство, но и не подавляло армянские протесты, следуя демократическому курсу. К тому же армяне, имевшие крупные диаспоры заграницей, пользовались сочувствием западных стран.

В начале 1988 г. в Азербайджан прибыли первые группы беженцев из Армении. Их разместили в районе Сумгаита.

Реакцией на раскаляющуюся обстановку стало заявление Москвы, что «Центральный Комитет КПСС считает, что действия и требования, направленные на пересмотр существующего национально-территориального устройства, противоречат интересам трудящихся Азербайджанской и Армянской ССР, наносят вред межнациональным отношениям.

Последовательно руководствуясь ленинскими принципами национальной политики, ЦК КПСС обратился к патриотическим и интернационалистским чувствам армянского и азербайджанского населения с призывом не поддаваться на провокации националистических элементов, всемерно крепить великое достояние социализма – братскую дружбу советских народов».

Само собой заклинания «братской дружбой» не подействовали, ситуация продолжала обостряться. 22 февраля 1988 г. у армянского населенного пункта Аскеран в Карабахе в ходе столкновений погибли два азербайджанца, 50 человек получили ранения. Известие об этом спровоцировали армянские погромы в Азербайджане. Самый крупный произошел в Сумгаите 27—29 февраля. Здесь по официальным данным погибли 26 армян и 6 азербайджанцев. Как пишет исследователь Сванте Корнелл, «после Сумгаита стало ясно, что пути назад уже нет, тем более, что советские власти проявляли крайнюю нерешительность и колебания. Для армян Сумгаит стал напоминанием о резне в годы Первой мировой войны, а азербайджанцы в их сознании отождествлялись с оттоманскими войсками. И до Сумгаита армяне изгоняли азербайджанцев из Армении, но теперь они стали изгонять их систематически и целенаправленно, в том числе и из районов Арарата и Зангезура, где азербайджанцы жили компактной группой».

В ходе заседания Политбюро ЦК КПСС было решено по традиции скрыть масштабы сумгаитской резни. В официальных сообщениях говорилось лишь о нарушениях общественного порядка, приведших к человеческим жертвам. Для маскировки «неудобной» действительности и судебный процесс решили проводить в разных городах, разбив дело на 80 эпизодов. Из тысяч погромщиков привлекли к ответственности менее ста – почтив всех за «хулиганские побуждения». Выявлять реальные причины и организаторов погрома власти не пожелали.

Шила в мешке утаить не удалось. 3 марта комитет «Карабах» выступил с обращением к ООН, парламентам и правительствам всех стран, Всемирному Совету церквей, Социнтерну, коммунистическим и рабочим партиям, Международному красному кресту, в котором обвинил «руководство Советского Азербайджана, ряд ответственных работников ЦК КПСС в преступлении против армянского народа».