Елена Русанова – Оттенки счастья для Сироты (страница 7)

И на этой карте были свои шрамы – рубцы, похожие на бледные молнии. Один, длинный и зазубренный, тянулся через весь левый бок. Другой, аккуратный, круглый, словно от пули, притаился чуть выше ключицы. А татуировки… Они не были кричащими. Это были угрюмые, черно-серые узоры, похожие на руны или древние символы, сливавшиеся с рельефом его мышц. Они не украшали его, а были его частью, словно выжжены на душе и проступили сквозь кожу.

Прозвучал свисток, оглашая начало боя. А я не могла оторвать взгляд от него. В нём было что-то такое… первобытное, дикое, что одновременно пугало и завораживало. Он двигался с грацией хищника, выжидая момент для смертельного броска.

Каждый его удар, каждое движение были словно выверены до мелочей. Он не тратил энергии впустую, экономя силы для решающего момента.

Внезапно Сирота обрушил на противника град ударов, словно пробудившийся вулкан. У соперника не было шанса. Было уже поздно. Один точный удар – и противник уже не смог встать. Толпа взорвалась ликованием, но я продолжала безотрывно смотреть только на Сироту. Он стоял посреди арены, словно царь зверей, победитель.

Он стоял, слегка раскачиваясь, и его взгляд, пустой и направленный в никуда, скользил по ревущей толпе. Я следила за движением его грудной клетки, за тем, как воздух входит и выходит, за игрой сухожилий на кулаках, обмотанных бинтами. В нёмбыла не просто сила, акакая-то безысходная мощь, которую заперли в эту клетку из плоти и выпустили сюда, на потеху публике.

И в этот самый момент его взгляд, блуждавший по нашему сектору, внезапно остановился. На мне. Это было похоже на удар током. Тот самый, от которого перехватывает дыхание и сжимается желудок. В его глазах не было ни злобы, ни вызова. Они были… пустые. Глубокие, как колодец в беззвёзднуюночь. Но в этой пустоте на долю секунды что-то мелькнуло. Искра? Вопрос?

Время споткнулось и замерло. Грохот трибун, свист, крики – всё это ушло в густой, плотный туман, сквозь который доносился только бешеный стук моего собственного сердца в ушах. Я не видела больше никого: ни Евы, хватающей меня за локоть, ни его противника, ни ослепительных прожекторов. Только эти глаза, прикованные к моим.

И тогда, сквозь оцепенение и шок, прорвалась мысль, ясная и неоспоримая, как утренний свет: я его уже где-то видела.

Я не могла вспомнить, где, когда, при каких обстоятельствах. Это не было конкретным воспоминанием – именем илиместом. Но этот взгляд, точно мне знаком. Глубокое, костное, интуитивное узнавание.

Этот контактдлилсявсего лишь мгновение. Он отвёлвзгляд, вернулся в свою реальность – реальность боя, боли и одиночества. Но щемящее, тревожное чувство осталось, застряв где-то под рёбрами. Я сидела, не в силах пошевелиться, с ладонями, внезапно ставшими ледяными, и с одной лишь единственной навязчивой мыслью, от которой кружилась голова: кто он? И почему его пустота показалась мне такой ужасающе знакомой?

Глава 10

Воздух в клубе «Колизей» стал густым и тяжёлым, пахшим потом, кровью и смесью различного парфюма. Под ногами липкий от пролитых напитков пол. Не выдержав буйства эмоций, что витали вокруг меня, прижала ладони к ушам, пытаясь заглушить оглушительный рёв толпы и сокрушительный треск костей о ринг-площадке. Видела, как один из бойцов, которого прозвали Сиротой, с лицом, искажённым яростью, нанёсфинальный удар, и его противник грузно осел на сетку клетки.

– Я больше не могу, – прошептала, обращаясь к Еве, едва пересиливая шум. Ладони были ледяными, а к желудку подкатывала тошнота. – Ева, давай уйдём. Пожалуйста. Это слишком… жестоко.

Подруга же, напротив, сияла от возбуждения. В её глазах плясали огоньки, она в такт музыке покачивала плечами.

– Ой, перестань! Ты просто не привыкла. Расслабься! – она одобрительно свистнула, когда победителю подняли руку. – Смотри, какая мощь! Это же искусство, а не драка. Тебе надо просто немного отвлечься. Пошли в бар, выпьем мохито. Там, в другой части клуба, совсем по-другому.

Не дожидаясь ответа, Ева хватает меня за руку так резко, что я чуть не падаю со стула,и тащитсквозь ликующую толпу. Мыминовали тяжёлую бархатную портьеру, и я не смогла совладать с эмоциями, и ахнула. Контраст был разительным. Здесь царила атмосфера обычного, даже роскошного ночного клуба. Глубокий бас электронной музыки вытеснил агрессивный рок, сияющие люстры сменили резкий свет софитов, а в воздухе витал сладкий аромат коктейлей и духов. Ничто не напоминало о только что увиденной бойне, кроме парней с перебинтованными кулаками, рассеяно потягивавших напиткиу стойки.

– Видишь? Совсем другое дело, – Ева, довольно улыбнулась. – Забудь про ту дикость. – она практически тащила меня за собой в сторону бара.

И уже через мгновение в моих руках оказался бокал с напитком. Сделала глоток холодного мохито, и правда, немного успокоилась. Видимо, и правда, слишком сильно на мне сказались новые впечатления. Но в этом есть и своя прелесть: я перестала думать о своей семье и их поступках.

Спустя несколько минут уже начала подтанцовывать, как вдруг почувствовала на себе тяжёлый, пристальный взгляд, от которого становилось не по себе. К нам подошёлмужчина. Настоящий верзила, под два метра ростом, с шеей буйвола и в майке, туго обтягивающей перекачанный торс. Он упёрсяруками в барную стойку, загораживая мне выход, зарождая тем самым во мне панику.

– Эй, блонди, – его голос был низким и властным. – Ты тут самая сочная. Танцевать пойдёшь?

Внутри меня всё сжалось. Но решила, во чтобы-то ни стало попытатьсябыть максимально тактичной, и не провоцировать лишний раз мужчину.

– Спасибо за предложение, но я не танцую с незнакомцами, – мягко улыбнулась ему, глядя куда-то в район его подбородка.

– О, ну знакомиться – это как раз моя специализация, -он самодовольно оскалился, обнажив золотую коронку. – Я Артём. А теперь пошли.

Этот бугай протянул руку, видимо, чтобы схватить за запястье, хотя мне она казалась лапищей, особенно в сравнении с моей. Такой и кости сломать можно, наверное. От страха инстинктивно отпрянула.

– Я серьёзно. – пыталась произнести как можно уверенней. – Нет. Я с подругой.

– Подруга как-нибудь одна посидит, – его тон стал настырнее, в нём зазвучали металлические нотки. Он шагнул ещё ближе, нарушая всевозможные границы моего личного пространства. Запах дешёвого одеколона и пошатнувшейся уверенности ударил в нос, что только усиливало мою панику- Не упрямься, а то испортим вечер.

– Эй, парень, тебе же вежливо отказали! – Ева пыталась вступиться за меня,но верзила лишь отмахнулся от неё, как от назойливой мухи. Его пальцы уже почти сомкнулись на моей руке, когда сзади раздался новый голос. Тихий, без единого повышения тона, но он прорезал шум клуба, как лезвие ножа.

– Руку убрал. Немедленно.

Обернувшись, увидела, как из полумрака возле портьеры возникла высокая, поджарая фигура. На нёмбыли надеты простые чёрныештаны и серая футболка, насквозь промокшая от пота. Мокрые пряди светлыхволос падали на лоб, а над левым глазом алел свежий шов, уже успевший распухнуть. Это был тот самый боец, которого в начале вечера представляли как Сироту.

Верзила Артём медленно повернул голову, одаряя оценивающим взглядом нового собеседника. Сирота был чуть ниже его, но в его осанке, в спокойной готовности каждой мышцы, чувствовалась сила и мощь.

– А тебе-то что? – фыркнул этот бугай, но его уверенность дала трещину. – Шёл бы ты своей дорогой, победитель.

Сирота не ответил. Он подошёл вплотную, его плечо почти касалось моего. Он не смотрел на меня, будто не замечая вовсе. Его взгляд был прикован к здоровяку, и в этом взгляде не было ни злости, ни вызова. Была лишь холодная, безразличная уверенность.

– Я сказал, убираешь руку и уходишь, – повторил он, ни на йоту не повышая голос. – Она не для тебя.

– А для кого, для тебя? – Артём попытался сохранить браваду, но она смотрелась жалко.

Сирота наклонился чуть ближе. Теперь они стояли нос к носу.

– Именно. Она мой трофей. Я вышел из клетки и вижу – мой приз уже тут, – он, перевёл на меня свой взгляд, быстрый, оценивающий. В его глазах мелькнула не то искра одобрения, не то право собственника, отчего становилось не по себе. – Так что проваливай. И не заставляйменя тебе это объяснять ещёраз.

Последняя фраза повисла в воздухе прямым обещанием боли. Бугай замер, измерив взглядом каменное лицо бойца, его сбитые костяшки и свежую кровь, которая сочилась из рассечённой брови. Борьба с таким – не то же самое, что запугивать девушек в баре.

– Ладно, ладно, не кипятись, – буркнул он, отступая на шаг. Бросив последний злобный взгляд, растворился в толпе.

Ева смотрела на Сироту с открытым восхищением. Я же чувствовала странную смесь облегчения и… возмущения.

– Спасибо, конечно, за помощь. – сказала еле слышно. – Но шутка про трофей неудачная.

Мужчина, наконец, повернулся ко мне лицом. Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.

– А с чего ты решила, что это была шутка? – произнёс, глядя в глаза.

Глава 11

Всё это началось лишь как игра. Как способ поставить эту строптивую, несносную девицуна место. И для меня было бы лучше, если я б видел перед собой вчерашнюю панду. Но чёртвозьми, всё пошло не по плану.

Ясмотрел, как на её лице сменяются эмоции. Сначала шок, чистый и неподдельный. Мои слова – «онамой трофей» – повисли в воздухе, и она, будто гипнотизированная змея, поверила им. В её широких глазах читалось потрясение, и это должно было быть моей победой. Я хотел её проучить, приземлить, показать, кто здесь главный.