Елена Равинг – Твари на нашей планете (страница 15)

Сам план был следующим.

Первый этап – расчистка арумов, добыча первичных ресурсов при помощи оборудования, выведенного из бункера, возделывание плантиумов.

Второй этап – строительство терриумов, крытых стабулиумов, аквариумов, уне факториумов и необходимых производственных машин. А поскольку ариумы для выращивания потенциальной пищи увеличились, подземные лабораториумы и терриумы начали постепенно закрываться.

Третий этап – добыча ресурсов промышленным способом и в промышленных масштабах, строительство общественных зданий (Схолярумов, Рекреатумов, пунктумов труда) и дальнейшее развитие наземной инфраструктуры.

Четвёртый этап – полное замещение синтетического внутреннего обеспечения внешним натуральным. В идеале. А по факту это коснулось в основном продуктов питания, факториумные же производства остались синтетическими, только разместились на поверхности.

Данные меры позволили вдвое увеличить человеческий ресурс относительно уровня, зафиксированного до Сангве Морбуса, и постепенно возле подземного урбума вырос надземный.

Сперва мы несёмся по знакомому с инфантуса Тутеруму, усеянному агрумами, сагитиумами, искусственными тренировочными ландшафтами, монтиумами, транспортными и ремонтными домиумами, посадочными пунктами авитеров и оружейными хранилищами. Также на каждом ариуме располагаются Схолярумы десов и тресов, раньше находившиеся в стенах Аркама вместе с унесами, но потом, после завершения изоляции и в связи с увеличением числа схоляресов, перебравшиеся на поверхность. Кроме того, на поверхность были выведены пунктумы катервисов, у нас это: Венатерум, Авитерум, Визерум, Милитерум, и после отделился Эксплорум, обзаведясь собственным зданием. Под стенами урбума остался только Протерум, а освободившиеся секциумы были отданы под дивидериумы и хранилища. Также в целях экономии времени ариумы постепенно обросли местными эдериумами, медериумами и аксилериумами, что позволило многим новесам не возвращаться в Аркам по несколько раз за диас.

Далее виетранус пересекает ариум калидеров. Здесь располагаются пунктумы их основных катервисов: Гностерум – главный научный пунктум, и Медерум – главный пунктум медеров. А также Рекреатум, Репродуктум, Новум, Мортум, лабораториумы и многочисленные Схолярумы. Сие, у калидеров их больше, чем у любого другого кластиса, ведь их обучение не завершается Интродуктусом – калидеры учатся всю жизнь до самого сенектуса.

Зато у аксилеров и имперов ариумы отсутствуют. Точнее, только у аксилеров, поскольку ариумом имперов считается Имперум – сектрум 00, включающий в себя шесть стациумов под Таурумом. Аксилерам же не нужны ни многочисленные строения, ни плантиумы, ни агрумы. Они трудятся по всему Аркаму, как внутри, так и на поверхности, их многочисленные пунктумы раскиданы везде, а обучающие пунктумы располагаются в стенах урбума – этого вполне достаточно. Их ариумы заняли сурвитеры и сурресеры, а также ариумы, находящиеся далеко за пределами второго циклевиуса – вот им в силу специфики труда всегда и всего мало!

Соответственно, следующими после калидеров раскинулись ариумы сурвитеров, на которых находятся многоярусные плантиумы, огороженные пастиумы, крытые терриумы, граниумы, домиумы аграрной техники, стабулиумы, аквариумы и ависиумы. Это самый красивый ариум из всех! В тёмное время суток терриумы светятся приглушённым белым светом, на который мы с Рэем так любим смотреть, а в диас бистеры выпускают стада, и разномастные кучки животных мирно пасутся на красно-зелёных пастиумах сочной гибридной травы. Она генетически изменена для повышения питательности и, кажется, даже добавляется новесам в пищу – можно самим тут пастись, с голоду не умрёшь гарантированно! Однако за внешним умиротворением скрывается страшная участь всех фитофагов – в отдалении сереют стены бистмортиумов, разделочных пунктумов и фригиумов для хранения туш. Изнанка и итог их мирной жизни под защитой стен заключается в том, что все они однажды будут съедены хабитесами Аркама.

Для обеспечения урбума водой и орошения плантиумов от протекающей неподалёку реки прорыты каналы – аквевиусы, которые паутиной оплетают ариум сурвитеров. Прежде, в замкнутой системе циклумировало постоянное количество жидкости, множество раз прогоняемое через очистители. Потом мы стали использовать безопасные подземные источники, подвергавшиеся фильтрации глубинных горных пород. А когда уровень радиации снизился – построили данную систему водоснабжения и сброса, и теперь Аркам непрерывно питается от естественного наземного источника. Взглянув с высокого помоста циклевиуса, можно увидеть и саму реку, петляющую меж низких гор, и построенную в месте сужения её русла платину с гидре-энергепунктумом – Энергумом. Он генерирует для Аркама альтернативную энергию и является мостом, соединяющим берега.

Следующие после ариумов сурвитеров ариумы сурресеров выглядят хоть и не столь красиво, но не менее впечатляюще. Здесь полностью отсутствуют растения, зато присутствуют многочисленные постройки: энергиумы, факториумы по первичной и вторичной конвертации сырья (металлов, минералов, природного топлива и всего, что добывают в разбросанных за охранной стеной путиумах и секариумах), де факториумы по производству одежды и вещей быта, строительных материалов и техники, а также очистные пунктумы и пунктумы по утилизации отходов, на которых трудятся терсеры. Хотя после того, как мы на 90% перешли на естественное ресурсообеспечение, часть использованных материалов стали просто выбрасывать, ведь их утилизирование требует больших затрат, чем приносит итоговой пользы. Почти у каждого здания ввысь вздымаются апексумы труб, диас и ночас выпускающие в красную атмосферу серый дым, однако урбум расположен таким образом, что преобладающие ветра уносят загрязнённый воздух прочь, не нанося вред плантиумам и пастиумам.

И нам.

Виетранус завершает цикл и возвращается к ариуму тутеров. Поскольку начала я в его примасе, то немного выжидаю и выхожу в финасе. Спускаюсь с платформы и снова поднимаюсь – в этот раз на стену. Приближается визер данного сегментиума, запрашивает мой номен и ИЦК, а после процедуры сканирования кивает и удаляется под теневой навес. Он знает, что у тресов тутеров свободный диас (весь Аркам знает), к тому же мы знакомы лично. Здесь находится моё любимое место после Таурума, где я часто бываю и часто пересекаюсь с этим виресом – минимум один раз в лунас точно. Но, так как пребывание вне урбума требует постоянного ношения защитных средств, его лицо я ни разу не видела. Как и он моё.

Подхожу к самому краю, облокачиваюсь на защитное ограждение и устремляю взгляд вдаль.

По сути, земли за стеной делятся на два типа: дополнительные плантиумы, где заготавливают корма и собирают некоторые пищевые растения (те, которые произрастают самостоятельно, не требуя затрат на возделывание или охраны), и ариумы добычи ресурсов. Именно в этом пунктуме контраст между ними заметен наиболее явно: созидание и разрушение, плодоношение и потребление, наша нужда и наша ненасытность. Сей хорас я буквально стою на границе двух разительно отличающихся миров: мира природного – с буйной растительностью, среди которой появляется тем больше красного цвета, чем дальше она отступает от урбума; и мира, исковерканного новесами – с бесплодным ландшафтом, изрытым и обглоданным до неплодоносного слоя породы. Когда-то выжившие люди дезактивировали и засевали данные пространства едва воссозданными растениями, а теперь экстрактеры повторно их уничтожают, взрывают и перекапывают.

Человеческая деятельность выглядит деструктивно и ужасающе, особенно по отношению к только-только оправившейся от катаклизма природе. Но все понимают, что это необходимость, ведь инфраструктура Аркама растёт и развивается, а значит, нам требуется всё больше ресурсов. Уже идут диспутусы о строительстве третьего циклевиуса и второй охранной стены после дальнего периметра, дабы упростить доставку добытых ископаемых и обезопасить трудящихся там новесов. Основную часть диаса или ночаса они находятся на открытой местности, и существующая стена их не защищает, только милитеры. При том, что многие животные, лишившись пищи, покинули привычные места обитания, а за ними ушли и хищники, сравняв риски для людей, экстрактерам приходится копать всё глубже и заходить всё дальше, тем самым риски возвращая.

Но и на этой несчастной земле, истерзанной цепями машин, изрытой вдоль, поперёк и вглубь, кое-где проглядывает молодая красная поросль. Если оставить ариумы в покое, не уродовать, не рыть и не перекорчёвывать, природа, пусть и не скоро, обязательно возродится, как возрождается всегда, даже после падения метеорита или сброса ядерных бомб. Она зарубцует раны, восстановит растительный покров, и сюда снова вернутся животные. Что бы мы ни делали с планетой, как бы ни пытались её уничтожить и разорить, она всё равно выживет…

Наверное.

Осмелев, я сдёргиваю текстус и снимаю защитный пластик, желая без преград посмотреть на созданный нами мир. Краски сразу становятся выбеленными, будто на полотнах Цеи, которая, похоже, рисует без очков. От непривычно яркого света я непроизвольно щурюсь, однако солнце находится у меня за спиной и не может нанести значительный урон глазам. А в текстусе мне просто жарко и душно – хоть данная ткань создана специально, чтобы пропускать воздух, при такой температуре и влажности кожа под ней быстро покрывается испариной.