Елена Рассыхаева – «Магистр темных наук и кексики с глазурью» (страница 1)
Елена Рассыхаева
«Магистр темных наук и кексики с глазурью»
Героиня: Агния Вересковая. Бывший боевой маг (уволилась после того, как начальство не оценило, что она взорвала демонический портал заодно с памятником архитектуры). Сейчас – кондитер-любитель с лицензией на «бытовое колдовство». Вес – на 5 кг больше, чем в академии, характер – на все 100 кг взрывчатки.
Часть 1. «Пирожное с начинкой из неприятностей»
Глава 1. Где кексы важнее дипломов
– Рейвен, я сказала «нет». Это окончательное, бесповоротное и покрытое тройным слоем глазури «нет».
Я даже не обернулась. Продолжала сосредоточенно высаживать кондитерским мешком крем на свежеиспеченные капкейки. Восемь штук – с ванилью, восемь – с шоколадом, и четыре экспериментальных с соленой карамелью и чили. Последние я планировала скормить бывшему командиру, если он не уберется из моей кухни в ближайшие пять минут.
Лорд Рейвен, а по совместительству мой личный кошмар в красиво скроенном мундире, стоял в дверях, скрестив руки на груди. Я чувствовала его взгляд даже спиной. У этого мужчины была сверхспособность – гипнотизировать людей своим неодобрением. В бытность мою боевым магом это работало безотказно. Сейчас – нет.
– Агния, – голос у него был тот самый, командирский, когда в нем слышится «я сказал, значит, делаем». – Я не спрашиваю. Я информирую. Академия Тьмы нуждается в квалифицированном специалисте по темной магии.
– Я больше не специалист по темной магии. – Я аккуратно водрузила на капкейк крошечную сахарную розочку. – Я специалист по кексам. Видите вывеску над дверью? «Сладкая паутина Вересковой». Здесь нет ни одного боевого заклинания, зато есть клубничный мусс и ванильный бисквит.
– Это временно, и ты это знаешь.
Я наконец обернулась, уперев руки в бока. Передник в разводах шоколада, на щеке – полоска муки, волосы собраны в небрежный пучок, из которого выбилась предательская прядь. Рейвен же выглядел так, будто только что сошел с обложки журнала «Магистр года» – темные волосы идеально зачесаны, воротник накрахмален, сапоги начищены до зеркального блеска.
– Это не временно, Рейвен. Я уволилась. Окончательно. Бесповоротно. – Я взяла с подноса экспериментальный капкейк с чили и сунула ему в руку. – На, съешь. Может, станешь добрее.
Он посмотрел на кекс так, будто я протягивала ему гранату с выдернутой чекой.
– Ты взорвала памятник архитектуры, Агния.
– Я закрыла демонический портал! – возмутилась я. – Памятник архитектуры просто… оказался на пути. У него была нестабильная конструкция. Он бы все равно рухнул через пару лет. Я просто ускорила процесс.
– Ты ускорила процесс на двести лет. И вместе с памятником ускорила процесс разрушения моста, фонтана «Три единорога» и подземной парковки городского совета.
Я замялась.
– Фонтан был безобразным. Я сделала одолжение городу.
Рейвен медленно положил капкейк обратно на поднос. Не надкусил. Даже не понюхал. Вот что значит человек без души.
– Слушай, – я сменила тактику. Надо было действовать через чувства. Или через то, что у него вместо чувств. – Я не создана для армии. Я создана для того, чтобы печь. Чтобы дарить людям радость. Чтобы мои десерты делали мир лучше. А в армии… что? Вечная грязь, походные галеты, и начальство, которое не ценит, когда ты спасаешь мир от демонов, потому что ты случайно задела какой-то там старый каменный фонтан.
– Тебя уволили, Агния. С позором.
– Я сама уволилась! За три секунды до того, как меня уволили! Это принципиально разные вещи!
Рейвен сделал шаг вперед. В тесной кухне он занимал собой половину пространства. Вторая половина была занята моими капкейками, и я была не уверена, что в этом противостоянии победят капкейки.
– Академия Тьмы, – сказал он медленно, чеканя каждое слово. – Престижнейшее учебное заведение. Темные магистры со всего континента. Преподавательский состав – элита. Им нужен человек, который знает темную магию не по учебникам. Который нюхал порох. Который…
– Который взрывает фонтаны?
– Который обладает практическим опытом, – сквозь зубы закончил он. – И который сможет вести практические занятия по основам темной кулинарии.
Я замерла.
– По… чему?
– Основы темной кулинарии. Замена стандартного курса алхимии. Новая программа. Руководство Академии решило, что современным темным магам нужно уметь не только варить зелья, но и… э-э… – он запнулся, явно цитируя кого-то, – «создавать кулинарные шедевры с применением темных ингредиентов».
Я медленно подошла к плите, взяла чайник, налила себе кипятку. Заварила мяту. Помешала ложечкой.
– Ты хочешь сказать, – мой голос звучал подозрительно спокойно, – что существует академия, где преподают темную магию через готовку?
– Через кулинарию, – поправил Рейвен. – Терминология важна.
– И они ищут преподавателя.
– Уже нашли. – Он вытащил из внутреннего кармана мундира запечатанный черной сургучной печатью конверт. – Письмо от ректора Вальдериуса. Личное приглашение. С условиями ознакомьтесь на месте.
Я взяла конверт. Сургуч был теплым – только что из портальной доставки. Печать с изображением перевернутой пентаграммы и… кекса? Я присмотрелась. Точно. Кекс. В окружении шипов.
Я подняла глаза на Рейвена.
– Там, говорят, в столовой пекут так, что даже демоны тоскуют по родине? – спросила я с максимально безразличным видом, хотя внутри меня уже плясали сахарные феи.
– Слухи, – сухо ответил Рейвен. Но я заметила, как дернулся уголок его рта. – Говорят, что пекут. Говорят, что не все это переживают.
– Что значит «не все переживают»?
– Академия Тьмы, Агния. Там все немного… специфично.
Я посмотрела на свои капкейки. На уютную кухню. На вывеску за окном. Потом снова на конверт с кексом на печати.
– Я подумаю, – сказала я.
– У тебя два часа, – сообщил Рейвен. – Портальная комната на первом этаже городской ратуши. Билет в один конец. Обратно, если не понравится, сами вас отправят. Или не отправят. Смотря как вы покажете себя.
– Это что, угроза?
– Это информация. – Он развернулся и направился к выходу, но на пороге замер. Обернулся через плечо. – Агния.
– Что?
– Тот капкейк. С чили. – Он кивнул на поднос. – Я передумал.
Он взял его, надкусил, поморщился от остроты, но прожевал.
– Неплохо, – выдавил он и вышел, хлопнув дверью так, что задребезжали противни.
Я посмотрела на оставшиеся капкейки. На конверт. На приоткрытое окно, в которое уже влетал аромат вечернего города.
– Демоны тоскуют по родине, значит, – пробормотала я и сорвала печать.
Глава 2. Академия: готика, гламур и грымза
Если бы мне сказали, что Академия Тьмы находится в розовом замке с золотыми башенками и коваными воротами в виде переплетенных шипастых роз, я бы рассмеялась в лицо.
Я не смеялась.
Я стояла перед распахнутыми воротами, задрав голову, и пыталась сопоставить понятия «темная магия» и «необарокко цвета клюквенного мусса».
– Это… – начала я.
– Прекрасно, правда? – раздался голос откуда-то снизу.
Я опустила взгляд. На меня смотрел… гном. В мантии, расшитой серебряными нитями, с окладистой бородой, в которой запутались сушеные ягоды.
– Профессор Бронзобород, – представился он, протягивая руку. – Заведующий кафедрой минералогии и подземных искусств. А вы, видимо, наша новая… кулинарка?
– Магистр Вересковая, – поправила я, пожимая его руку. Рука была теплой и пахла чем-то пряным. – И да, я буду вести основы темной кулинарии.
– Чудесно! – Бронзобород улыбнулся так широко, что его борода зашевелилась. – Наконец-то в столовой будет что-то съедобное. А то наш старый алхимик говаривал, что зелья должны быть отвратительными на вкус, чтобы студенты не баловались. Знаете, что он варил? Суп из крапивы и летучих мышей!
– Звучит питательно, – осторожно сказала я.
– Питательно? Да это звучит как военное преступление! – Он подхватил меня под локоть и потащил в сторону главного корпуса. – Пойдемте, я покажу вам вашу лабораторию. Ой, то есть кухню. Ректор велел называть это кухней. Говорит, слово «лаборатория» убивает аппетит.
Мы вошли в главное здание, и я на мгновение ослепла.
Внутри все было… не темным.