Елена Рассыхаева – «Магистр темных наук и кексики с глазурью» (страница 4)

Глава 4. Десерты, которые убивают

Первая неделя в Академии Тьмы поставила передо мной три неразрешимых вопроса:

1. Кто пытается убить ректора?

2. Как накормить три сотни темных магов, если единственный призрак-повар обиделся на меня за неправильно взбитые сливки?

3. Почему кот Бисквит смотрит на меня так, будто знает что-то, чего не знаю я, и при этом явно получает от этого удовольствие?

С третьим вопросом я решила разобраться позже. С первыми двумя – прямо сейчас.

– Итак, – я разложила на кухонном столе импровизированную картотеку, – у нас есть четыре основных подозреваемых.

Виолетта, моя незаменимая подруга, которую я вызвала портальным призывом (читай: умоляющим письмом с обещанием бесплатных кексов на полгода вперед), сидела на табуретке и сосредоточенно жевала печенье.

– Первый, – загнула я палец, – завхоз Грюм. Ворует продукты, имеет доступ ко всем ингредиентам, включая ядовитые. Мотив: неизвестен, но он сам сказал, что любит штрудель. А кто любит штрудель, тот может и отравить конкурента.

– Слабо, – Виолетта откусила печенье. – Если он ворует ваниль, зачем ему убивать ректора? Ректор – единственный, кто не следит за расходом продуктов. Без него придет новый ректор, а новый ректор наверняка начнет проверки.

– Логично, – я загнула второй палец. – Второй: мадам Терния. Зеленый маг, выращивает ядовитые растения. В ягодах, которые она принесла, содержится нейротоксин. И она сама предложила добавить их в десерт.

– А она знала, что ректор будет есть именно штрудель?

– В том-то и дело, что нет. Штрудель заказала прислуга. Терния просто принесла ягоды в тот же день. Совпадение?

– В детективах совпадений не бывает, – изрекла Виолетта с видом знатока. – Но давай дальше.

– Третий: профессор Мракосвет. Некромант. Мотив – хочет заполучить тело ректора для своих экспериментов.

Виолетта поперхнулась печеньем.

– Это самая безумная теория, которую я слышала!

– А у некромантов всегда безумные теории! – возразила я. – Ты бы видела, с каким интересом он рассматривал ректора, когда тот лежал лицом в штруделе!

– Может, он просто оценивал художественную композицию?

– Виолетта!

– Ладно, ладно. Кто четвертый?

Я помедлила.

– Четвертый – сам ректор.

Тишина. Даже Бисквит, который дремал на подоконнике, открыл один глаз.

– Ты хочешь сказать, – медленно произнесла Виолетта, – что ректор сам себя отравил?

– А почему нет? – я начала расхаживать по кухне, жестикулируя. – Он ест штрудель. Падает лицом в тарелку. Я его переворачиваю, и что я вижу? Идеально уложенные волосы, даже после падения! Ни одной сбившейся пряди!

– Может, у него хороший лак для волос?

– У темного мага не может быть хорошего лака для волос! Это противоречит уставу!

– Агния, ты сейчас говоришь чушь.

– Я говорю как следователь! – я ткнула пальцем в импровизированную картотеку. – У ректора есть алиби? Нет. У ректора есть мотив? Возможно. Может, он хотел проверить, кто на него покусится. Может, он хотел вывести на чистую воду заговор. Может, он просто хотел привлечь мое внимание!

– Ну, с последним у него получилось, – усмехнулась Виолетта.

Я пропустила это замечание мимо ушей. И ушей, кстати, тоже. Потому что в этот момент в дверь постучали, и на пороге появилась прислуга – та самая девушка, которая видела падение ректора.

– Магистр Вересковая, – она нервно теребила передник, – там… там опять что-то случилось.

– Опять штрудель?

– Хуже. Заварные пирожные.

Мы с Виолеттой переглянулись и выбежали в коридор.

Столовая гудела как растревоженный улей.

В центре, на том самом столе, где вчера лежал ректор лицом в штруделе, сейчас красовалось блюдо с заварными пирожными. Десять штук. Идеальные, румяные, с шапочкой заварного крема и тонкой ниточкой шоколадной глазури.

Рядом с блюдом сидел студент. Точнее, сидел он уже не совсем. Он сползал со стула, держась за горло и издавая звуки, которые могли означать либо «я умираю», либо «это лучший заварной крем в моей жизни».

– Что случилось? – я подбежала к студенту и заставила его разжать руку.

Он смотрел на меня мутными глазами.

– Пирожное… – прохрипел он. – Я съел пирожное… и оно было такое вкусное… а потом…

Он потерял сознание.

– Целителя! – крикнула я, и кто-то уже бежал выполнять.

Я наклонилась к пирожным. Понюхала. Ваниль, яйца, молоко, и… опять этот металлический привкус. Тот же самый, что и в штруделе.

– Кто принес пирожные? – спросила я, поднимая голову.

Молчание.

– Кто? – повторила я громче.

– Их оставили на кухне, – пискнула та же прислуга. – Мы подумали, что это вы приготовили, магистр…

– Я готовлю кексы! – возмутилась я. – Кексы с глазурью! А не заварные пирожные! Я терпеть не могу возиться с заварным тестом!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.