Елена Помазуева – Сказка о зеленоглазой колдунье и семи богатырях (страница 10)
– Вывести тебя из терема у нас не получится, – поохав и поговорив между собой, решили домовихи. – Надо ждать случая подходящего.
Случай не заставил себя долго ждать. В дверь через час постучали, и вошли две мастерицы. В руках они держали ленты для замеров и корзинки со всякой мелочевкой для рукоделия.
– Нас княгиня послала, чтобы венчальное платье к утру сшили. – улыбаясь, но в тоже время очень серьезно сказали мастерицы.
– Венчальное? А почему к утру? – переспросила их.
– На рассвете обряд будет, – сообщили улыбчивые мастерицы.
Оглянулась на домових, те понятливо закивали. Мол, всё устроим в лучшем виде, и исчезли опять. Я оказалась в распоряжении мастериц.
Ленточки для замеров мелькали перед глазами, мастерицы работали быстро, но не суетливо. Всё у них было на подхвате. Однако они меня не спрашивали ни о фасоне платья, ни о цвете ткани, ни о вышивке.
Обычно вышивка делалась долго, потому что ведьмы вплетали заклинания в свое мастерство. Обереги на невесту, на жениха от злых глаз и чар. Пожелания здоровья и детей в семье, благополучия. Но из-за спешки никто не поинтересовался моим мнением.
Мастерицы, не задавая лишних вопросов, быстро сняли мерки, и вышли из светелки, оставив одну. Матерь Сва безмятежно покачивалась под потолком.
Чуть позже за мной пришла девушка, пригласила на трапезу. Проводили в большую горницу, где накрыли стол. Тарелок оказалось немного, не как у нас в доме, когда собиралась вся семья. Ароматы дразнили, блюда притягивали взгляд.
Княгиня Ярина стояла у окна и задумчиво смотрела вдаль.
– Веселина, присаживайся, – мягко сказала она, повернувшись ко мне.
Присела на лавку, стоящую вдоль стены, княгиня устроилась рядом. Руки она сложила на коленях, она выглядела беспокойной и напряженной.
– Что-то случилось? – спросила ее, начиная невольно волноваться.
– Игорь, – вздохнула княгиня. – Он, как от тебя вышел, вскочил на коня и до сих пор не вернулся. Боюсь за него, никого из дружинников с собой не взял.
– Я могу узнать, где он, – улыбнулась ей, с облегчением подумав, что могу ее успокоить.
– Как? – удивилась княгиня, а в глазах появилась надежда.
Подошла к столу и выбрала средних размеров тарелку, с блюда взяла небольшое яблочко.
–
Рисунок на дне тарелки пропал, а показался князь Игорь. Княгиня подошла к столу и заглянула мне через плечо. Князь Игорь огромным топором рубил древний дуб. Мы смотрели на полуобнаженного мужчину, который блестел от пота, но не останавливался.
Посмотрела на княгиню, она улыбалась, в ее взгляде отчетливо виднелась гордость за сына.
– Довела мужика, – улыбнулась Ярина. – Нескоро вернется. Давай трапезничать.
Княгиня присела к столу, я положила руку на тарелку и увидела, как князь обернулся, будто почувствовал, что на него смотрят. Рисунок проступил снова, превратившись в обычную тарелку.
Князь ворвался в горницу, едва мы успели приступить к еде. Ложка от неожиданности замерла перед ртом.
– Игорь, умойся и садись к столу, – строго произнесла княгиня, как маленькому нашкодившему ребенку.
Князь послушно вышел и вернулся умытый и одетый во все свежее, влажные кудри вились вокруг лица. Невольно сглотнула при воспоминании, когда последний раз видела его с намокшими волосами, и румянец запылал на щеках.
В этот раз Игорь зашел спокойно. И хотя взгляд от тарелки не поднимала, чувствовала, что он меня рассматривает.
– Игорь, садись, не смущай Веселину. Завтра, всё завтра, – с улыбкой мягко сказала княгиня.
Игорь сел напротив меня, через стол. Ел он степенно, с аппетитом, и очень изящно, что сразу бросалось в глаза. Моих братьев бабушка всегда за столом гоняла, чтобы они вели себя прилично, а те всё норовили то пальцем, то рукавом в тарелку залезть.
– Мне показалось, ты меня позвала, – сказал князь через некоторое время, обращаясь ко мне.
– Ой, у меня пироги на плите. Не досмотрят домовихи, и сгорят! – воскликнула княгиня и быстро вышла из горницы.
Если бы я не знала домових, с их серьезным отношением к домашней работе, поверила. Потому проводила ее недоуменным взглядом и посмотрела на Игоря.
– Князь, я своего согласия не давала, – твердо сказала ему, и взгляд не отвела. – Ты даже не спрашивал моих родителей!
– Веселина, мой народ считает тебя моей женой. Обряд – формальность, – Игорь замолчал. Я не отвечала, продолжая буравить его взглядом. – Ты не боишься, что скажут о тебе люди? – подначил он.
– Я ведьма! – гордо вскинула носик. – Свою судьбу выбираю сама! И живу в сказке.
– Веселина, запала ты мне в душу, – проговорил князь голосом, от которого заставил забыться в купели. Все внутри затрепетало и устремилось ему на встречу.
Тряхнула головой.
– Князь, я обещала помочь против Чернобога, а не замуж за тебя выходить! – твердо произнесла ему.
Игорь протянул руки через стол и накрыл мои серьезно сжатые кулачки.
– Неужто не люб я тебе? – и голос обволакивающий.
Замотала головой, боясь, произнесли хоть слово.
Игорь встал и подошел ко мне, а я следила за ним настороженным взглядом.
– Веселинушка, люба ты мне. Ой, как люба. Не ради забавы назвал женой, хочу, чтобы ты была ею по жизни, – он протянул ко мне обе руки, позволяя сделать выбор – оттолкнуть его или отдать права на себя.
– Князь, я природная ведьма. Сила мне дадена два дня назад. Гуляет во мне ведьминская сила, и еще долго гулять будет. Не могу я замуж идти, пока она не уляжется, пропадет мой дар, – теперь я вручила ему свою судьбу и поставила перед выбором.
Выбор для него та же проверка. О чем думает князь? О себе и своих желаниях? Или ему интересно моё стремление? В себе я была уверена. Князь всколыхнул доселе неизведанные чувства, однако они не собьют с пути ведьмы. Игорь сможет прислушиваться к тому, что дорого мне?
Князь нахмурился и смотрел на меня внимательно, оценивал – шучу, или правду говорю. Демонстративно ресницами моргнула, чтоб не сомневался.
– Веселина, – потянул меня за руку, прижал к себе. – Не могу я от тебя отказаться. Буду ждать, пока сила уляжется, – решительно произнес Игорь и сильней стиснул в своих руках. – Но завтра обряд будет! – оторвал от себя прибалдевшую от натиска меня. – Чтобы знали все: моя ты жена. А с остальным разберемся, – снова к груди прижал. – Долго ждать придется?
– Два года, – пискнула ему, потому что дыхания от его крепких объятий не осталось.
– Сколько?! – поразился князь, отстранив от себя, заглянул в мои глаза.
– Два года, князь, – подтвердила ему. – Отпусти. Я помогу тебе с Чернобогом, а потом буду в сказке жить. А ты в миру со временем забудешь меня.
А у самой сердечко сжалось, дождется ли? Князь молчал и смотрел в окно.
– Стоишь ты того, чтобы подождать, – решился князь. – Но обряд завтра будет.
Чего заладил? Обряд, обряд. Мне-то что? Сбегу с обряда. А он пусть подумает хорошенечко. Кивнула в ответ, пусть спит спокойно, все равно меня до рассвета из терема никто не выпустит.
Князь наклонился к моим губам и поцеловал. Его губы были горячими, но большего не требовал и отпустил с явным сожалением.
Мирской рассвет отличался от сказочного. У нас петушки на каждой крыше выводили красивую песнь и заливались трелями, встречая солнышко. Медные флюгеры пели не хуже настоящих петухов, на которых накладывали тишину, чтобы не могли кукарекать, когда им вздумается. Медные флюгеры в сказке служили часами. Они каждое утро, не смотря на время года, поднимали нас в один и тот же час. Потом отсчитывали положенный срок и замирали до следующего утра.
Здесь меня подняли петушиные крики задолго до рассвета. Без гармонии, не согласованно, птицы кукарекали и горлопанили, кто во что горазд.
Тяжело встала с кровати, диссонанс нестройных петушиных криков резал слух. «Когда стану княгиней, на всех петухов наложу тишину» – мстительно подумала и улыбнулась своим мыслям.
Засуетились чернавки, не поднимая глаз, заскользили в светелку, не реагируя на мои вопросы и просьбы. Строго в тереме.
Не было привычных обрядовых песен, подружек. Все наскоро, молча и как-то не радостно. Утешала лишь одна мысль – скоро сбегу.
Привели меня девушки из терема. Кто они мне не ведомо, что несколько пугало и настораживало. Обычно невесту к обряду сопровождают родные и подружки с обручальными песнями. Мне казалось, что свадебный обряд, всю его красоту и многообразие, просто крадут. Настроение портилось стремительно. Всё происходило неправильно.
Обережную вышивку на платье не сделали. Его пошили из тончайшего сукна, но не любимого бежевого цвета, который не шел к цвету моего лица. Не было родных, чтобы пожелать счастья, не было подружек, чтобы умильно поплакать над судьбой невесты.
Меня встретил князь, сверкая золотыми искорками во взгляде, и княгиня с улыбкой, за которой скрывалась властность. Рядом стоял волхв, старенький, слепенький и явно давно ушедший на покой, но он не смог отказать княгине.
К моему удивлению ведьмин круг оказался запечатан. Они хотят с беспомощным старцем и обычным кольцом из потухших камней просить Светлобога соединить нас?!
Подойдя к кругу, присела и провела по нему рукой. Сила в нем жила, но кто-то запечатал его, чтобы не могли ею воспользоваться. Интересно, князь знает ли об этом? Нет, Игорь далек от волшебства. Княгиня могла иметь какие-то знания ведьмы от рода, да растеряла их давно. Наверное, рано замуж выдали, потому сила, данная природой, давно растеряла. Не видят они.