Елена Помазуева – Сказка о зеленоглазой колдунье и семи богатырях (страница 11)
Поднялась на ноги и оглянула, решив не пробуждать ведьмин круг. Сначала надо разобраться, почему его запечатали.
Волхв затянул традиционную венчальную на жития и благости. По краю поляны стояли привязанные лошади, приготовленные домовятами. Они суетились, старательно путая сбрую. Самим же потом в порядок приводить.
Мне показали, каким конем можно воспользоваться, и быстро исчезли, закончив шкодить. Лесные вильки с любопытством выглядывали из цветов, предчувствуя скорую забаву. Феечки трепыхали крылышками, разбрасывая пыльцу, осыпая собравшихся. Пыльца не простая, а волшебная, показывает, какие мысли и чувства человек на самом деле испытывает.
Волхв, например, явно старался угодить княгине, и как можно скорее всё закончить. Княгиня преследовала явный расчет. Князь – сердечко невольно сжалось – любовь. Хотя оттенки страсти плескались сильные, но основное всё равно любовь.
Сделала несколько шагов в сторону лошадей, остановилась. Никто не возмущается. Еще несколько шагов, тишина. Всё внимание на волхва и князя, который с серьезным видом смотрит в ведьмин круг и ждет оттуда явление Светлобога. Я же тихими перебежками между лошадьми добралась до указанного скакуна и вскочила в седло, прижалась к луке седла и ткнула голыми пятками. Кобылица тихо тронулась в указанном направлении. Никто на нас не оглянулся. Волхв потрясал сухими ручонками, тщетно призывая Светлобога к ведьминому кругу. Окружающие недоуменно стали поглядывать то на круг, то на волхва.
Прячась за крупами лошадей, на своей лошадке тихо потрусила в сторону леса, стараясь цокотом копыт не привлекать внимания.
– Князь! Невеста! – раздался крик одного из помощников.
Я припустила лошадку во всю прыть. Домовятки пошутили знатно, перепутали сбрую, распустили подпруги. Если кто-то решился сесть, сваливался вместе с седлами. Князь сдернул отстегнутое седло, взлетел на спину могучего коня и стрелой помчался за мной.
Обернулась на него и подула с ладошки, могучий ветер не смог сбить тяжелого коня с всадником. Опустила руку ладонью вниз, прося помощи у земли. Волна побежала навстречу князю. Конь легко перепрыгнул. Тряхнула косами – стена огня выросла позади меня. Конь князя наконец остановился перед ней, отказываясь скакать дальше.
Я на лошадке нырнула в лес, и деревья откликнулись на просьбу о помощи, прикрыли своей листвой. Теперь любую погоню остановят, не пустят за нами.
Из сумки, привязанной домовятами к луке седла, достала сучок, подаренный болотником, положила на ладонь и припустила лошадку в нужном направлении.
ГЛАВА 5
Заброшенная избушка Яги показалась вскоре. Надо торопиться, если князь знает о ней, то быстро будет здесь. Вбежала внутрь. Все разгромлено, но печь осталась целой. Накидала обломков мебели внутрь и подожгла своим огнем. Печь загудела, тяга хорошая. Теперь надо слова заветные вспомнить. Как Ягушенька говорила?
–
В прошлый раз мы в мир хотели попасть, а теперь обратно нужно.
Огонь загудел, на пороге послышались быстрые шаги. Я подошла к печке, протянула руки в огонь и прыгнула внутрь. За подол платья ухватили чьи-то руки.
Яркая вспышка заставила зажмуриться, потом меня завертело, закружило. Почувствовала, как платье трещит под чьей-то тяжестью, наклонилась к ногам, протянула руки и по-прежнему с закрытыми глазами притянула к себе и прижала случайного попутчика, чтобы не потерять. В ответ меня крепко стиснули.
Падение было медленным, но всё равно упали и покатились по склону. Раскрыв глаза, увидела перед собой карие глаза с золотыми искорками, а вокруг всё вертелось. Катиться перестали в конце склона.
– А я говорил, что вы будете вместе! – радостно сообщил всей округе Гамаюн.
Князь лежал на мне, и мы обнимали друг друга. Причем платье от падения задралось, и Игорь оказался между моих ног.
– Веселина! Что это значит?! – услышала грозный голос отца.
– Пап, это Игорь, – единственное, что нашлась сказать.
Князь начал подниматься, стараясь не придавить меня сильнее. Подскочила, одергивая платье на себе. Отец был не один, вокруг стояли братья и дружина отца. Наше эффектное падение видели все.
– Ярослав, это тот князь, который пять твоих дружинников положил, – сразу дополнил Гамаюн.
– Князь Игорь, – представился князь и расправил плечи, не тушуясь перед неравным по количеству соперником. Невольно залюбовалась его уверенной фигурой.
– Богатырь Ярослав, – подошел к нам отец и протянул руку для пожатия. – Веселина, в терем!
Оказывается, мы приземлились на поле для ратных тренировок. Обернулась на Игоря, он оставался спокоен. Быстро направилась к терему.
Меня встретила встревоженная бабушка, мама была занята у ведьминого круга. Бабушка начала набирать купель и одновременно расспрашивать. С кухни доносился ароматный запах. Утро оказалось без трапезы, а сейчас есть очень хотелось.
Бабушке я рассказала всё, как было – и про Гамаюна, и про князя с Чернобогом, и про то, что меня замуж хотели сегодня насильно отдать. Бабушка слушала молча и очень внимательно, иногда задавая уточняющие вопросы. Очень обрадовалась привету от болотника, и огорчилась о делах мирских.
За столом собрались все. Князь Игорь успел умыться. Опять его влажные локоны вились, заставляя вспоминать поцелуи в купели. Щеки горели огнем, что не укрылось от внимательных глаз бабушки. Братьям и отцу нашего падения было достаточно, чтобы бросать на князя острые взгляды.
Ели молча, решив оставить выяснения на потом.
После трапезы отец с братья позвали Игоря на разговор. Их беседа затянулась, потом прибежал Тимошка, с круглыми глазами:
– Веселинка, ты замуж вышла? – чем добил меня окончательно.
– Тимошка, не мели ерунды, – спокойно сказала бабушка.
– Так князь сказал, – попытался оправдаться Тимошка.
– Веселинушка, пора нам мужской разговор разбавить, – бабушка направилась в сторону горницы.
Отец и братья сидели недовольные, лишь князь весь светился. Встал к нам навстречу, подошел и коснулся моих губ губами. Отчего встала столбом на месте.
– Веселина, теперь твои родные знают, что ты жена мне, – сообщал князь.
– Нет!
– Врешь! – воскликнули мы одновременно с бабушкой.
– Что значит «нет»? Веселина, рассказывай, как всё было! – хлопнул себя по коленке отец.
Рассказала, как после купания князь платье мое спрятал, а потом поцеловал насильно. Как в миру, при всем честном народе, назвал женой, не спрашивая моего согласия. Лица парней посветлели и кулаки зачесались. А лицо князя при моем рассказе темнело.
– Значит так, князь? – спросил отец. – Дочь мою думал обманом в жены взять?
– Я в жены, а не на потеху. Люба она мне, больше жизни люба, – угрюмо сказал князь, понимая, что в родном доме к моему слову прислушиваются.
– Что же нам с тобой делать? – отец потер подбородок рукой, а в глазах увидела смешинки. Ой, что-то задумал он.
– Проучить надо князя! – подскочил Добролюб, самый миролюбивый из братьев.
– Проучить, – поддержали общую мысль остальные.
– Что скажешь, князь? Ответишь перед сынами моими за обман? – спросил отец, старательно скрывая улыбку.
– Отвечу! – решительно сказал князь.
А я снова залюбовалась его гордым видом. Такому не только княжеством командовать, ему можно весь мир доверить.
– Пошли на ратное поле, – сказал Святополк, поднимаясь.
Парни стали выходить, внимательно рассматривая нас с князем, а я так и осталась стоять рядом с ним после неожиданного поцелуя. Последним выходил Матвейка, он дернул меня за руку, потащил за собой.
– Никто твоего князя не обидит, мы же видим, что люб он тебе, – тихо прошептал он на ухо.
– С чего вы взяли? – возмутилась и руку вырвала.
– Ты на себя в зеркало посмотри, – хохотнул брат.
Невольно обернулась на большое зеркало в горнице. Щеки пылали, а глаза сверкали.
– Ведьминская сила во мне играет, – пожала плечами.
– Ага, сила. Мы поняли, зачем ты собралась на Чернобога идти вместе с князем. Чтоб силу, значит, на Чернобоге проверить, – хохотнул Матвейка и ушел вслед за братьями.
Князь подошел ко мне и положил руки на плечи.
– Прости, Веселина, – сказал он серьезным тоном. – Я думал только о себе, не слушал твои возражения. Если прогонишь – уйду.
– Не прогоню, – неожиданно для себя сказала и убежала в светелку.
Из окошка слышались удары мечей, выкрики парней. По звукам ничего кровожадного не происходило, но все равно волновалась. Когда звуки стихли, почти не спеша спустилась вниз, и успела увидеть, как братья, довольно улыбаясь, шли и переговаривались с Игорем. Остановилась на пороге, они направились в баню.
– Веселина, помогай стол накрывать! – раздалось с кухни.
Мама с бабушкой суетились над кушаньем. Привычно стала хлопотать по кухне, помогая им. Домових у нас не было, сами справлялись, несмотря на частых гостей из дружины отца. Просто мы очень любили готовить. Столы всегда накрывали богатыми.