Елена Носова – Нота счастья. После нас (страница 5)
Слово вылетело раньше, чем он понял.
Отец медленно поднял глаза.
– Повтори.
Майк почувствовал, как сердце ударило сильнее.
Но что – то уже толкнуло его вперёд.
– Ну… и что?
Тишина стала плотной.
Отец отложил вилку.
– Ты считаешь это нормальным?
– Да.
Это «да» прозвучало неожиданно даже для него.
Отец смотрел долго.
– Ты ленишься.
– Нет.
– Тогда объясни.
Майк сжал пальцы под столом.
Слова крутились, но не складывались.
Он не мог сказать:
Мне неинтересно.
Мне тесно.
Мне не моё.
Он сказал единственное доступное:
– Просто не хочу.
Мама тихо выдохнула.
Отец откинулся на спинку стула.
– В жизни много вещей, которые ты не хочешь.
Это не повод их не делать.
Майк смотрел прямо.
– Может, не для меня.
Это был первый раз, когда он сказал что – то против.
Отец прищурился.
– Ты живёшь в семье.
Значит, правила общие.
И тогда Майк почувствовал – резко, ясно:
Он не хочет жить по этим правилам.
Он не сказал.
Он только опустил глаза и отодвинул тарелку.
Но внутри уже прозвучало:
Я другой.
В ту ночь он долго не спал.
Дом дышал привычно – стены, часы, шаги в коридоре.
Но он лежал и чувствовал странное новое ощущение.
Будто между ним и отцом появилась трещина.
Маленькая.
Почти невидимая.
Но настоящая.
Он ещё не знал,
Что из неё вырастет его свобода.
ГЛАВА 3. Школа, которую он ненавидел
Школа пахла линолеумом и мелом.
Этот запах въедался в одежду, в волосы, в кожу – так, что даже вечером, дома, Майку казалось, будто он всё ещё сидит за партой.
Он не помнил ни одного утра, когда бы шёл туда с желанием.
Только с необходимостью.
Коридоры были длинные и одинаковые.
Двери – одинаковые.
Классы – одинаковые.
Всё там было одинаковым.
И он должен был быть таким же.
В начальной школе он ещё старался.
Поднимал руку.
Читал вслух.
Выводил буквы.
Учительницы любили его внешность – черные волосы, серьёзные глаза, аккуратный почерк.
«– Такой способный мальчик», – говорили они маме.
Мама улыбалась.