Елена Некрасова – Мой Волчонок (страница 1)
Елена Некрасова
Мой Волчонок
Глава 1. Волчонок
Школьная столовая всегда казалась мне эпицентром хаоса. Звон граненых стаканов с компотом из сухофруктов, грохот алюминиевых ложек, запахи горячей выпечки и бесконечный, оглушающий гул детских голосов. Для второклассницы это было место, где нужно было просто быстро съесть свою порцию и выбежать обратно в спасительную тишину коридора. Но именно там, среди этой привычной школьной суеты, время для меня впервые остановилось.
Я стояла в очереди, рассеянно разглядывая старшеклассников, когда увидела его.
Он был старше — должно быть, классе в шестом или седьмом. Пока остальные мальчишки толкались, смеялись и отбирали друг у друга булочки, он сидел чуть поодаль. В нем совершенно не было привычной детской суетливости. Он смотрел на окружающую возню исподлобья — внимательно, немного настороженно, словно оценивая обстановку. Непослушные темные вихры, упрямая линия подбородка и этот пронзительный, цепкий взгляд.
«Настоящий волчонок», — пронеслось у меня в голове.
В ту секунду я забыла и про шум, и про остывающий чай. Меня поразило то, как он отличался от всех остальных: в его молчании была какая-то особая, притягательная сила. Он не пытался казаться важным, он просто был собой — независимым, немного диким и совершенно особенным.
Когда наши взгляды случайно пересеклись на долю секунды, я поспешно опустила глаза, чувствуя, как горят щеки. Это не было похоже на обычную детскую симпатию. Это было тихое, глубокое чувство, которое оказалось слишком большим для маленькой девочки.
Тогда, во втором классе, я еще не знала, что этот «волчонок» станет моей главной тайной на все долгие школьные годы. Что я буду искать его глазами на каждой перемене, замирать, когда он проходит мимо, и бережно хранить в памяти каждый его жест. Я не знала, сколько испытаний нам предстоит пройти и как крепко наши судьбы свяжутся в будущем.
Тот день навсегда врезался в мою память. Со всеми его запахами, эмоциями и первым трепетом. Кажется, даже солнечный свет падал сквозь большие окна столовой как-то по-особенному. Я просто стояла, не в силах отвести взгляд от мальчика с непослушной челкой, и понимала: в моем маленьком мире только что произошло нечто невероятно важное.
В столовую зашёл тёмненький мальчишка — Женя. Я сразу его узнала: это наш сосед и, по совместительству, старший брат моей подруги Оли.
Он уверенно подошёл к Волчонку. Я замерла, но колючий взгляд Волчонка вдруг потеплел, и он даже улыбнулся. Значит, они друзья! Волчонок подхватил свой поднос, и мальчишки вместе направились к окну приёма грязной посуды. Они о чём-то переговаривались и смеялись. Боже, какая же у него красивая улыбка...
— Саша, пошли в футбол погоняем после школы? — вдруг громко предложил Женя.
Саша. Значит, моего Волчонка зовут Саша.
Тут в моей голове начал складываться пазл. Женя учится в седьмом классе. По возрасту Саша и Женя выглядят так, словно должны быть в шестом. Но школа у нас в селе маленькая, и четвёртого класса просто не существует — ученики через него перепрыгивают. Кабинеты средних классов, с пятого по восьмой, находятся в одном крыле. Если сложить два и два... Выходит, Саша учится вместе с Женей, в седьмом классе!
Мои размышления прервала подружка, ощутимо пихнув меня в бок. Оказывается, нас уже звала учительница.
— Лена! Лена, пойдём, пора в класс!
Ах да, меня зовут Лена. Папа ласково кличет меня Алёнкой или Алёшкой, мама тоже часто так называет. Мои родители — люди очень творческие и интеллигентные. Коренные горожане, они с трудом привыкали к сельскому быту. Мы переехали сюда из Грузии, из города Рустави, когда там начались неспокойные времена. Испугавшись за судьбу детей — меня и моей младшей сестрёнки, — родители решили вернуться на историческую родину моей бабушки Василисы, маминой мамы.
Взрослым этот переезд в маленькое село дался тяжело. Но я… я настолько счастлива, что именно здесь прошло моё детство, полное настоящей свободы и приключений.
Оставшиеся уроки я просидела как в тумане, всё вспоминая удивительные глаза этого мальчика. В них читалось столько настороженности и недетской серьёзности... Мне ужасно хотелось узнать о нём всё.
Выйдя на крыльцо под тёплые лучи сентябрьского солнца, я увидела, как Волчонок садится в школьный автобус, развозящий ребят из соседних сёл. Он скользнул по мне равнодушным взглядом и тут же отвернулся.
Вздохнув, я побежала на хореографию. Моя мама работала хореографом, что для нашего небольшого села было в диковинку. От желающих заниматься танцами просто не было отбоя! Мама вела сразу три группы, а я пока числилась в самой младшей.
Папа же занял должность директора местного Дома культуры. Да, мне невероятно повезло с такими талантливыми родителями. Папа почти сразу сколотил музыкальный ансамбль, с которым они постоянно репетировали, а ещё преподавал детям вокал.
Пройдёт время, и именно мои творческие родители станут главными свидетелями моей удивительно светлой и тёплой первой любви.
Школьные годы летели незаметно, и всё это время я продолжала тайком наблюдать за своим Волчонком. На моих глазах он взрослел, превращаясь в невероятно красивого парня. До сих пор помню его непослушную чёлку, которую он постоянно откидывал рукой. Высокий, с отличной спортивной фигурой... Я не раз видела, как он тренируется в спортзале, восхищаясь его силой и выносливостью.
Черты лица моей тайной любви тоже повзрослели: скулы заострились, волевой подбородок стал казаться ещё упрямее. А его тёмные глаза в обрамлении густых ресниц теперь смотрели чуть насмешливо, поблескивая золотистыми искорками. Настоящая мечта! По нему сохла добрая половина девчонок нашей школы. Ещё бы — одиннадцатиклассник...
Я же училась только в седьмом классе и на его фоне была совсем ребёнком. И пусть я вытянулась раньше всех сверстниц и была самой высокой в классе, весь мой «прогресс» с Сашей сводился к дежурным приветствиям. Иногда он мог по-доброму подшутить надо мной, когда я заглядывала в гости к соседке Оле, младшей сестре Жени.
Естественно, я старалась приходить к ней именно в те дни, когда Волчонок был у них в гостях. Мне до жути было интересно послушать, о чём болтают эти взрослые парни. Правда, они нас с Олей в упор не замечали и всерьёз не воспринимали.
Весь этот учебный год, мой седьмой класс, стал для меня раем и адом одновременно. Адом — из-за дикой ревности к веренице девчонок, так и вьющихся вокруг обладателя этих пронзительных глаз. Но в то же время это был рай: самое волнующее время, когда наивные детские эмоции перерастали в большое и светлое чувство. Оно учило меня мечтать, заставляло работать над собой.
Я хранила свою тайну. Никто не догадывался, как замирает мое сердце при виде Волчонка. Никто не замечал, что на всех концертах, танцуя на сцене (а с хореографией у меня тогда все складывалось просто отлично), я искала в толпе зрителей лишь один взгляд. Его глаза. Которые пока скользили по мне совершенно равнодушно.
К концу учебного года пришло время, заставившее мое сердце пропустить удар. Я рыдала несколько дней, раздавленная ощущением, что привычный мир рушится.
Его выпускной.
Я ничего не знала о его будущем, и эта неизвестность мучила меня. Я смотрела, как он кружится в вальсе с одноклассницей, и видела: мой мальчик стал совсем взрослым. С этим скучающим лицом он казался мне как никогда далеким. Я просто не могла не прийти, ведь этот день проводил невидимую границу в моей жизни.
В зале было шумно, чьи-то родители плакали от счастья... Но Сашу не сопровождали отец и мать. Только бабушка и старший брат Дима. Мой папа в свое время очень помог Диме — обучил его профессии диджея и фактически заменил ему отца.
Папа рассказал, что братья потеряли родителей совсем крохами: отец ушел, а маму забрала болезнь. Дима отказался от армии, чтобы растить Сашу и обеспечивать семью. Папа искренне восхищался его силой духа и любил Димку как родного.
Эта печальная правда открыла мне глаза. Теперь я понимала, что скрывается за взглядом Саши. И мне еще отчаяннее захотелось быть рядом — обнять его и забрать хотя бы частичку его боли себе.
Саша остался в селе. Решил сначала поработать, а потом — в армию. Дима этого решения не одобрял, между братьями постоянно вспыхивали споры. В эти моменты упрямый Волчонок становился неуправляем — он просто горел от ярости. Его визиты в Дом культуры часто заканчивались одинаково: резким уходом и грохотом захлопнутой двери.
Летний зной был невозможным. Мы дожидались вечера, когда на улице воцарялся запах ночной фиалки. Саша каждый день пропадал у Жени. Они вечно возились с каким-то старым мотоциклом или катались на велосипедах. Но их маршруты были для меня тайной — они уезжали куда-то в темноту, оставляя меня лишь смотреть им вслед.
Вскоре я узнала новость, которая разом лишила лето всех красок. Мой Волчонок влюбился. Причем в девчонку из моего же танцевального коллектива.
Красивая, темноволосая, с пухлыми губами и женственными формами — она была моей абсолютной противоположностью. Эта яркая от природы смуглянка с легкостью покорила его сердце. Я же не умела быть подлой, не строила козней. Я просто молча наблюдала, как он приходит на репетиции и пожирает ее восхищенным взглядом. И каждый раз меня накрывала новая волна боли после его беззаботного...