Елена Мельникова – Эльдер. Золотая клетка (страница 5)

— Рекомендации — это всего лишь бумага, Юлианна. Их можно купить, подделать или получить по знакомству, — его голос звучал ровно, с той самой интонацией человека, который привык видеть людей без прикрас. — Здесь рекомендации часто стоят меньше, чем чернила, которыми они написаны. Мне не нужны восторженные отзывы от ваших прежних хозяев.

Он едва заметно усмехнулся, увидев, как я сжала кулаки.

— К тому же, у меня нет времени на долгие поиски. Через несколько дней я отбываю в столицу. Моя бывшая экономка бросила дом в самый неподходящий момент, а мне нужен кто-то, кто не побоится взять на себя ответственность, и не будет трепетать перед каждым моим словом. Вы кажетесь мне именно такой. Неужели я ошибся, и вы предпочтёте и дальше чистить котлы в таверне, прикрываясь отсутствием «бумажек»?

Этот вызов был брошен профессионально. Он бил по самолюбию и по здравому смыслу одновременно.

— Вы рискуете, милорд, — заметила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Нанимать человека с улицы на такую должность — это либо крайняя степень отчаяния, либо очень тонкий расчёт.

— В моём случае — и то, и другое, — парировал он, и в его стальных глазах снова мелькнула та самая искра, которую я видела у вчерашнего старика. — Так что вы скажете? Вы готовы доказать, что стоите больше, чем пачка фальшивых рекомендаций?

Я молчала, лихорадочно взвешивая все «за» и «против». Сердце подсказывало — беги, разум твердил — хватайся. Перед глазами на миг всплыли жирные котлы таверны и бледное личико Юноны. Что я теряю? Свою гордость? Она не накормит ребёнка. Свою безопасность? В таверне её ещё меньше.

Эх, была не была! В конце концов, я Зотова или кто? Вроде бы всё выглядит пристойно, а с его подозрительным интересом я разберусь по ходу дела. Главное — вытащить нас из этой ямы. Глупо было бы второй раз отказываться от столь заманчивого предложения — судьба редко бывает настолько щедра, чтобы давать третий шанс.

Я расправила плечи и посмотрела ему прямо в глаза, уже не как просительница, а как деловой партнёр.

— Я согласна, милорд. Но у меня два условия. Первое — со мной будет жить младшая сестра. И второе — мы пропишем пункт о невозможности сексуальных отношений между нанимателем и работником.

Я ждала возмущения или смеха, но виконт лишь деловито кивнул и подозвал писаря. Кажется, такие условия ему ставили не впервые.

Следующие три часа мы «бились» над каждой буквой. Список обязанностей рос: учёт продуктов, контроль расходов, присмотр за кладовой… Шестой пункт в первоначальной версии гласил: «следить за поведением служанок днём и ночью, дабы не допустить распутства». Я воочию представила, как со свечкой в руках патрулирую коридоры, охраняя невинность местных лакеев от озабоченных горничных. Когда я озвучила это виконту, он весело рассмеялся и тут же разрешил подкорректировать фразу на «присмотр в дневное время».

Мы расстались, вполне довольные друг другом. Милорд обмолвился, что ещё не видел работника, который бы так рьяно воевал за пункты договора. А я была на седьмом небе от суммы оплаты — она перекрыла все мои самые смелые ожидания.

— Поладим! — прошептала я, глядя вслед уходящему виконту.

Домой к сестре я летела как на крыльях. Так хотелось скорее её увидеть! А ещё радовало, что сегодня — последняя смена в таверне. Хотя могла бы и не идти. Хозяин знал, что я ищу работу, и у него была одна женщина на примете. Но он был добр к нам всё это время.

На следующий день, пусть он и был пасмурным, у нас с сестрёнкой на душе грело солнышко. Вчера я потратила почти все сбережения, чтобы появиться в доме виконта не бедной посудомойкой, а хотя бы скромной горничной, если уж до экономки я внешне пока не дотягиваю. Платье на мне было из тёплой плотной ткани цвета предгрозового неба и чёрный приталенный пиджак, а на голове — шляпка без всякой мишуры, с маленькими полями. А также, впервые за всё время пребывания в городе, я не стала пачкаться золой. Тугая коса радостно блестела чистотой и натуральным светло-золотистым цветом, а лицо сияло белизной и свежестью. Юнона шла рядом в синем платье и тёмно-синей, почти чёрной кофте.

Мы бодро шагали по широким мощёным улицам Кемара и крепко держались за руки. Город находился в четырёх днях конного пути от столицы. Наверное, близость к самому сердцу человеческих владений в этом пёстром мире и делала город таким чистым и благополучным. В многоликом Эльдере хватало разных обитателей, но здесь, в Кемаре, пока чувствовалась уверенная и твёрдая рука людей. Конечно, это единственный город, в котором я побывала, и моё хорошее впечатление о нём было отчасти навеяно прошлой жизнью. В моём мире мусор вечно кружил вокруг полупустых урн. Казалось, они стоят там не для чистоты, а служили мишенью для нерадивых баскетболистов, пытавшихся забить трёхочковый через всё поле.

Да не важно. Главное, мне нравился город, и я наслаждалась его чистотой и неспешной жизнью. Магазинчики, кафе и таверны — всё блистало уютом и неповторимостью. Словно хозяева этих заведений соревновались между собой и доводили свои творения до совершенства: от резных ставен на окнах со всевозможными узорами до многообразных форм и оттенков дверных ручек.

Милорд вчера настаивал, чтобы прислать за нами Мобильный экипаж, но я мягко отказала. Лишнее внимание нам с сестрой ни к чему. Ведь неизвестно, ищут нас родные или нет. Поэтому мы попрощались с хозяином таверны ещё вчера вечером, а сегодня утром по-тихому собрали вещи и ушли. Даже спать не стала после смены. Ничего страшного, потерплю.

Побродив по городу и полюбовавшись на его красоты, ровно без десяти двенадцать мы стояли перед железными коваными воротами особняка милорда.

Дом оказался под стать хозяину — крепким и величественным. Высотой в три этажа, он был выложен из бежевого камня с коричневыми мелкими вкраплениями. Под покатой крышей тёмно-вишнёвого цвета угадывался дополнительный этаж — чердак. Две круглые башни по бокам, выложенные из такого же камня, заканчивались остроконечными коническими крышами.

Красивый и благородный дом. Такой красоте хотелось соответствовать. Я уже решила попросить у милорда выплатить мне часть денег, чтобы прикупить ещё одежды для себя и Юноны. Благо, будущая зарплата это позволяла. А ещё мне казалось, что милорд по какой-то неведомой причине завысил сумму ежемесячной выплаты.

Но меня это не напрягало — их, богатых, не поймёшь. Я тоже в прошлом чудила. Такой шанс выпадает раз в жизни, и я намерена использовать его по максимуму. Это не просто работа, это наш с Юноной счастливый билет в нормальную жизнь, и я сделаю всё, чтобы этот контракт не был расторгнут преждевременно. Как долго смогу удержаться в этом доме — не знаю, но сделаю всё, чтобы как можно дольше. Без фанатизма, конечно. Но уж внезапно влюбляться и выходить замуж я точно не собираюсь. По крайней мере, не в ближайшие десятилетия — сейчас мне важнее выжить, а не мечтать.

Я не оговорилась. Что такое несколько десятков лет для человеческого мага, если продолжительность их жизни составляет порядка двухсот лет? А в этом мире все люди в разной степени владели магией. Свой возраст я определила чисто интуитивно где-то между семнадцатью и двадцатью. Но выбрала последнее. Двадцать — это вам не семнадцать, это звучит солиднее. Кстати, день моего появления в мире Эльдер я взяла за дату рождения. Так что десятого сентября этого года буду праздновать День рождения. А Юнона — второго апреля.

В ближайшем будущем я планировала определить наш с Юноной возраст более точно. Такую услугу оказывали Целители. Это стоило денег и времени, чего до недавнего момента у нас не было.

Но дело было не только в цифрах. Была ещё одна вещь, которая не давала мне покоя с самого пробуждения: тот изорванный белый наряд в багровых пятнах, в котором я очнулась в лесу.

Не то чтобы вопрос невинности был для меня делом жизни и смерти — в моём возрасте и с моим прошлым опытом приоритеты обычно расставляются иначе. Но знать правду стоило хотя бы из практических соображений, чтобы в будущем не столкнуться с внезапным сюрпризом или каким-нибудь досадным казусом. Мне была нужна полная определённость относительно состояния тела, которое досталось мне в наследство. Хотелось убедиться, что физическое состояние прежней владелицы не скрывает неприятных сюрпризов, накопленных до моего появления. Справка от Целителя стала бы лучшим залогом моего спокойствия.

А там оформим надёжные документы и откроем счёт в Гномьем банке. У любой независимости должен быть финансовый фундамент. Так что всё постепенно налаживается.

Дружно толкнув железную калитку, мы вошли на территорию. Широкая дорожка из разноцветной плитки быстро довела нас до входной двери. Набравшись смелости, я дёрнула за дверной колокольчик, который звонким голосом отозвался внутри. Через полминуты послышались размеренные шаги, и дверь отворилась. Перед нами предстал импозантный мужчина с великолепной осанкой лет пятидесяти. Весь его облик — от безупречно завязанного шейного платка до властного взгляда — выдавал в нём человека, привыкшего распоряжаться чужим временем. Выслушав наши имена и взяв у меня шляпку и сумку, он попросил пройти за ним.

Влас Яродан, виконт Адонийский, принял нас в своём кабинете. Он сразу велел дворецкому, которого звали Гелберт, проводить Юнону в нашу комнату. Меня же виконт пригласил расположиться в одном из удобных кресел у стола. Я опустилась на сиденье, чувствуя себя так, словно пришла на важные переговоры, где на кону стоит не только работа, но и моя свобода.