Елена Малиновская – Под колпаком у ректора (страница 38)

— Но, Даррен… — сделала я новую попытку.

— Это не обсуждается, — вновь не дал мне договорить блондин и сжал мои пальцы, заставляя их сомкнуться на амулете. Лукаво улыбнулся. — И потом, деньги за него я уже заплатил. Вряд ли гадалка вернет мне серебряный, вздумай я отдать ей амулет. Как будто ты торкайцев не знаешь.

— Спасибо, — благодарно прошептала я.

— Да не за что. — Даррен пожал плечами. — Надеюсь, этот подарок будет напоминать тебе обо мне, если завтра Артен все-таки выгонит нас.

— Ты так спокойно говоришь, как будто совсем не боишься исключения, — заметила я.

— Почему не боюсь? Боюсь, конечно, — равнодушно обронил Даррен. — Но… Как бы тебе понятнее объяснить… Я просто не вижу в этом особой трагедии, Арлин. Как ты помнишь, родителям на меня наплевать. Точнее сказать, их у меня и нет. Поэтому никто не сделает мне выволочку, никто не отругает и никто не свалится с сердечным приступом.

— И как ты тогда видишь свое будущее? — осторожно полюбопытствовала я. — Если тебя исключат, то ты не получишь диплома академии.

— И что? — хладнокровно парировал Даррен. — Как будто в Рочере или Герстане мало магов-недоучек. Тем более что с факультета боевой магии каждый год отчисляют достаточно студентов. И никто из них от голода не умер, насколько мне известно. — Криво ухмыльнулся и добавил: — Ну да, на высокооплачиваемую работу я могу не рассчитывать. Но да беда невелика. Буду кочевать по стране, берясь за мелкие подработки. На кусок хлеба и кружку браги уж как-нибудь заработаю.

Я прикусила губу, с сочувствием глядя на Даррена.

Да, блондин пытался говорить нарочито спокойно. Но я не сомневалась, что его самообладание — напускное. Вот и голос то и дело опасно подрагивает от затаенной обиды. Еще бы! Он закончил четвертый курс. До получения диплома остается всего два года.

— И ты не хочешь попробовать переубедить Артена? — спросила я.

— О нет, унижаться я точно не намерен. — Даррен издал короткий злой смешок. — В принципе, ректор будет прав, если вышвырнет нас. Делов мы натворили с лихвой, это точно. Но пусть будет так, как будет. В конце концов, надо уметь держать ответ за свои поступки.

— Как думаешь, а что придумает София? — полюбопытствовала я.

— Мне все равно. — Даррен покачал головой. Подумал немного, но все-таки добавил через пару секунд: — Знаешь, я почти уверен, что завтра в кабинет Артена она явится в каком-нибудь сногсшибательном платье и попытается его очаровать. Прямо на глазах у Бернарда. Твоя подруга, уж прости за откровенность, малость… э-э… — И замялся, пытаясь подобрать должное определение поведению Софии.

— Взбалмошная, — с улыбкой завершила я.

— Взбалмошная? — переспросил Даррен и с сомнением хмыкнул. — Я бы сказал — озабоченная. Пожалуй, впервые встречаю девушку, которая настолько уверена в том, что любую проблему в жизни возможно решить именно путем соблазнения.

— А разве это не так? — В памяти невольно всплыла сцена, как София трогательно прижималась к Даррену в склепе при ритуале. И я многозначительно протянула: — По-моему, у нее есть все основания так считать. По крайней мере, сам-то с готовностью принялся ее защищать в склепе. Повезло тебе, что Бернард не видел, как ты ее обнимаешь.

— Ревнуешь, что ли? — Даррен усмехнулся, покачал головой и мягко сказал: — Не стоит, Арлин. София не в моем вкусе.

— Какой ты у нас привередливый, — не удержалась я от закономерной подколки. — Какие же девушки тебе тогда нравятся?

Даррен вместо ответа улыбнулся шире. А затем вдруг нагнулся и поцеловал меня.

Это было так неожиданно, что мое сердце бухнулось куда-то в пятки. Я совершенно не представляла, как же мне реагировать на это. И вообще, это был мой первый поцелуй. И я никогда не думала, что это… настолько приятно.

Впрочем, почти сразу Даррен отстранился. Прямо и твердо взглянул мне прямо в глаза, как будто ожидая каких-то слов.

Но я была не в силах выдавить из себя и слова. Лишь глупо хлопала ресницами, чувствуя, как щеки пламенеют от румянца.

— Ты же говорил, что я тебя совсем не привлекаю, — наконец, сипло выдавила я.

— А я передумал, — легко отмахнулся от моих слов Даррен.

— Но…

Договорить я и не успела, потому что Даррен опять поцеловал меня. И мне окончательно стало не до рассуждений или расспросов.

ГЛАВА вторая

Поздним вечером я стояла около кабинета ректора академии и жутко потела от страха.

В прошлом осталась настоящая битва между мной и целительницей Лоренсией Вайнос, которая наотрез отказывалась выписывать меня из лазарета. Пришлось пригрозить ей, что в таком случае просто раздеру простынь на лоскутки, свяжу из них веревку и выберусь из окна палаты. Поэтому, скрепя сердце, Лоренсии пришлось пойти на уступки. Она приказала выдать мне платье, которое, усилиями персонала, было вычищено и отглажено. Правда, сурово предупредила меня, что снимает с себя всяческую ответственность. Мол, если мне станет хуже — то сама виновата, она меня предупреждала.

В прошлом остался и уход Даррена. Несмотря на то, что мои нервы сейчас были напряжены до предела, я то и дело расплывалась в непрошенной улыбке, вспоминая поцелуи несносного блондина. Естественно, ничего большего он себе не позволил. Но и этого мне хватило с лихвой, чтобы почувствовать себя на седьмом небе от счастья.

Уже после того, как Даррен покинул мою палату, пожелав скорейшего выздоровления и напоследок лукаво подмигнув, я пригорюнилась. Все это, конечно, хорошо. Но теперь я тем более не хочу, чтобы мои друзья вылетели из академии. Особенно блондин. По-моему, ему в жизни и без того сильно досталось. Будет просто несправедливо, если он так и не получит диплом.

К счастью, у меня была одна идея по исправлению положения. Догадка, посетившая меня после пробуждения, окрепла и превратилась почти в уверенность. Чем дольше я размышляла над нею — тем больше уверялась в том, что права. Но, если честно, это не радовало меня. Скорее, напротив, пугало до нервной дрожи. Потому что мне надлежало поставить ультиматум самому Артену Войсу.

Я подняла руку, желая постучать в дверь. Но почти сразу опустила ее и принялась машинально разглаживать несуществующие складки на платье.

Опять нахлынули сомнения. А вдруг я все-таки ошибаюсь? Вдруг Артен просто поднимет меня на смех, когда я озвучу ему свои предположения?

Но что самое страшное — вдруг я права? И тогда…

— Арлин, вообще-то, я собираюсь уходить, — в этот момент раздалось громкое из кабинета. — Если ты хочешь со мной поговорить — то заходи. Я устал слушать твое сопение из приемной.

Я вспыхнула от смущения. Зачем-то провела ладонью по голове, словно проверяя, не выбилась ли какая-нибудь кудряшка из в кои-то веки аккуратной прически. И осторожно открыла дверь.

Артен Войс сидел за своим столом и лениво перебирал какие-то бумаги, быстро просматривая каждый лист перед тем, как отложить его в сторону. При виде меня он слабо улыбнулся и чуть склонил голову набок, приветствуя.

— Добрый вечер, господин Войс, — поздоровалась я.

— Вообще-то, мы уже сегодня виделись, — насмешливо напомнил Артен. — Но все равно здравствуй. Рад видеть, что ты настолько быстро приходишь в норму. Не думал, что Лоренсия разрешит тебе уже сегодня покинуть лазарет.

— А она и не разрешила, — хмуро ответила я. — Но ей пришлось согласиться с моими доводами.

В темных глазах Артена промелькнуло любопытство, но он не стал ничего спрашивать. Лишь кивком указал на кресло напротив его стола.

Я послушно опустилась в него. Выпрямилась и положила на колени руки, труся, как никогда.

Ой, как страшно-то! Так страшно мне не было даже на кладбище, когда я думала, что ожившая статуя вот-вот доберется до меня. Но, пожалуй, пути назад и нет.

— И чем же я обязан твоему столь позднему визиту? — мягко поинтересовался Артен. — Честное слово, ты лишь каким-то чудом застала меня здесь.

— Если бы вас тут не было, я бы отправилась в ваш городской дом, — пробормотала я. — Но я видела, что в кабинете горит свет.

— Ну что же, такая настойчивость говорит о том, что тебе действительно очень надо было со мной встретиться, — проговорил Артен. — По какой же причине? Я весь во внимании.

— Скажите… — Я запнулась, ощутив, как живот внезапно скрутило спазмом от паники. Глубоко вздохнула, силясь успокоиться. Затем медленно продолжила, тщательно подбирая каждое слово: — Вы уже придумали наказание для моих друзей?

— А как ты думаешь? — вопросом на вопрос ответил Артен и подвинул ближе один из листков бумаги. Несколько раз многозначительно стукнул по нему указательным пальцем.

С моего места я не могла разобрать, что на нем было написано. Но видела размашистую подпись и красную сургучную печать, по всей видимости, скрепляющую решение ректора.

— Я не хочу, чтобы их исключили, — набравшись отваги, проговорила я. — Они этого не заслужили.

— Не заслужили? — Артен со скепсисом вздернул бровь. Вкрадчиво произнес: — Арлин, смею тебе напомнить, что твои друзья пробрались в усыпальницу академии и провели там ритуал некромантии. Потревожили дух одного из преподавателей. Да не просто так, а натравили его на собственного сына.

— Я тоже была с ними, — напомнила я. — Стало быть, меня тоже исключат?

— Насколько мне известно, ты пыталась их отговорить, — сказал Артен. — И вообще изначально была против всей этой затеи.