Елена Львова – Босс. Развод по расписанию (страница 5)

— Это решаемо, — говорю я.

— Я не сомневался, — слышу я за спиной.

Он встает.

— Подумайте. Но недолго.

— Я не думаю долго.

— Это ваша сильная сторона, — слышу я его шаги к двери. Он останавливается. Пауза. Я чувствую его взгляд на своей спине. — И слабая.

Он уходит. Я выдыхаю.

Максим заходит сразу. Я слышу его быстрые, нетерпеливые шаги. Останавливается у стола. Я слышу, как он переминается с ноги на ногу. Как бумаги шуршат в руках. Он ждет.

— Шеф?

— Слышал? — спрашиваю я, не оборачиваясь. Голос ровный. Я снова контролирую.

— Частично.

— Достаточно.

— Это… — он почти улыбается, я слышу это по голосу, — это уровень.

Я поворачиваюсь и смотрю на него. Он стоит, чуть подавшись вперед, глаза блестят. Мой помощник. Максим. Он всегда хочет большего. Для меня. Для себя. Я знаю. Я вижу, как его пальцы сжимают папку. Как он ждет моего слова.

— Это работа, — говорю я.

— Вы согласитесь?

Я смотрю на него. На надежду в его глазах.

— Да, — говорю я.

Он выдыхает с облегчением.

— Я знал.

Телефон снова вибрирует.

— Константин Петрович… — ее голос мягкий, почти шепотом. Я слышу, как она прикрыла трубку рукой. Как дышит. — Я слышала… поздравляю.

— Рано.

— Не для вас.

Пауза. Я смотрю на окно. На свое отражение. Бледное. Усталое. Я не узнаю себя. Или не хочу узнавать.

— Лариса, — говорю я.

— Да? — она ждет. Я слышу ее дыхание. Частое. Она волнуется.

— Подготовьте мне сводку по проектам.

— Уже делаю. — Быстро. Почти не дыша. Я слышу, как она перекладывает бумаги.

— И еще.

— Да? — голос становится тише. Она чувствует. Я знаю этот ее тон. Когда она хочет казаться ближе.

— Семейный блок.

Пауза. Длинная. Я слышу ее дыхание. Как оно меняется. Как замирает на секунду. Как становится тише.

— Поняла, — говорит она тихо. — Это важно.

— Да.

— Я займусь.

Я кладу трубку. Секунда. Алина.

Мысль возникает и тут же выстраивается в систему. Сердце делает лишний удар. Как пальцы сжимают телефон сильнее, чем нужно. Я ставлю его на стол. Аккуратно. Параллельно краю.

Поговорить. Объяснить. Зафиксировать.

Как с партнером.

Я встаю. Беру пальто. Набрасываю на плечи.

— Шеф? — Максим замирает с бумагами в руках.

— Я уехал.

— Встреча в три.

— Перенеси. — Голос не терпит возражений. Он знает этот тон.

— Есть. — Кивает. Быстро.

Я выхожу.

Парковка встречает бетонной пустотой и запахом бензина. Тишина здесь плотная, почти осязаемая, она давит на уши.

В голове все выстроено: план, слова, аргументы. Она поймет. Она всегда понимала. Я говорю себе это по дороге к машине, и каждый шаг звучит увереннее предыдущего.

Садясь в автомобиль, чувствую, как холодная кожа сиденья принимает спину. Завожу двигатель, мотор оживает с глухим, надежным рыком. Руль под пальцами холодный и чужой. Я сжимаю его сильнее, чем нужно, чтобы почувствовать хоть что—то.

Я медленно закрываю дверь. Мне нужно время.

Снимаю пальто и вешаю на плечики. Поправляю тщательно, как будто это самое важное сейчас. Если я буду делать все правильно, значит, я контролирую ситуацию. Я всегда контролирую ситуацию.

— Ты дома, — говорю я.

— Да.

Пауза. Я выдыхаю. Она всегда дома. Всегда ждет. Я перестал замечать это давно. Или делал вид.

Я наконец поднимаю взгляд.

Сначала на нее. Сидит на стуле, руки на коленях, спина прямая. Потом на чемодан, который стоит у двери.

Пальцы на мгновение сжимаются в кулак и разжимаются. Я тереблю манжету и делаю шаг ближе к ней.

— Алина, — спокойно говорю. — Давай подойдем к этому вопросу конструктивно.

Она чуть улыбается. Я видел эту улыбку раньше. В зеркале заднего вида, когда уезжал в командировку. В дверях, когда приходил поздно. Я видел, но не смотрел.

— Конечно, — говорит она. — Как же иначе.

Я киваю, давая ей понять, что принял условия диалога. Сажусь на край дивана — жестко, не откидываясь, потому что расслабляться сейчас нельзя. Спина прямая, плечи расправлены.

— Фактически, ситуация требует от нас взвешенного решения. У меня сейчас сложный период. Выборы. Я баллотируюсь в мэры. Следовательно—

— Я ухожу, Костя.

Я замолкаю. Словно кто—то нажал паузу. Воздух в комнате становится плотным, почти жидким и давит на грудную клетку. Пальцы сами собой впиваются в край дивана, я заставляю их разжаться, кладу ладони на колени. Спокойно. Все спокойно.