Элена Лин – Древняя кровь: Пророчество (страница 9)

— Понял, — Лешиу уже рисовал схемы, не глядя на доску.

— Шиу, — наставник помедлил. — Ты тренируешься. Техники меча, физическая выносливость. Ты — щит команды.

Шиу кивнул. Не словом — просто кивком. Но Мэй увидела, как напряглись мышцы его челюсти.

— А я? — она подпрыгнула на месте, словно не могла удержать энергию.

— Ты, Мэй, — наставник встал, подошёл ближе. — Обнаружила стихию неделю назад. Времени нет. Я буду заниматься с тобой каждый день. Огонь — твой путь, но ты ещё не умеешь ходить по нему.

— Я научусь быстро! — она улыбнулась, широко, заразительно. — Я уже доказала!

— Доказала, — он кивнул, и в глазах мелькнуло что-то — не уверенность, нет. Надежда. — От занятий на этот месяц вы отстранены. Готовьтесь. Живите. И постарайтесь вернуться.

Дни стали потоком.

Шиу исчезал на рассвете, возвращался поздно, молчаливый, уставший, с новыми мозолями на ладонях. Сию запиралась в библиотеке, выходила только за едой, глаза красные от чтения. Лешиу — Лешиу пах дымом и магическими реагентами, его комната светилась ночами от печатей.

Мэй почти не видела их. Её дни принадлежали наставнику Е.

Утро за утром — одно и то же. Сидеть, складывать печать поглощения, впитывать энергию мира, чувствовать, как она наполняет меридианы, как разгоняет холод, который всегда жил в ней.

Неделя прошла, словно один длинный вдох.

— Сегодня — второй шаг, — наставник Е стоял за её спиной, как всегда. Голос его был близко, но не так близко, как тот день у пруда. — Огненная атака.

Мэй открыла глаза — яркие, жадные.

— Второй шаг?

— Ты поглощала энергию. Теперь — выплёскивать. Разом. Большим объёмом.

— Разом, — она повторила, пробуя слово на вкус. — Большим объёмом.

— Садись. Печать поглощения.

Она села, сложила пальцы. Наставник положил руку ей на плечо — тяжёлую, тёплую, концентрирующую.

— Помнишь символ огня? — его голос у самого уха. — Рисуй его в воздухе. Не пальцами — энергией. Выпускай ци с кончиков, рисуй перед собой, и на последнем штрихе — высвобождай всё.

Мэй закрыла глаза. Представила символ — раскинутые руки, запрокинутая голова, пламя, тянущееся вверх. Начала рисовать в темноте за веками, ощущая, как энергия течёт к пальцам, как накапливается, как просит выхода.

— Сейчас, — шёпот наставника. — Всё разом.

Она открыла глаза. Выпустила.

Пламя вспыхнуло не перед ней — вокруг. Огромное, вихревое, оранжевое с белым сердцевиной. Оно озарило беседку, отбросило тени деревьев на стену, заставило наставника Е отшатнуться, защищаясь печатью.

Мэй смотрела на свой огонь. На свой огонь. И смеялась — звонко, беззаботно, словно это была не сила, а подарок.

— Не могу поверить, — голос наставника был шёпотом. — Клан цветов. Такое пламя.

— Я одарена, — Мэй повернулась к нему, глаза горели отражённым светом. — Небесами. Вами. Всеми, кто не сдавался для меня.

— Кто бы мог подумать, — он кивнул, и улыбка его была искренней, почти отцовской. — Что мы, твои учителя, искали твою силу не там. Что она была внутри, ждала пятисот лет.

— Ну что вы, — она встряхнула руками, разгоняя остатки ци. — Теперь-то я догоню всех! И призову меч Лозы!

— Конечно, — наставник восстановил спокойствие, но глаза всё ещё смеялись. — На следующей неделе — огненный барьер. Если освоишь — последнюю неделю тренируешься с командой. Разные сферы, разные знания.

— И потом — конкурс! — Мэй подпрыгнула, не удержавшись.

— И потом, — он кивнул, — если повезёт, конкурс. Сдаётся мне, Мэй, что именно тебе суждено участвовать в борьбе за Камень Пробуждения.

Она улыбнулась — широко, по-детски, с той радостью, что принадлежит только тем, кто наконец-то нашёл своё место в мире.

Огонь в груди пульсировал, отзываясь на её счастье. Просто её огонь. Её сила. Её путь.

И это было прекрасно.

Глава 6: Испытание

Солнце ещё не поднялось над горой Хаоцзи, а Мэй уже сидела в позе культивации — спина прямая, ладони на коленях, дыхание ровное. Но внутри — буря.

Сердце колотилось так, что она слышала его в висках. Не от страха. От ожидания. От веса ответственности, который она выбрала сама — не только за себя, но за троих, кто доверил ей свои жизни.

— Мэй? — голос матери был тихим, почти шёпотом, словно громкое слово могло развеять концентрацию дочери. — Дорогая, ты уже проснулась?

Она открыла глаза. Мать стояла в дверях, в руках — свеча, дрожащая от её же тревоги. За спиной — отец, молчаливый, с чем-то тёмным, сложенным в руках.

— Я не спала, мам, — Мэй улыбнулась, выходя из транса. — Уже час как культивирую. Готовлюсь.

— Ты должна была отдохнуть, — мать подошла ближе, свободной рукой коснулась волос дочери. — Последний месяц ты не высыпаешься.

— Я отдыхала пятьсот лет, — Мэй встала, разминая затёкшие ноги. — Сейчас — время собраться. Показать всё, на что способна.

Отец наконец шагнул в комнату. В его руках лежала одежда — не простая ученическая мантия, а боевое одеяние. Тёмно-зелёный шёлк, вышитый серебряными нитями в узоры защитных печатей. Клан Персика не был богат, но для этого дня родители пожертвовали годами накоплений.

— Мы с мамой готовили это всю неделю, — он протянул одежду, и Мэй увидела, как дрожат его пальцы. Не от возраста — от волнения. — Ты впервые наденешь боевое одеяние. Мы... гордимся тобой.

Она взяла ткань в руки. Тяжёлую, живую, пахнущую воском и любовью. Это был не просто костюм — это был приз. Признание. Веру в неё, которую она не всегда испытывала сама.

— Спасибо, мама. Папа.

Отец сел на край кровати, не глядя на неё:

— Мэй, ты обнаружила силу месяц назад. Не будь к себе слишком строга. Ты и так добилась больших успехов. Не обязательно...

— Это не только ради камня, папа, — она прервала его мягко, но твёрдо. Встала перед зеркалом, начиная переодеваться. — У меня есть цель. И я достигну её.

В зеркале она видела не себя — увидела их. Себя и Тэю, стоящих рядом. Её в простых одеждах охранницы врат, его — в доспехах бога. Разница безмерна, но взгляд его тогда, у пруда... Он видел её. Настоящую.

— Я переоденусь, — она повернулась к родителям. — Нужно выходить. Мы договорились встретиться у врат Судьбы.

— Да, — отец кивнул, не вставая. — Испытание начнётся от Дворца Судьбы. Принадлежащего Богу Тэю.

Имя повисло в воздухе, тяжёлое, как физическое присутствие. Мэй улыбнулась — невольно, широко, с той глупой радостью, что принадлежит только влюблённым.

Она знала, что увидит его. И знала, что должна быть безупречной.

Врата Судьбы встретили её светом.

Не солнечным — ещё рано. Магическим. Тысячи фонарей, подвешенных к невидимым нитям, плавали в воздухе, образуя дорогу к дворцу. Белый камень стен пульсировал мягким сиянием, словно само здание дышало.

— Мэй! Мы здесь! — Сию махала рукой с толпы, её голубое платье мелькало, как знамя.

Мэй пробилась сквозь учеников — их было сотни, может, тысячи. Все школы, все кланы, все, кто мечтал о тысяче лет культивации. Запах пота и духов, смешанный с озоном от работающих печатей, давил на лёгкие.

— Ребята, — она подошла, оглядывая команду. Шиу стоял немного в стороне, меч Лозы за спиной, лицо каменное. Лешиу — с огромной сумкой, набитой, должно быть, талисманами. — Вы уже здесь. Участников... много.

— Слишком много, — Шиу наконец обернулся. Его глаза встретились с её — быстро, отрезвляюще. — Но мы готовились. Мы справимся.

— Конечно, — Мэй кивнула, и в её голосе не было сомнений. — Мы просто обязаны.

На помостке перед вратами появился смотритель — не материализовался, а вырос из света фонарей. Его голос разнёсся без магического усиления, громкий сам по себе:

— Всем участникам — внимание! Постройтесь командами по четыре человека. Печать участника получите после проверки списков.

Очередь двигалась медленно, как сон. Мэй видела, как отсеивают тех, кто пытался обмануть систему — печать на ладони вспыхивала красным, и человек исчез, уносимый стражей.