Елена Ликина – Замошье (страница 64)

Дуня перевязала его запястье красной ниткой, пошептала над узелком. В ту же минуту из беса словно выпустили воздух — вид его сделался жалкий и растерянный.

— Подожди нас на улице. — велела пленнику Дуня. — И платки забери. А мы посмотрим на остальных. Антон, где у вас дверь в подпол?

— На кухне, — Аглая отлепилась от печки. — Сейчас покажу.

— Я сам! — впечатленный изгнанием из дома одного из бесов староста метнулся в коридорчик, загрохотал крышкой.

В подполе тускло светила лампочка. Осторожно спустившись по ступеням, Дуня оглядела ряды пустых запыленных бутылок, лежащую на боку бочку без дна, какие-то ящики и коробки.

Над всем этим барахлом носились и щебетали быстрые тени. Теперь бесы приняли облик маленьких птичек. Только торчащие на головах гвоздиками рожки выдавали их истинную суть.

— Лови их, хозяюшка! — закричала в азарте коза. — Да не руками! Брось закляткой!

— Бесу в лоб! — выкрикнула Дуня, снова бросая уголек, но в этот раз промазала.

Вереща, тени заметались под потолком. Все они были примерно одинакового размера — с синичек или воробьев. Среди них затесалась лишь парочка дятлов. На них Дуня и решила сосредоточиться.

Нацелилась, подождала, примериваясь, и метнула еще один уголек.

— Б-бабах! — один из дятлов рухнул на пол, и был тут же накрыт сачком для ловли рыбы, который Марыська углядела среди рухляди.

— Один готов! — весело пропела она. — Давай второго, хозяюшка.

Угольки у Дуни закончились. Сачок был занят плененным бесом. И тогда она потянула свисающую с потолка паутинку, завязала на манер лассо и метнула в пролетающего мимо дятла.

— Второй готов! — возликовала Марыська.

А остальные бесы горохом осыпались на пол и покатились к углам подвала.

Мышухасорвалась с Дуниного плеча — кинулась подбирать горошины. Она запихивала их за щёку как хомяк, а потом схватила с полки пустой глиняный кувшин и стала швырять горох в него.

— Молодец! — похвалила Дуня и заговорила кувшин. — Надеюсь, больше никого не осталось?

— Всех собрали. — заверила ее Марыська. — Куда тебе столько, хозяюшка? Упряжки из трех вполне достаточно.

— На подарок пойдут, — буркнула Дуня и встряхнула кувшин, вызвав недовольное щебетание заключенных внутри бесенят.

— Это кому же? — удивилась коза.

— Потом… узнаешь…. — Дуня с пыхтением выбралась из подпола и направилась к выходу.

— Может чайку попьете? — в спину ей спохватилась Аглая.

— Не до чаю хозяюшке! — важно отмахнулась Марыська. — Кульку проводить нужно.

— Кульку? — взвизгнула Аглая. — Куда? Я тоже хочу проводить. Мы с вами, да, Антош?

Староста молча протянул ей шубку, но Дуня не стала их ждать — побежала по улочке к дому.

Проводить Кулю выползли почти все деревенские. Люди молча смотрели как прижимающую к груди ворочающийся сверток бабку усаживают в сани. Как запрягают четверку бесов, троих Антохиных, и одного из дома Кули.

После громкого посвиста Хаврония бесы резво тронулись с места, да так споро взялись, что пущенное в вдогонку яйцо не долетело и плюхнулось в снег. Под разочарованное улюлюканье и посвист второе яйцо догнало таки цель и врезалось ровнехонько в середину Кулиного затылка.

Дуня оглянулась, недоумевая откуда они взялись и увидела за спиной раскрасневшуюся Звездочку и старосту с Аглаей.

— Жаль, промазала, — разочарованно пробормотала кикимора. — А у Антохи бросок получше моего! Угостили напоследок бабку гоголем-моголем!!

Рядом с кикиморой совсем близко к Дуне стоял дед Фиодор. Молча смотрел на исчезающие вдалеке сани. А потом так же, ничего не говоря, вымученно улыбнулся и повернулся, собираясь уйти.

— Погодите! — удержала его Дуня. — Я хочу сказать… я… я сегодня попробую провести ритуал… попробую помочь Миньке.

Дед поморщился, кивнул и побрел прочь — маленький, скрюченный, несчастный.

Глядя ему вслед, Дуня приняла окончательное решение — не откладывая больше отправиться в прошлое, чего бы это ей не стоило.

Если понадобиться — нырнет туда через кротовую нору. Или через одно из парных зеркал. И сделает это сегодня, не станет больше ждать. Потому что — обещала. Потому что — должна помочь. А там будь что будет.

Отлично почувствовавшая её настроение Марыська смолчала, лишь понимающе переглянулась со Звездочкой и вздохнула выразительно, демонстрируя неодобрение Дуниной задумке.

Когда деревенские разбрелись, Дуня еще постояла у заборчика, разглядывая притихшую под снегом деревню, будто прощалась и с ней, и с удивительным миром, в который ей довелось перенестись. А от крылечка вдруг понеслось дребезжащее бренчание и хлопки: в распахнутой двери застыли наигрывающий на балалайке Хавроний и прихлопывающий ему в такт Поликарп Иваныч. На его плече восседала весело размахивающая платком мышуха, рядом смущенно топтался кулишок.

— Я свою соперницу

Повезу на мельницу

Суну в омут головой

Пусть утянет водяной!

— Утянет! Утянет! — взвизгнула от восторга мышуха и продолжила не в тему:

— Говорят про меня,

Что расту форсунья.

Я из девок из своих

Первая плясунья!

Ииии-эхх!

Пели в разнобой, отчаянно фальшивя и путаясь в словах, но Дуня не стала перебивать, дождалась завершения импровизированного выступления.

— По какому поводу веселье? — ворчливо поинтересовалась Марыська.

— По такому, что спровадили Кульку-змеюку! Будет теперь в Замошье порядок и лад!

— А балалайка откуда?

— На чердаке пылилась. — Хавроний смущенно покосился на Дуню. — Я её давно приметил, только не говорил. Решил сюрпризу приготовить.

— Сюрприза не удалась, — коза молча прошествовала мимо озадаченных исполнителей. За ней, потупившись, проскользнула Звездочка.

— Случилось что, хозяюшка? — домовой с хлевником бросились к Дуне. — Вы чего все такие поникшие?

— Ничего не случилось. Вы молодцы. — Дуня похвалила артистов.

— Понравилось? — оживились те. — Так мы для тебя еще сбацаем!

— Потом будете бацать. — прикрикнула на них Марыська. — Когда хозяюшка вернется.

— Когда вернется? Куда собралась? — заволновались помощники.

— Миньку неудалого из беды выручать!

— В прошлое? — ахнул домовой, схватившись за бороду. — А если заблукаешь?

— Не заблукаю. Я себя веревкой обвяжу. Если что-то не так пойдет — вытянете меня обратно.

Эта мысль пришла в Дунину голову внезапно и показалась вполне здравой. Марыська нехотя одобрила ее, хотя и продолжала дуться.

— Перекус собирать, хозяюшка? — Звездочка тоже выглядела подавленной — переживала за Дуню.

— Вы можете поесть. А я потом, на голодный желудок лучше думается, — пошутила Дуня и спросила кикимору про шалфей.

— Видал его! — отрапортовал Хавроний. — Несколько стеблей на чердаке болтается. В углу под паутиной.

— Принеси пожалуйста. Мне очень надо.