Елена Кузьменкова – Ее колдун (страница 1)
Ее колдун
Елена Кузьменкова
© Елена Кузьменкова, 2026
ISBN 978-5-0070-3343-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Пролог
В этот раз они встретились на берегу озера в заброшенной части городского парка. Сюда иногда забредали лишь рыбаки и редкие любители побродить в одиночестве по заросшему камышами берегу. Но в основном озером, не отличавшимся живописными окрестностями, никто не интересовался. К тому же от него веяло чем-то холодным, потусторонним, неуютным.
Он спрятался от дождя под высокой раскидистой ивой. Её ветки склонились до самой воды, образуя зелёный шатёр из серебристо-зелёной листвы. На земле чернел круг старого кострища, и продрогший от непогоды парень поглядывал на него с сомнением. Может, и правда разжечь костёр? С отсыревшими ветками его магия, пожалуй, справится. Вот только стоит ли возиться? Сейчас утихнет бурный летний ливень — и нужно идти домой. Непонятно, что он вообще забыл в этой глуши? Зачем пришёл?
Опять вспомнился сегодняшний сон. Ночью из-за стоявшей уже неделю жары было душно, оттого и спалось плохо, беспокойно. В какой-то момент он всё-таки задремал, провалился словно в глубокую яму и тут же вздрогнул, когда услышал, как его зовёт по имени женский голос:
— Алекс, — мелодично прозвучало в ночи. — Алекс. Я жду тебя, приходи.
Голос казался ему смутно знакомым, но ни образа, ни имени в сознании так и не всплыло. Утром, поднявшись со смятых простыней, он и забыл об этом зове. Но когда после полудня вдруг набежали тучи и город укрыло долгожданным пологом дождя, Алекса охватила какая-то неясная тревога — такая, что возникает, когда забыл нечто важное, а оно возвращается предчувствием и беспокойством.
Не взяв даже зонта, он вышел на улицу и медленно побрёл в сторону парка. Начавшийся дождь не разогнал посетителей: молодёжь с наслаждением и гордым пренебрежением к капризам погоды мокла на лавочках. Парни и девушки склонили головы друг к другу и что-то смотрели или слушали в телефонах, иногда смеялись, чуть поеживаясь, когда прохладные капли затекали им за шиворот.
Алекс прошёл по главной аллее — мимо остановившихся аттракционов, ларьков с мороженым и кукурузой, мимо встрепенувшихся после жары цветочных клумб — и как-то незаметно для себя углубился в более старую часть парка, больше похожую на лес. Это и был самый настоящий лес.
Когда город стал расширяться и захватывать всё большую территорию, он слился с остатками старой деревни и леса. Деревню сравняли с землёй, построив многоэтажки и оставив лишь старое название Семёновки, ставшее теперь названием нового микрорайона. Лес частично превратили в парк, но его дикая сущность не исчезла. Асфальтированные тропинки постепенно сходили на нет, сменяясь утоптанными земляными тропками. Они расходились во все стороны, делаясь всё уже и нехоженнее, пока не пропадали совсем. Кусты сирени и акаций уступали место орешнику, благородные клёны и липы сменялись осинами, берёзами, елями и дубами. За оврагом дремало озеро: его поверхность была тёмной даже в солнечный день, вода — прохладной, а берега — скользкими от ила.
Переехав в этот микрорайон, Алекс ещё не исследовал парк так далеко, чтобы дойти до озера. Сейчас он остановился на берегу и прислушался — прежде всего не к окружающему миру, а к себе. После переезда он ещё не выбрал место для своих практик.
Дождь постепенно усилился, превратившись в самый настоящий ливень, и Алекс поспешил к иве, чтобы укрыться. Лес за спиной шелестел листьями и шептал. Алекс хорошо слышал его и понимал: хорошее место, старое, не заражённое городом, сохранившее свою индивидуальность и суть.
В ветвях ивы притаились и наблюдали духи, в земле были скрыты секреты, которые Алекс с удовольствием бы поразгадывал. Но не сейчас. Сейчас его внимание приковала к себе вода. Даже сквозь шумящий ливень он вновь услышал голос из сна:
— Алекс, — нежно звала женщина. — Алекс.
Такие моменты Алекс не привык игнорировать. Колдун, некромант, медиум — он ощущал невидимые вибрации мира и умел с ними взаимодействовать. Чаще всего его вёл исследовательский интерес, но нередко Алекс использовал свои способности для помощи. Причём часто в помощи нуждались не только живые, но и мёртвые. Именно поэтому сейчас молодой мужчина не отмахнулся от призрачного зова, а уделил ему всё своё внимание, доверившись натренированной годами практики интуиции.
— Ты звала, — уверенно и громко произнёс Алекс, обращаясь к неизвестной пока стихии или сущности. — Ты звала, и я пришёл.
И тогда она вышла. Медленно и даже торжественно прошла через камыши, беззвучно скользнула по мелководью и уверенно шагнула на илистый берег.
— Здравствуй, Алекс, — в её голосе задрожали слёзы и с трудом сдерживаемая нежность.
Глава 1
Он смотрел на неё непонимающе, без узнавания, и это ранило — хотя чего она, в сущности, ждала? Их встречи повторялись столько раз, что она сбилась со счёта. И каждый раз надежда увидеть в его серых глазах радость угасала в первые же мгновения. Алекс смотрел на неё с восхищением, но так, будто никогда прежде не знал. С этим приходилось смиряться и всякий раз начинать сначала. Судьба дарила им несколько недель, иногда месяцев, а потом всё заканчивалось. Ей оставалось лишь отступить, чтобы в его следующей жизни вновь надеяться на новую встречу и иной итог.
Сколько веков и миров минуло с их первой встречи? Не сосчитать. Человеческая память несовершенна. Перерождаясь, Алекс забывал её. Но Лея не была человеком: русалка не умирала, следуя за любимым жизнь за жизнью, мир за миром.
Их первая встреча произошла на берегу лесного озера. Летний день привёл молодого колдуна отдохнуть у воды. Лея наблюдала за ним уже давно и наконец решилась показаться. Для неё это было игрой: хотелось покорить красивого парня — темноволосого, с глазами цвета густого тумана, светло-серыми, глубокими, словно коварные омуты. Лея не встречала никого прекраснее. Ей захотелось узнать, каковы на вкус его полные губы, какова на ощупь загорелая кожа предплечий и что будет, если прильнуть к этому мужчине всем телом. Она боялась его спугнуть.
Алекс, хоть и не скрывал восхищения прекрасной русалкой, смотрел настороженно, с подозрением — что поначалу лишь позабавило её. Лея вышла к нему тогда совершенно обнажённой, прикрытая лишь длинными золотисто-рыжими волосами, и попыталась соблазнить, но Алекс лишь нахмурился и кинул ей свою рубашку.
— Оденься, — бросил колдун, отводя глаза. — Если хочешь, чтобы я с тобой разговаривал.
Пришлось принять правила игры. Так даже стало интереснее. Белая рубашка терпко пахла мужчиной и была тёплой, нагревшись от его тела. Лея незаметно втянула этот запах и вздрогнула от зародившегося желания. Теперь ей пришлось прятать свои зелёные глаза, отводить взгляд от обнажённого торса Алекса. Он не боялся её, но и сближаться не спешил, осторожничал. Лея так страшилась, что он просто уйдёт, что выпалила первое, что пришло в голову:
— Принеси мне мёда, — попросила она простодушно и замерла, прочитав на лице колдуна недоумение. Вдруг откажет?
— Мёда? — недоверчиво переспросил он. — Это ещё зачем?
— Хочу попробовать человеческую еду, — надула губы русалка. — Я ела только хлеб и ягоды. Говорят, мёд очень вкусный, сладкий. Мне его не достать, но так хочется попробовать. Принесёшь?
Лея склонила голову набок, и Алекс улыбнулся, не в силах противиться её детской наивности и безыскусности, несвойственной нечисти.
— Принесу, — пообещал он.
Русалка обрадовалась: они ещё увидятся! Неужели она не покорит этого колдуна? Однако всё оказалось куда сложнее, чем она представляла.
Несмотря на то что Алекс вскоре поддался очарованию и красоте Леи и стал её любовником, сердце его молчало. Причину она видела в особой метке под его сердцем. Мать Алекса, лесная ведьма, опасаясь, что коварные девы из местного озера могут погубить её красивого сына, нанесла на его кожу охранный знак. Лея страдала: она не желала любимому зла. Она полюбила его — так почему же метка так ревностно сторожит его сердце?
— Сотри знак, — молила она возлюбленного, когда, насытившись любовью, они лежали в объятиях друг друга на берегу озера у пылающего костра. — Разве ты боишься меня? Ты не веришь, что я люблю тебя? Убери метку, позволь себе ответить на мои чувства.
Алекс не согласился.
— Метка останется, — бескомпромиссно заявил он. — А ты должна быть рада, что я провожу с тобой ночи. Чего же ещё ты хочешь?
Пожалуй, он был грубоват с ней: принимал ласки как должное, нарушал обещания, смеялся над её простодушием и неопытностью, когда она пожелала стать человеком. А она тонула в нём и в своей безответной любви, но всё больше чувствовала себя живой, настоящей.
Однажды Лея нарядилась в платье и пришла в деревню на праздник. Там в ней сразу распознали нечисть: обычная девушка не может быть так красива и так наивна в обычных людских делах и разговорах. Алекс еле увёл её, спас от готовых к расправе деревенских мужиков, а потом долго выговаривал за глупость и наказал долгим отсутствием. Лея всё сносила безропотно: пусть будет как он хочет, лишь бы оставался рядом.
А потом русалке пришлось принести жертву ради своего ненаглядного колдуна. Её сёстры, озёрные девы, украли отставшую от матери девчушку. Для них она стала бы живой игрушкой, развлечением. Русалки обожали играть с детьми, но не всегда эти игры заканчивались хорошо.