Елена Крюкова – Фрески Времени (страница 1)

Елена Крюкова

Фрески Времени

Песня в пути

О книге Анатолия Аврутина "Временная вечность"

Поэт напрямую работает с Временем.

Время – загадочная категория. Еще ни один философ не объяснил нам, что оно такое. Художник не только живет во времени – он пишет его, постоянно, бесконечно. Один из трагических вопросов бытия – кто мы такие и почему мы, всяк в свой Богом назначенный черед, покинем подлунный Мiръ.

Время жизни у каждого свое. Оно у всех ассоциируется с судьбой; хотя что такое судьба, тоже тайна. Совокупность жизненных событий? Их бесповоротность, единственность? Врожденный дар, приобретенные страдания и радости? Судьба – узор Времени; оно ткет его прямо по нашей обнаженной жизни, и наше бьющееся сердце слышит Бог, и мы пытаемся услышать ход времен, ибо поэт неустанно поет свою песню в этой дороге, в пути, параллельном течению Времени.

"ВРЕМЕННАЯ ВЕЧНОСТЬ" – само название книги поэта Анатолия Аврутина – апория. И она говорит о многом. Как парадоксально смешение жизни и смерти, так же необъяснимо рождение песни. Песня – вне закона, вне приказа; это апология свободы, и поэт, создавая стихотворение, всегда звучит здесь и сейчас, для него нет старости, нет бесповоротности реки Времени; он слишком ясно, ярко и живо чувствует подлинную вечность, ведь она таится, хранится в строках стихов.

Или реет живительным воздухом над стихотворением, обнимая его, лаская…

(…) И в молчанье метелицы белой –

Злой предвестницы чёрных разлук,

Всё мне чудится звук оробелый,

Из молчанья родившийся звук.

Он растёт, согревая невольно

На исходе пропащего дня…

Может, это набат колокольный?

Может, это хватились меня?

Прощанье есть прощенье. "Из молчанья родившийся звук" свободно пронизывает собою века, десятилетия, дни, часы. И вдруг изумляешься, догадываешься: для истинного художника времени – нет! Он – вне времени! Хотя и находится в нем, внутри него; нам не вырваться из оков трехмерного мира, нашей любимой жизни, пусть муки и ужас, они прейдут, а жизнь останется, и останется ее радость; воспоминания смешиваются в сердце с сиюминутными впечатлениями, давние привязанности соперничают с сегодняшней любовью, и болят старые раны, но вечна, бессмертна любовь к Родине, и сияет в ночи над полем и лесом единственная, родная звезда.

(…) Но остался твой свет… Только в горечь одет,

Век летит… И горьки мои воспоминанья.

Столько пр о жито лет!.. Скрип калитки в ответ.

Человек – это всё ж единица страданья.

Где-то колокол бьёт… Милый голос поёт.

Выпью чарку вина… Прошепчу тебе что-то.

Будет голос с высот звать в последний полёт…

Человек – это всё ж единица полёта.

Годы, годы… Иногда они превращаются в груз. А иной раз это и вправду легкие, Ангельские крылья за плечами. Анатолий Аврутин смел, он не боится неизбежного, он горячо любит и помнит, и его стихи, в совокупности, – это многоликое ПРИЗНАНИЕ В ЛЮБВИ всему сущему: Мiру, родной земле, любимой женщине, детям, друзьям, близким и далеким, и, что самое удивительное и драгоценное, своему времени; понять, принять и полюбить, а не отвергнуть и проклясть, порою сложное и тяжелое время, в котором ты живешь, – это и мужество, и благородство, и пламя сердца, и предельная честность и искренность – перед самим собой, людьми и Богом.

Узколицая тень всё металась по стареньким сходням,

И мерцал виновато давно догоревший костёр…

А поближе к полуночи вышел отец мой в исподнем,

К безразличному небу худые ладони простёр.

И чего он хотел?.. Лишь ступнёй необутой примятый,

Побуревший листочек всё рвался лететь в никуда.

И ржавела трава… И клубился туман возле хаты…

Да в озябшем колодце звезду поглотила вода. (…)

Искренность… Вот – безусловный дар. Без доверия Мiру нет искусства. Все мы в искусстве идем на ясный свет исповеди, пылающей исповедальности. Наша, русская песня такова: в ней боль и горечь, огонь и покой, беспредельность распахнутых небес и удары обреченного сердца… Стихи – тем более песня, чем больше в них гармонии, внутренней грации, чем естественней они поются, ложась на смыслы, оставаясь навеки в памяти.

Это значит – в любви.

(…) Я со снегом шептался,

Мне казалось, что он

Только в мире остался –

Ни людей, ни времён.

Хлопья рот забивали

И горчили слегка.

Комья белой печали

Всё сжимала рука.

Я шептался со снегом,

Я доверил ему,

Что спасаюсь побегом

В эту белую тьму. (…)

А какая погруженность в природу… какое растворение в ней, очеловеченной, всё чувствующей и в то же время Ангельской, горней: снег – явление горнего Мiра, обезоруживающее нас предвечной чистотой, святою белизной… Человек входит в белое царство снега, и его пелена ласково, защитой от беды, накрывает его, и летящие с небес снежинки благословляют его, утешают, дарят покой – ему, беспокойному, трагическому, мятущемуся, хоть на минуту, на миг… Снег на Руси, в Беларуси – всё снег: он падает, летит по ветру, он – овеществленное заклинание, нежная молитва природы о чистоте и красоте.

Чистота и красота – вечные начала. Есть ли в их распоряжении наше время? То, что им подвластна сама вечность, бесспорно. А поэт живет своею жизнью, и течет его невозвратимое время, и он вечен, пока движется, горит и вспыхивает его сокровенная судьба – его поэзия.

Так родина, природа, душа и поэзия у Анатолия Аврутина соединяются. Обнимаются.

Эти светлые названья

Белорусской стороны…

Белизною, белой ранью,

Все Белыничи полны.

Пахнут смолью Смолевичи,

Сеном – древнее Сенно,

В Брагине, под гомон птичий,

Браги выпить не грешно.

Славны Житковичи житом

И ложатся на прокос

Трав, росами омыты,

Где стремится в Неман Россь. (…)

Сколько любви!.. Да разве любовь считают… Родная Беларусь в стихах Анатолия Аврутина – абсолютно священная, сакральная земля, где от древности до нынешнего дня – расстояние протянутой руки, один шаг. А то и расстояния никакого нет: прошлое и настоящее, забытое и запомненное навсегда сливаются, и этот синтез не словесный, хотя чувство здесь выражено точнейше найденными словами; это единство изначальное, так зачинается и рождается младенец, так летит, вольно парит птица в небесах.

И внутри этой волшебной точки – кровавой, кровной концентрацией поэтических образов – память войны, боль детей, слезы матерей, последний шепот солдат…