Елена Ковалевская – Судьба в наследство (страница 20)
Кое-как справившись с потрясением, я ухватила Агнесс за руку и потащила в комнату, которую сняли на третьем этаже этого же трактира. Девочки поспешили следом, подпихивая ее в спину. Затолкнув девушку первой в помещение, я пропустила сестер, а после, окинув коридор цепким взглядом, захлопнула дверь.
- Ты что здесь делаешь?! - напустилась я на нее, стараясь не срываться на крик. - Ополоумела сюда соваться?! Здесь церковник на церковнике сидит и церковником погоняет!
- Есфирь я...
Но я перебила ее:
- Как ты здесь оказалась?! Тебя же ищут!
Девочка насупилась, и было видно, что она сейчас заплачет. Она не понимала, почему я так ополчилась.
- Фиря да не ори ты на нее! - осадила меня Герта, и обратилась к Агнесс: - Ты зачем сюда приехала? Тебя же специально везли к сподвижникам и там оставили.
Наконец та не выдержала и, рухнув на кровать, разрыдалась в голос. Она плакала и, сбиваясь, пыталась рассказать нам, что она очень обиделась, узнав про наш тайный отъезд. Сквозь ее рев мы разобрали, как она торопилась вслед за нами, боясь не успеть.
- Вы... Вы уехали, бросили меня... Почему-у? В чем я виновата? Зачем вы... Так?!
Юозапа сунула ей в руки кусок чистой тряпицы, потому что девочка вытирала слезы грязным рукавом таперта, оставляя разводы на лице.
- Утрись, успокойся, а потом послушай меня, - сурово начала она. Агнесс всхлипнула еще раз, просморкалась и вопросительно подняла на сестру зареванные глаза. - Тебя никто не бросил, тебя специально там оставили для твоей же безопасности.
- Зачем? - прерывисто вздохнула девочка, пытаясь унять все еще набегающие слезы. - Вы же сказали что все хорошо. Я думала, что весной мы вместе поедим обратно к тете, что все закончилось, и я смогу потом вернуться домой к папе...
- Господи Агнесс! - едва не взвыла я. - Какая же ты наивная! - и подскочив к ней, крепко прижала ее к себе. У меня язык не поворачивался сказать, что ее родителей больше нет; об этом мне сообщил настоятель Лемихарий в нашем последнем разговоре, когда я попросила передать весной вести настоятельнице. Как я могла сообщить ей такое?! - Понимаешь, девочка моя, - начала я, пока она, крепко обняла меня за талию, уткнувшись мне лицом в живот. - Мы не хотели тебе многого говорить, не желали, чтоб ты знала... - и, собравшись с силами, на одном дыхании выпалила: - Твоего отца больше нет, и мамы тоже, - Агнесс вздрогнула и еще сильнее вцепилась в меня. - Тебя ищут. И все очень серьезно. Мы не хотели этого говорить, но у твоей тети большие неприятности. Ты должна была обязательно остаться в монастыре. Понимаешь?
- А вы? - глухо донеслось снизу. - Вы не остались...
- Мы не можем, - я принялась гладить ее по голове, стянув с нее ужасный платок. - У нас приказ и мы должны ехать. Твоя тетя приказала нам кое-что сделать.
- Тогда я с вами, - упрямо прозвучало в ответ.
Отцепив ее от себя, я заглянула ей в лицо.
- Ты что не понимаешь?! Тебя ищут, - я пыталась не сорваться. - Это очень опасно.
- Меня и тогда искали, - угрюмо бросила она. - Не нашли и сейчас не найдут.
- Тебя ищут как боевую сестру, - попыталась объяснить я упрямице. Говорить совсем всю правду я не хотела; вдруг ей потом остаток жизни придется жить с осознанием вины. - Уже известно за кого ты себя выдаешь.
- Тогда давайте вернемся вместе, - предложила она. Меня иногда поражала ее детская упертость, но сейчас она переходила все мыслимые приделы. - Я скажу тете, и она все поймет.
- Нет, - отрезала я твердо. - У нас приказ. Мы едем в Лориль, предварительно возвращая тебя к сподвижникам.
- Я не поеду обратно, а отправляюсь с вами, - девочка поджала губы. - Ваши доводы на меня не действуют.
- Да нас на войну послали, лишь бы никто не знал где ты! - рявкнула Гертруда, не выдержав ослиного упрямства Агнесс. - Серафима на многое пошла, чтобы ее драгоценная племянница была жива и здорова! А ты, заявляясь сюда, подставляешь все под угрозу!
- Тетя не могла такого сделать! - девочка побледнела от слов сестры. - Я не верю...
- А придется! - яда в словах Юозапы хватило бы на десяток кобр. - Ты разве не понимаешь, что Герта тебе сказала? Нас отправили только за тем, чтоб мы никогда не вернулись обратно. Это тебе понятно?!
Агнесс, спала с лица, став белее мела, она переводила взгляд с одной на другую, словно бы искала опровержения словам сестер, но не находила.
- Юза, - одернула ее я. - Зачем ты наговариваешь?! Мы точно не знаем, зачем нас направила туда настоятельница.
- А кто только за столом с похоронной рожей сидел?! Неужели я? Я вам с самого начала твердила, что девочка должна знать правду. А вы? Все тряслись над ней как над цветком. И что в итоге?! Теперь нам ее обратно везти, каким то чудом протаскивая мимо стражников.
Сестра выговаривала нам с Гертой за малодушие, а Агнесс сидела ни жива, ни мертва.
- Ладно, все, покричали и будет, - попыталась остановить я наш бессмысленный ор. - Сейчас нам надо быстренько решить каким образом мы Агнесс мимо братьев на воротах обратно вывезем, - и, обратившись к девочке, уточнила: - Ты как в город-то попала? И вообще как нас умудрилась найти?!
На что она пожала плечами и потерянно стала рассказывать:
- Очень просто. В тот же день, когда я вернулась от Уты в обитель, узнала, что вы уехили. Я сильно расстроилась и побежала к отцу Лемихарию, чтобы он помог мне. С начала он не хотел меня никуда отпускать, говорил что пообещал вам... Но в конце-концов я его уговорила. Мне дали все, что нужно для дороги, и даже братьев в сопровождение. Те почти до деревни проводили, а уже в самой деревне я напросилась в попутчики к одному крестьянину. Привязала своего жеребца к телеге и сидя вместе с ним на сене в город и въехала. Никто меня не проверял.
От этих слов я до хруста сжала пальцы и прошипела в полголоса:
- Вот паскуда! Ведь обещал святоша! Нет же, выпроводил девчонку за нами следом. За себя побоялся!
- А что ты хотела?! - резонно заметила Герта. - Естественно, для настоятеля своя шкура дороже. Но ты тоже хороша! - она перевела взгляд на Агнесс. - Под самым носом проскочила! Хозяина запомнила? - Девочка кивнула. - Нужно спешно найти его и чтобы он, если будет уезжать до закрытия врат, тебя обратно вывез.
Будем надеяться, что никто из братьев не догадывался, что в одежде с чужого плеча, в замурзанном платке на телеге везущей фураж может ехать герцогская дочь.
- Я не... - попыталась сказать Агнесс. Но Юза, перебивая ее, прикрикнула:
- Молчи несчастная! От тебя и так одни проблемы! Сказано поедешь обратно - значит поедешь! Одевай обратно свой платок и пошли искать этого крестьянина.
Если вы читаете данный текст не на СамИздате, значит, его выложили на данном сайте без разрешения автора. Если вы купили данный текст, то знайте - это черновик - неполная альфа-версия, и его можно бесплатно прочесть на странице автора на СамИздате. Любое копирование текстов со страницы без разрешения автора запрещено.
С этими словами Юозапа с самым решительным видом достала свой зимний жакет , и стала натягивать его прямо поверх поддоспешника. Из-за сильных холодов царивших на севере Лукерма мы вынуждены были помимо привычной для нас одежды надевать дополнительные вещи.
- Юза, - начала было я, но сестра глядя на меня весьма недовольно выдала.
- Все! Мне это надоело! Вы сейчас еще три часа воду в ступе толочь будете. Хватит! Я устала слушать ваши вопли. Сейчас отведу ее обратно к тому хозяину, а вы в это время давайте собирайтесь. Потом встречаемся у ворот, - и, обратившись к Агнесс, уточнила: - Как ты там говоришь, называлась эта деревня?
- Айри, - сдавлено ответила девочка.
- Так вот встречаемся у ворот, а потом догоняем в деревне эту курицу и везем обратно к сподвижникам.
- А... - едва ли не шепотом попыталась что-то произнести Агнесс, но сестра ее одернула.
- Все, я сказала! Бегом!
Юозапа справившись с застежками на жакете, накинула поверх плащ и, вздернув девочку на ноги, потащила к выходу.
У-у-у! Как сестру-то понесло! Давненько она не проявляла свою хватку. Юза могла долго терпеть, зудеть и даже говорить гадости, но однажды, когда дело начинало принимать серьезный оборот, она подскакивала с полпинка и, не рассуждая, все решала за всех. Глядя на ее напористые действия, я до сих пор не понимала, как ее еще не сделали старшей сестрой и не дали свою боевую четверку. Такой командир зазря пропадает!
Когда девочка с Юозапой вылетели за дверь я, обернувшись к старшей сестре, сказала:
- Ну что? Собираемся. Накрылся наш вольный день медным тазом.
Герта лишь зло рубанула рукой воздух и, бросив: 'Действительно, надо было сказать все, как есть, а не тихушничать', - принялась торопливо укладывать сумки.
Собираться нам было недолго, вновь распихали по сумкам то немногое, что успели достать с обеда, и уже стали натягивать зимние жакеты, как к нам постучали.
- Да? - поинтересовалась я, осматривая пуговицу - не оторвалась ли? А то когда я последний раз надевала жакет, она болталась на соплях.
Дверь отворилась, и в комнату зашло пятеро одоспешеных братьев из ордена Пустынных Земель, и еще парочка маячила в коридоре.
- Сестры ордена Святой Великомученицы Софии Костелийской, - утвердительно произнес один из братьев - их командир. - К вам есть пара вопросов у Ищущего инквизитора города. Прошу проследовать с нами в магистратуру, - и демонстративно положил руку на рукоять фальшиона.