Елена Кисель – Расколотый меч (страница 70)
Те бойцы, которые сражались рядом, облегченно вздохнули, на миг прекратив обмен ударами. Даже отсалютовали Веславу клинками.
— Спасибо, алхимик, — поблагодарил кто-то.
Веслав не без труда выпутал из одежины клинок, который все еще пытался издавать какие-то звуки, и швырнул на песок. Этот раунд для него закончился.
— Здесь не принято просто
Веслав взглянул. Придворные все до одного смотрели на него так, как в культурном ресторане глядят на варвара, который ест гущу из супа руками.
— Градация, — признался алхимик. — После первого куплета мне хотелось его прирезать, потом — отравить, а потом — просто дать в морду.
Прямо как джинн. Хотя вариантов вроде «выполню три желания» Веслав вовсе не предусматривал.
Виола сочувственно хлопнула его по плечу — вот такое желание она понимала.
— Насчет них — пусть себе смотрят. Я на шее побрякушки не таскаю, — он кивнул в сторону трибуны домина, явно намекая на три медальона трех правящих особ. — А на этом высокородном сборище я вообще только как придаток к твоему высокородному клинку. Как они там меня представляли? Рука для Глэриона. Что там был за «ах» посередь боя?
— Ксахар одолел барона Гретца, — с мрачнейшим выражением лица отозвался Йехар. Алхимик коротко кивнул. Видимо, про мастерство Гретца и про мастерство Ксахара он откуда-то уже успел наслушаться.
— Многие считают, что это была странная ошибка, — но потом Йехар пожал плечами и заметил: — Однако кто знает.
И вновь пошел обмен взглядами между алхимиком и спиритом. Короткий. Эдмус просто чуть поднял брови в немом вопросе — Веслав кивнул, что-то подтверждая.
Такой короткий, что никто, кроме меня, ничего и не увидел. Очень может быть, потому, что все как раз досматривали остальные поединки.
На сей раз действо самую малость затянулось: некоторые бойцы начали осторожничать и затягивать бои. Но в целом, выглядело до жути похоже на предыдущий раунд: лекари-разметка-приветствия победителям, радостные вскрики, вот кто-то с досады швыряет меч в песок…
Ну, может, не настолько это было похоже: напряжение возрастало, пари над нашими головами заключались всё более азартно. Церемония жеребьёвки с алхимической проверкой казалась теперь непоправимо стремительной: шутка ли, бойцов только с десяток остался!
Да, и теперь еще по рядам пробежались ушлые торговцы, предлагая нам выпить-закусить, но Виола зыркнула так, что без еды остались все наши трибуны: торговцы смылись и не появлялись.
— Все равно у них там сплошные куры и пирожки, — вздохнул спирит. — Ну, если б хоть сырое чего, а то… варвары!
На арене тем временем осталось восемь бойцов. Еще двое победителей выбыли: один был слишком вымотан предыдущими сражениями и не смог подняться после собственной победы, поэтому его просто унесли. Собственно говоря, победил он только потому, что сам выжил, а его противник — нет. Еще один — тот самый Илло — выглядел поздоровее, но на жеребьевку тоже не пошел, вернее, не дошел до нее: поскользнулся на недоубранной корке от кабачка и стукнулся головой об арену так, что земля сотряслась. Илло имел мужество подняться и дотащиться до стола Зелхеса, но тот только головой покрутил: мол, куда тебе в бой? Ты и так зигзагами передвигаешься!
— Хороший был боец, — заметил Йехар с чуть уловимой мечтательностью в голосе.
Допинг-тест опять прошел без помех, и теперь весь стадион смотрел на бойцов, вернее, конкретно на Ксахара, которому попался какой-то такой же, как он, благородный и расшаркивающийся. У зрителей глаза заболели смотреть, как эти двое выполняют друг перед другом некое подобие танцевальных па. Кто-то даже попробовал поторопить парочку метко пущенным яблоком, но тут уж стража взяла дело под свой контроль: метателя фруктов вывели с трибун.
Затем мы догадались посмотреть на Веслава, и…
— Нет!
…на парня, который стоял напротив алхимика и приветственные знаки выполнял почему-то не только в сторону Даллары.
— Виола? — немного удивился Эдмус.
— Чего?! — подхватилась Виола и размяла кулаки. Она никому бы не позволила относиться к себе просто как к женщине.
— Оставь, Эдмус, — устало попросил Йехар. — Это приветствие касается меня… Это Твелл, мой ученик.
«Нет», которое мы слышали, принадлежало как раз нашему рыцарю. Теперь он не знал, за кого болеть.
— Хороший боец?
Мне Твелл показался уж слишком юным, да и улыбка у него была уж слишком солнечной. Не было там понимания серьезности ситуации. Ясно было, что парень сюда явился людей посмотреть, себя показать, как и то, что он на таком ристалище впервые. И если он победит, он совершенно точно выберет в качестве приза чью-нибудь благосклонность, потому что ему невдомек, что именно поставлено на карту нынче.
Впрочем, он как-то дошел до этого раунда.
— Мой ученик, — повторил Йехар. — Ему не хватает опыта… впрочем, мы же не виделись два года… Меч его — меч холода, но часто он берет простым мастерством… ему сейчас, должно быть, не намного больше восемнадцати…
Мальчик, значит. Младше нашего спирита. Лицо Веслава, который стоял напротив парня, было настолько же мрачным, насколько у Твелла — счастливым. Обе возможные развязки боя не очень-то его радовали.
Эта пара оказалась ближе к нам — хотя теперь, когда арена автоматически делилась на четыре части, мы могли как неплохо видеть и дальних бойцов.
— У вас в руках Глэрион, — Твелл пользовался тем, что сигнала к началу боя еще не было, хотя белый платочек уже находился в руках, теперь уже Стэхара. Оказывается, сигналы подавались не только дамами.
— Бывший, — процедил Веслав. Мальчик улыбнулся, но немного непонимающе.
— Мне не хотелось драться против клинка моего учителя.
— Но ты будешь?
— Конечно.
А что мы хотели от ученика Йехара?!
Белый платок взметнулся вверх, потом опустился вниз.
Снова началось. Ладно, может, в этой их традиции «все сразу и на разных площадках» — и был какой-то смысл. Пиршество для глаз, как-никак. Побольше экшна — это ж так нравится народу…
Хотя теперь-то стук клинков стал пореже. Конечно, на арене и людей-то было поменьше, но причина была еще и в усталости. После двух предыдущих боев никому не хотелось проиграть: бойцы осторожничали и прощупывали друг друга.
Все, кроме Твелла, в котором взыграл юношеский максимализм. Он не собирался осторожничать и наседал на Веслава очень здорово. Алхимик пока намеренно уходил от ударов и пытался «поймать» меч парня в ловушку ткани своего балахона, но мальчик был слишком юрким, а меч — мечом холода: единственный раз, когда Веславу удался маневр с тканью, Твелл просто выдернул засверкавший льдом меч, а Веслав с тихим чертыханьем отдернул заледеневшую полу.
Зрителей не особенно интересовала эта пара — с нашей трибуны народ даже ухитрился рассосаться и набиться на соседние. Взгляды были прикованы к каждому шагу Ксахара — тот после победы над бароном Гретцем автоматически стал фаворитом турнира. Кое-кто при этом умудрялся еще присматриваться к дворцовым магам — а ну, как они помогают жениху доминессы…
Но нас-то интересовала исключительно одна пара бойцов!
— Глупый мальчик, зачем, не надо, — шептал Йехар, как будто ученик мог его услышать, но Твелл как ни в чем не бывало продолжал теснить Веслава, словно задался целью заставить алхимика использовать последний козырь.
И Веслав его, конечно, использовал.
Когда, в какой из моментов боя — мы так и не заметили. Если Веслав и пустил в ход свой эликсир, то новообретенные силы придержал при себе — чтобы не привлекать внимания Зелхеса.
Просто Твелл перестал за ним успевать.
На миг, на секунду, потом еще на одну — он перестал успевать. И вместо того, чтобы осознать это и перейти в оборону — чертов юношеский задор — он атаковал!
Но все-таки не так быстро, как Веслав.
Лезвие бывшего Глэриона без труда прошило кольчужную рубаху и вошло парню в плечо. Правое, так что Твелл первым делом выронил клинок.
Он больше не улыбался и с удивлением посматривал на кровь — она еще не капала на песок, а пока просто текла по телу под кольчугой. Рядом за мной заерзал Эдмус. Шуту было не по себе еще с первого боя, но он почему-то не покидал арену.
— Что ж, — хрипло проговорил Йехар. — Могло быть хуже.
Слова нашего рыцаря обладали каким-то мистическим свойством сбываться в этот день.
«Хуже» началось непосредственно после того, как он это сказал. Юноша на арене вдруг наклонился, подобрал свой меч левой рукой, размахнулся…
Веславу со всей его реакцией чуть хватило скорости, чтобы отразить удар.
— С ума сошел? — крикнул он раздраженно и вместе с тем испуганно. — Жить надоело?
И отразил второй и третий.
Твелл шатался, рана, видно, была достаточно серьезной, но он продолжал наступать.
— Глаза, — вдруг сказала Виола. — Посмотрите.
Глаза у парня остекленели, лицо застыло, и он едва ли понимал, что делает. Иссушитель был здесь, совсем близко, если судить по силе контроля, он наконец, проявил себя, и ему явно не нравилось, что побеждал Веслав.
Йехар понял, чем все закончится, первым, и приподнялся, вцепившись в бортик изо всех сил.
— Веслав, не на…
Но Твелл уже упал на песок арены. У мальчика было лицо только что проснувшегося человека — и он еще успел посмотреть, перед тем, как закрыть глаза, сначала на бывший Глэрион, который Веслав только что выдернул из его груди, потом — недоуменно — в сторону Йехара.