Елена Кисель – Артефакторы-3: Немёртвый камень (страница 107)
Картина «мы попали в плен к противнику и помрем в двух шагах от пункта назначения» выступала все явственнее.
Обыск был мгновенным и тщательным.
– Одеты – будто из морозилки вылезли.
– У девки все карманы дрянью какой-то набиты.
– Ага, сумка тоже. Камни, деревяки…
– Ясно, артемаг. Из этих, значит. Повезло с добычей. Хватит ее щупать, кому сказал, нашел, когда…
– У пацана фляга, рукоятка от меча, концентраторы…
– У этого ни вулкашки, зажигалка, нож, пистолет, ага, «беретта»…
Старший уже хотел было уходить, но тут замер, будто ему выстрелили в спину.
– «Беретта»?!
И тихо стало в лесу. Только получивший от Кристо отморозок что-то булькал о своей ужасной мести.
На лицо Макса оказались направлены решительно все взгляды.
– Да неужели ж, а?
– Похож, вроде, по слухам…
– На нос посмотрите. Точно как шепталы говорили.
– Так это мы Февраля зацапали, что ль?
– Да выньте у него кляп изо рта!
Главный вернулся. Макса вздернули на ноги, и их лица оказались на одном уровне. Ничего хорошего на физиономии у контрабандиста, или военного, или кто он там, не было.
– Макс Февраль? – переспросил он. – Ты – Ковальски?
Макс кивнул. Судя по всему, особых преимуществ это не давало, но они уже были в том положении, когда цепляются за любой шанс.
– Ну, и кто там Светлоликих о таком просил? – непонятным тоном протянул главный. – Откликнулись, значит, Светлоликие-то. Давайте-ка их к норам, а ребят наперед оповестите. Чтобы приготовились… к встрече.
Его злорадная улыбка сказала Максу, что он еще пожалеет о том, что остался жив.
Хотя умереть всегда успеется – к этому выводу он успел прийти, пока их волокли по лесу какими-то неведомыми и явно короткими тропами. По пути из разговоров узнать больше ничего не удалось, контрабандисты и остальная братия переговаривались всё больше нецензурно или намеками, вроде: «Ну, понеслось! Началась пляска, стало быть».
Вместе с ними волокли и нарвавшегося на Кристо парня. Тот все полчаса дороги не желал приходить в себя.
Когда лес начал редеть и впереди замаячил вход в ущелье – Кровавую Падь – из кармана у Дары вылетел поисковик и по воздуху рванул вперед, будто его примагнитило что-то большое.
В небесах еще раз мелькнули тени, когда они подошли наконец ко входу в ущелье.
Их встречали, и встречали очень странной делегацией.
Десяток крепких магов в голубой форме Воздушного Ведомства выстроились у входа в ущелье. Воздушные войска, мысленно охнул Кристо. Семицветник! Теперь точно каюк, как и предсказывало незадачливое чучело.
Навстречу вышел крепкий, загорелый маг лет четырехсот с каким-то подозрительно знакомым лицом. Да и голос у него звучал знакомо, выговаривая, кстати, довольно приятные вещи:
– Поставьте их уже на землю. Уберите кляпы. Руки развяжите.
Он подошел на расстояние в три шага и посмотрел Максу в глаза. У Ковальски что-то шевельнулось в памяти: Шанжанская Ярмарка, нападение пасынков…
Додумать ему не дали.
– Ну, с прибытием, Макс Февраль, – выдохнул маг, коротко размахнулся и выкинул вперед кулак. Макс не успел увернуться, вообще не успел среагировать – свалился, как подкошенный, зажимая окровавленный нос. Дара рванулась к нему, но ее удержали за руки, так что и артемагией она воспользоваться не могла.
– Макс!
– Зря беспокоишься, девочка, ничего с этой мразью не сделается, - с невеселым смешком процедил маг Воздушного Ведомства. – А ты вставай, чего разлегся! Приполз, холдонов сын, в последний день, где шлялся раньше?! Было б время – одним бы носом не отделался…
Он прошелся взад-вперед, смерил Макса полным отвращения взглядом и обратился к остальным:
– Летная готовность два, мою должность на себя принимает Чижик. Ладно, ребята, вяжите, чего уж там!
И вытянул вперед собственные руки, которые его же товарищи незамедлительно скрутили веревками.
Кристо всю жизнь мечтал понять, что такое когнитивный диссонанс, которым иногда ругался Нольдиус. И теперь он об этом очень быстро догадался – когда посмотрел на лицо Ковальски.
Макс был оглушен и происходящим, и ударом, так что задавать вопросы пришлось Даре.
– Да что тут такое творится? Почему связывают вас?
– Стандартное дисциплинарное взыскание, – хмуро отозвался драконолет. – Пойду под трибунал за то, что врезал прямому командиру. Но не сделать этого я не мог…
Остальные сочувственно подтвердили, что да, без такого ну никак нельзя, потому что Февраль – ужаснейшая сволочь, но устав есть устав, такую его и разэтакую… При этом они продолжали опутывать Намо Кондора веревками.
Намо Кондор. Кристо наконец вспомнил имя аса, с которым их судьба свела во время Ярмарки Шанжана. Правда, это совершенно не объясняло сумасшествия, которое тут творилось.
Один из вояк в голубой форме, наверное, Чижик, вышел вперед и обратился к Максу:
– Штаб собран, разведчиков ждем, территория патрулируется. Целителя вызвать?
Макс обрел голос.
– Что тут происходит? – голос обрелся в самой угрожающей ипостаси. – За кого вы, черт возьми, меня принимаете?!
– Чижик, а ну-ка, развяжи меня, я ему еще раз съезжу! – процедил в ответ Намо Кондор. – Мы за кого тебя принимаем? Ты-то сам себя кем возомнил? Смыться из Целестии, когда весь Кордон был на твоей стороне! Да тебе нужно было только свистнуть – и Воздушные Войска первыми послали бы Магистров к Холдону, или ты сам еще не понял, кого мы в тебе видели все это время? После Прыгунков? После той истории с иглецом?! Ты хоть понимаешь, что сделал и что показал – когда нас столько лет бросали в лобовые атаки, когда мы выслушивали бред от Магистров, когда у нас все командиры – вроде олуха Сапфириата или хуже? Да у тебя дважды статус героя, ты что – не знаешь, что он обозначает?!
Четырехсотлетний маг тяжело дышал, сжимал связанные запястья в кулаки и испепелял Макса ненавидящим взглядом. Бледный Макс прижимал к носу пропитавшийся кровью рукав.
– Заканчивай с фарсом, – отрывисто сказал он. – Прикажи, чтобы тебя развязали.
– Они меня не послушают, – уже спокойнее отозвался Кондор. – Я наездник и командир лётного звена. Ты дважды в статусе героя. Ты главный с той секунды, как появился здесь. Да и задолго до того.
– Развяжите, – Макс успел только сказать, а коллеги Кондора уже принялись его распутывать, с тем же энтузиазмом, что и пеленали.
Если бы тонна кирпичей сверзилась Максу на голову в этот момент – он бы почувствовал себя легче. Всю жизнь он стремился к власти – и это можно было бы считать пиком его карьеры… Если не учитывать ответственность, которая прилагается к местным должностям. И то, что эти вояки посматривают на него с неприличной надеждой, будто победу он вытащит из кармана.
Но…
– Кондор, мне нужно в Одонар. Как можно скорее. Я понятия не имею, что у вас тут творится, но может стать еще хуже, если мы не…
– Ты туда не доберешься, – Намо разминал запястья. – Воздушная блокада. Поэтому мы тут и сидим, а не в Витязевых войсках.
Кровотечение, кажется, остановилось, хотя в ушах еще звенело, а во рту стоял металлический привкус. В ушибленной голове медленно, с болью складывалась картинка.
– Вводи в курс дела, – разрешил Макс. Перевел дыхание и задал первый вопрос: – Когда пал Семицветник?
* * *
Кровавая Падь представляла собой странноватое зрелище.
Широкое дно и узкий, как горлышко бутылки, выход наверх. Терновник и оползни, голые, серовато-розовые скалы. Огромные, ранее пустовавшие норы по стенам Пади наконец-то заполнились. В самых крупных и хорошо сохранившихся что-то ворочалось, недовольно ревело и сверкало оттуда разноцветной чешуей. Из других неслась приглушенная ругань, а из одной до носа Кристо долетел запах вареного мяса.
Штаб тоже располагался в норе, и из нее даже не позаботились убрать какой-то нежитью накиданные обглоданные кости. С первого взгляда создавалось полное впечатление того, что немало вояк полегло на поле стратегическое брани…