Елена Кисель – Артефакторы-3: Немёртвый камень (страница 103)

«Лорелея?»

– Экстер пишет не только от своего лица, это всем известно, да? – отозвалась Мелита. – «Позвала ты – и вот я пришел», «в ту минуту, когда ты и крика не слышишь» – нет, мне это совсем-совсем не нравится! А это, про холодный гранит… ну, эту муть надо или подтверждать, или опровергать, и чем скорее, тем лучше. И я не успокоюсь, пока не… что?

И мелкий теорик, и более чем крупный Нольдиус смотрели на нее с одинаковым ужасом.

– Ну, да, я хочу залезть в Предсказальницу. А что?

Скриптор приподнял руки и показал, что нет, ничего, идея забраться в Особую Комнату, когда там сидит окончательно спятивший от паранойи Гробовщик – просто замечательна.

Нольдиус вообще ничего не показал. Это был как раз тот случай, когда от него все равно ничего не зависело.

* * *

Зух Коготь хмыкнул и немедленно выдвинул свою версию:

– Башку с плеч долой. Чего с этой братией разговаривать?

Сапфириат в окружении сборной свиты караульных смотрелся непривычно жалко. Его окружали вперемешку элитные маги, наемники и нощники – отличные метальщики кинжалов. Хорохориться в такой компании Тофаниаху Плющу, видно, не хотелось. Да и у самого него был вид растерянный и потрепанный, будто долго пробирался где-то лесом.

– Ох, не верю я в его добрые намерения, – пробормотал Убнак.

Никто не верил, потому никто не возразил.

– У него при себе мощный артефакт, – поделился Фрикс. – Не сказал бы, что добрый…

– Как его защита пустила?

– А может, у него и нет злых намерений.

– Башку с плеч, – в очередной раз предложил Зух. Предлагалось с готовностью.

– Экстера, говоришь, просит, – пробормотал Убнак. Хет, который терся где-то у его локтя, пискнул что-то согласное. Одинокий волк артефакции хмыкнул и шепнул:

– Ну, ладно, будет ему Витязь. Только не маячьте близко: не спугнуть бы… хочется выяснить, что у него на уме.

– Да нет, мы никого не спугнем! – издевательски заверил Фрикс. – Такой-то компанией…

Зух и вампир посмотрели друг на друга. Рожа клыкастая плюс рожа наемника и правда могли напугать кого угодно.

Убнак ухмыльнулся, вывязывая над костяным ожерельем на груди артефакторные знаки.

– Подсоби со щитами, – велел он Фриксу, и тот тоже включился в работу, – чтобы не рассмотрел. И пару узлов на голос. Вот так.

Последние слова он произнес уже несомненным голосом Экстера. И выглядел он теперь как Экстер – разве что манеры остались несколько суровыми.

– Я впереди, ты страхуешь, – шепот относился к Фриксу, а потом Убнак выплыл из дверей артефактория навстречу Магистру, совершенно в Экстерской манере. – Здравствуйте. Большая честь в такие нелегкие времена… я могу чем-то помочь?

Синий дернул щекой. Усы у него были повыщипаны, а под глазом сиял фингал, и непонятно было, то ли это следствие его блужданий, то ли следы дружеской встречи Магистра караульными.

– Ястанир, - пробормотал он. – Рад видеть. Никто другой бы не понял. Только вы. Понимаете, я сбежал. Он думал… он думал, что контролирует нас всех. Это не так.

Фрикс возблагодарил небо, что Убнак, а не он изображает Экстера. Глумливый ржач со стороны Витязя прямо в лицо – явно не то, что нужно Сапфириату… Кажется, тут уже все понимали, что Дремлющий не контролировал Магистров полностью – во всяком случае, до Эйнелиу, где он попытался взять полный контроль – и из-за этого раскрыл себя перед Витязем. А так-то он не рисковал прерывать свою спячку надолго и разбрасываться силами. Видимо, он действовал в основном через Фиолетового и Оранжевого – этими наблюдениями Мечтатель успел поделиться в спешке предыдущих суток. Оба участвовали в Альтау и занимали нужные ему должности. Алый поддавался контролю лишь частично, зато был гордецом и карьеристом. Желтый и Зеленый были Морозящему почти не нужны, с Голубым дело обстояло неясно, а вот Синий был самым молодым, а потому…

А потому его даже не нужно было контролировать: достаточно было не ставить в известность.

– Я не думал… думал, у них на уме свое. Реформы. Другие законы. Я… простите, там… эта казнь. Я не верил, что вам нанесут хоть удар, я правда…

Убнак качнул головой, как бы говоря, что сейчас не время, а Сапфириат продолжал бормотать:

– А потом мы пришли в себя. В их… в их обозе. Р-ратники, – он зацокал зубами. – И… и Аметистиат и Рубиниат, они… они были уже как мертвы…нет своей воли… но остальные, они… они смогли, они завязали бой… бой с артемагами охраны, и я смог бежать.

Он мелко-мелко закивал, подбитый глаз смешно дергался.

– Вы… вы должны это слышать. Только вы. Только вы можете помочь. То, что они готовят… только вы!

Какое-то время Убнак в обличии Экстера вглядывался ему в лицо, очень хорошо пародируя задумчивость.

– Хорошо, – проговорил он негромко, – мы поговорим наедине. Следуйте за мной.

И повернулся к Синему Магистру спиной.

Движение того было мгновенным. В воздухе мелькнуло лезвие, прожужжало, как оса или муха – и должно было бы воткнуться Убнаку под лопатку, если бы Убнак не был артефактором.

Он ушел от удара, даже не оборачиваясь, сорвал с пояса две прочные веревки и двумя движениями артемага скрутил Синего по рукам и ногам.

– Ну, вот и выяснили, стало быть, – заявил одиночка, принимая собственный облик. – Контроль.

Синий лежал неподвижно, глядя вытаращенными глазами куда-то вбок. Изо рта тянулась тонкая ниточка слюны.

– В целебню его, – махнул рукой Фрикс. – Не развязывать. Н-да, контроль такого уровня, что и Витязева защита не распознала вражды…

– Экстер по жизни самоубийца, вот она и не распознала, – свирепо фыркнул Убнак, а Зух с порядочного расстояния ткнул пальцем в лежащий на камнях дорожки нож и поинтересовался:

– А чем это они его хотели?..

Артефактолог протянул над ножом руку – и отдернул с гримасой отвращения.

– Мерзость, – прошептал он. – А уж я навидался…

Он проделал пару пассов на разрыв узлов, но нож на это не прореагировал никак. Фрикс протянул руки еще раз… и получил по рукам.

– Кажется, деартефакция не твоя профессия, а, Фрикс? – мягко поинтересовался жуткий голос из-под капюшона, выросшего слева. – Не старайся – выше головы не прыгнешь. Уничтожить его не по силам и мне. Дай-ка сюда.

– А ты-то что вылез из Особой Залы? – вполголоса поинтересовался Убнак. Гробовщик издал пару дробненьких смешочков.

– На вас, дурней, посмотреть. Нож я помещу в безопасное место. А вы бы поискали себе дел, что ли, а то у вас какая-то битва намечается…

Бережно держа Каинов Нож деартефактор поспешил в артефакторий, оставив остальных продолжать дискуссии о драконах.

Если он думал, что его отлучкой из Особой Залы никто не воспользуется – он сильно ошибался.

* * *

Мелита сморщила нос: в Комнате отчаянно пахло курятиной.

– Священное место, как же, - пробормотала она. – Так и знала, что он внушал нам это, просто чтобы никто не видел, как он тут курицу трескает. Одной рукой ножку в зубы пихает, второй – артефакты уничтожает…

Скриптор покрутил головой по сторонам.

«Интересно, все эвакуировались?»

– Скорее всего, – отозвалась Мелита между делом, подходя к Предсказальнице. – Эй, а тебя-то забыли, а ты ведь тоже практёр первых уровней!

Скриптор развел руками с блаженной улыбкой на остреньком личике – как будто остаться в Одонаре в такие времена было наградой.

– Это довольно странно, – пробормотал Нольдиус, который, понятное дело, нагнулся над Перечнем. – Артефакторная активность в мирах почти утихла. Неудивительно, что наши звенья не требуются на вызовы: Перечень практически нем!

– Интересно, с Предсказальницей то же самое? – Мелита открыла толстую обложку с надписью «Узри возможное». – Да нет, старушка как всегда многословна. Ну, где она, эта плавающая страница…

Скриптор было опомнился и сунулся помогать, но девушка подняла палец – нашла.