Елена К. – Красная нить (страница 1)
Елена К.
Красная нить
Все Главы.
Глава 1. Голосовое сообщение
Лиза Артемьева не собиралась слушать чужие голосовые.
Она вообще не собиралась лезть в это дело. Она шла домой после школы, как обычно — мимо «Магнита», мимо остановки с ободранным навесом, мимо чьего-то гаража, из которого пахло бензином и осенью. Октябрь в Волжанске всегда одинаковый: серое небо, мокрый асфальт, ветер с Волги, от которого продирает до костей. Лиза натянула капюшон, сунула наушники и включила музыку — что-то мрачное, под настроение.
Потом телефон завибрировал. Не от уведомления — от звонка.
Номер не определился. Просто «Неизвестный».
Лиза три секунды смотрела на экран. Потом сняла.
— Алло?
Тишина. Не та неловкая тишина, когда человек на том конце не знает, что сказать, а плотная, тяжёлая — как будто кто-то прижал телефон к груди и дышит.
— Кто это? — спросила Лиза.
Звук оборвался. Вызов завершился.
Она пожала плечами, сунула телефон в карман. Бывает. Кто-то ошибся номером. Или баловался ребёнок. Или ещё что-нибудь. Лиза не из тех, кто накручивает себя на пустом месте. Она вообще не из тех, кто накручивает себя — это другие вокруг неё накручиваются, а она стоит и смотрит, как они смешно копошатся.
Но телефон снова завибрировал. На этот раз — голосовое сообщение. От того же «Неизвестного» — нет, от пользователя без имени. Аватарка пустая. Серый кружок с белым силуэтом.
Лиза остановилась у перехода. Дождалась зелёного — не потому что правила соблюдала, а потому что машины в Волжанске ездят как ненормальные, и переться на красный было бы самоубийством. Нажала на сообщение.
Секунда шума. Потом — голос.
— Лиза. Это Катя. Катя Серова. Пожалуйста, не выключай. Мне нужно, чтобы кто-то это услышал, если... если со мной что-то случится.
Лиза так и застыла на переходе. Сзади бибикнула машина — она уже стояла на «зебре» и не двигалась.
Голос продолжал.
— Я знаю, мы не дружили. Ты меня вообще не выносишь, я в курсе, это нормально. Но ты единственная, кто... У тебя нет причин прикрывать кого-то. Ты не боишься сказать правду. Все остальные — они все вцепились друг в друга, как пауки в банке. Если я пойду к ним, они... Я не знаю, что они сделают.
Пауза. Шум ветра. Где-то далеко — гудок.
— Я нашла кое-что. В тех голосовых, которые Стас Кочнев присылал Жене Литвиновой. Ну, помнишь, весной они расстались, и был весь тот... Короче. Я случайно увидела, что Стас отправлял Жене не просто сообщения. Там были записи. Я не знаю, как объяснить. Он записывал... он записывал разговоры. С разными людьми. И один из этих разговоров — он про Настю Хворостову. Помнишь, Настя? Которая «переехала» в прошлом году?
Лиза помнила. Все помнили. Настя Хворостова, девятый класс, переехала с родителями в другой город весной. Обычная история, ничего особенного. В Волжанске так бывает: люди переезжают, люди приезжают, жизнь течёт.
— Настя не переехала, — сказал голос Кати. — Настя не переехала, Лиза. Я не знаю, где она. Но я знаю, что её родителей заставили это сказать. Я знаю, потому что Настя отправила мне сообщение за два дня до того, как она якобы «уехала». Она написала одно слово. «Беги». А потом — тишина.
Лиза стояла посреди тротуара. Пальцы побелели, сжимая телефон. Музыка в наушниках продолжала играть — чужая, далёкая, ненужная.
— Я знаю, кто за этим стоит. Я знаю, и мне страшно. Я не могу пойти в полицию — не потому, что не доверяю, а потому что этот человек... он связан. У него связи везде. Менты, администрация, школа — везде. Если он узнает, что я знаю, он...
Снова пауза. На этот раз длиннее. Лиза слышала, как Катя дышит — быстро, рвано, как будто бежит.
— Я спрячу всё в папке. Ты знаешь, где. Если со мной что-то произойдёт — а я чувствую, что произойдёт, — найди эту папку. Пароль — дата, когда мы с тобой подрались в седьмом классе. Ты помнишь. Ты тогда разбила мне губу, а я тебе — телефон. Мы обе тогда были дуры.
Тихий смешок. Почти беззвучный.
— Ладно. Я повешу. Если ты это слышишь — прости, что втянула. Но у меня нет выбора. Этих людей нужно остановить. Пока они не сделали это с кем-то ещё.
Сообщение закончилось.
Лиза стояла на тротуаре и смотрела на телефон. Экран погас. Музыка играла. Ветер с Волги дул в лицо, забирался под капюшон, трепал волосы.
Она сняла наушник. Послушала тишину улицы. Машины, ветер, где-то лает собака. Обычный октябрьский вечер в Волжанске. Ничего особенного.
Она переслала голосовое сама себе, в «Избранное». Потом удалила сообщение от безымянного пользователя. Потом подумала и удалила из корзины тоже.
Домой шла быстро, почти бежала. В голове крутилось одно: «Если со мной что-то случится». Катя это записала три дня назад. Голосовое датировано понедельником. Сейчас — четверг.
Лиза зашла в подъезд, поднялась на третий этаж. Мама ещё на работе, дома пусто. Закрыла дверь на оба замка. Прислонилась спиной к стене в прихожей. Сердце колотилось, как у загнанного зверя.
Она достала телефон. Набрала в поиске «Катя Серова Волжанск».
Первая же новость — от вчерашнего вечера:
Лиза опустилась на пол, прямо в прихожей, на коврик у двери. Телефон лежал на коленях. Экран светил в лицо.
Катя Серова пропала. И последнее, что она сделала, — отправила голосовое Лизе. Не подруге. Не маме. Не в полицию.
Ей.
Человеку, который разбил ей губу в седьмом классе.
Лиза не спала в ту ночь.
Она лежала на кровати, смотрела в потолок и прокручивала голосовое снова и снова. Пятый раз. Десятый. Двадцатый. Каждое слово впивалось, как гвоздь.
Стас Кочнев. Лиза знала его — все знали. Школьная звезда, капитан баскетбольной команды, сын главы районной администрации. Высокий, светловолосый, с той улыбкой, от которой девчонки в коридоре начинают хихикать, как дуры. Лиза его терпеть не могла — не из ревности, а потому что видела, как он разговаривает с теми, кто слабее. Мягко, ласково, а потом — разворачивается и идёт к своим дружкам, и они ржут. Она знала тип. Каждый school, в каждом городе есть такой: золотой мальчик, которому сходит с рук всё.
Настя Хворостова. Лиза помнила её плохо — тихая, незаметная, из тех, кто сидит на задней парте и старается, чтобы его не вызвали. Весной вдруг пропала. Сказали — переехали. Лиза даже не задумалась. Почему должна была? Люди уезжают. В Волжанске особенно — город маленький, работы мало, молодёжь бежит в Волгоград, в Москву, куда угодно.
Но Катя сказала — не уехала. Катя сказала, Настя написала «Беги». А потом — тишина.
Лиза перевернулась на бок. За окном фонарь качался на ветру, тени скользили по стене. Часы показывали 2:14.
Она думала: пойти в полицию? И сказать что? «Мне пришло голосовое от пропавшей девочки, которая мне не нравилась, и она сказала, что в нашем городе кто-то убивает людей, а доказательства — в зашифрованной папке, пароль от которой — день нашей драки в седьмом классе»? Её примут за сумасшедшую. Или, что хуже, — за соучастницу.
Она думала: забыть? Удалить сообщение, выключить телефон, лечь спать. Завтра пойти в школу, слушать учителей, есть в столовой пюре с котлетой. Жить дальше. Катя пропала, полиция ищет, это их работа. Не её.
Но голос Кати — рваный, быстрый, испуганный — стоял в ушах. И одно слово из него не давало покоя.
Лиза знала, что не сможет это забыть. Не потому, что она хорошая — она не хорошая, и никогда не притворялась. А потому что если она закроет на это глаза, то станет как все остальные. Как те, кто «не заметил», когда Настя исчезла. Как те, кто видел, но промолчал.
А Лиза Артемьева не молчит. Это единственное, в чём она уверена.
На следующий день она пришла в школу раньше обычного. Коридоры ещё пустые, пахло хлоркой и блинами из столовой. Лиза прошла мимо кабинета завуча, мимо стенгазеты с криво наклеенными листьями («Осень в нашей школе!»), мимо доски объявлений, где белел свежий лист:
Лиза остановилась. Перечитала. «Происшествие». Красивое слово. Ничего не значащее. Как будто Катя просто заблудилась по дороге домой.
Она сфотографировала лист и пошла дальше.
Класс наполнялся. Лиза села на своё место — у окна, последняя парта. Справа — Дима Орлов, который всегда спал на первой перемене. Слева — пустое место. Катина.
На парте лежал учебник по литературе. Кате он был не нужен — Лиза помнила, как та листала его на перемене, водила пальцем по строчкам, будто искала ответы. Теперь учебник лежал, закрытый, чистый. Как будто хозяйка вот-вот вернётся и откроет.
— Слышала? — шепнула сзади Вика Морозова, присев на край парты. — Катьку ищут. Менты ходили вчера к Серовым, Тёмка мне сказал — он у них за гаражами живёт.