Елена Ха – Охота на княгиню (страница 3)

— Прекрасное предложение, — кивнула Мария Федоровна и шагнула к выходу.

— А вы не хотите взять веер с собой. Там сегодня страшная жара. Он как раз пригодится, — заметил Николай.

— Прекрасная идея, племянник! — натянуто улыбнулась княгиня Воронцова и добавила, — Но боюсь, мой темно-фиолетовый наряд и белый веер будут смотреться несколько странно…

— Переоденьтесь! Вам давно пора сменить эти мрачные наряды на что-то более… цветное, — заметил Николай, он всегда был весьма прямолинеен, — А я вас подожду.

«Что у него на уме?» — насторожилась тетка.

Но веер действительно был хорош, и похвастаться им перед высшим московским обществом хотелось. Княгиня приняла предложение Николая и удалилась к себе, оставив Соню развлекать дорогого гостя. А девушка и рада стараться.

В гардеробе Марии Федоровны давно не было ничего яркого, но все-таки одно платье ей приглянулось. Оно было насыщенного синего цвета с кокетливыми белыми манжетами на длинных рукавах и скромным белым воротничком. Да, даже летом княгиня была вынуждена носить наряды с длинными рукавами и весьма скромными вырезами. А еще эти пышные юбки… Выход в сад обещал быть удушающим испытанием. Но веер должен был спасти княгиню. Уже через час у нее появился шанс проверить, так ли это.

Князь Шереметьев привез тетку на праздник и, предложив руку, прогуливался с ней по тенистым дорожкам. Все вокруг зеленело, в плотном раскаленном воздухи витали ароматы шиповника и клевера, слышалось надоедливое жужжание слепней.

— А где же ваша невеста? — не без ехидства уточнила Мария Федоровна.

— Где-то здесь. Она должна была приехать с семьей.

Княгине оставалось надеяться, что Нифонтову удастся найти достаточно ловкого пройдоху, который сможет застать Анну одну и соблазнить.

Пока княгиня мечтала о победе над неугодной невесткой, Николая отвлекли знакомые. Соня еще раньше где-то потерялась.

— Опять эта девчонка зазевалась и отстала, — досадливо поморщившись, заметила Мария Федоровна.

Остаться одной в саду было как-то унизительно. И она ускорила шаг, в надежде встретить знакомых. Но тут путь ей преградил красивый блондин в синей военной форме. В его голубых глазах был неподдельный интерес и восхищение.

— Доброго вам денечка, сударыня! Удача сегодня на моей стороне! — загадочно промолвил незнакомец.

— Кто вы, молодой человек? — возмутилась княгиня.

Это было верхом неприличия заговаривать с незнакомой женщиной, еще и очевидно старшей. Юнкер сразу пал в ее глазах в грязь — не отмоешься.

— Кто я совершенно неважно. Главное, кто вы! А вы богиня!

— Что? — опешила от такой наглости Мария Федоровна.

— Вы богиня, которой я готов беззаветно приклоняться, — не моргнув глазом, заявил нахал и самовольно схватил руку княгини в белых батистовых перчатках с тончайшей вышивкой шелковой нитью.

Не успела Мария Федоровна прийти в себя, а ее уже увлекли в беседку, подальше от посторонних глаз, где наглый юнец облобызал ее ладони.

— Ваше величие и красота сразили меня наповал… — шептал он между делом.

— Молодой человек, вы знаете, сколько мне лет? — надменно бросила княгиня, вырывая свои руки из его захвата.

— Двадцать пять? — невинно хлопнув длинными ресницами, уточнил юнкер.

— Тридцать пять! А у вас еще усы не растут! Постыдитесь! — ярилась княгиня.

— Возраст — это пустое! Главное, чувства! — без запинки выпалил пылкий кавалер и, прижав ладонь княгини к своей груди, заверил, — Мое сердце отныне принадлежит только вам.

От происходящего у Марии Федоровны закружилась голова. Впрочем, возможно, виноват был летний зной.

— Оставьте меня, пока я не вызвала городового. Такое распущенное поведение заслуживает наказания, — отчеканила она.

На что юнкер лишь снисходительно улыбнулся и заверил:

— Я еще не начал распускаться.

И притянул ее к себе за талию. Его губы оказались в опасной близости от ее шеи, дыхание скользнуло по обнаженной коже. Женщина вздрогнула и уже собиралась отвесить хулигану пощечину, когда со стороны дорожки раздался знакомый голос:

— Я вам не помешал?

Мария Федоровна повернула голову и с облегчением выдохнула:

— Филипп Филиппович, спасите меня от этого хама. Он, мало того, что несет околесицу, так еще и руки распускает.

Нифонтов усмехнулся, подошел ближе к паре и поднял уроненный Марией Федоровной веер, осмотрел его и любезно протянул княгине.

— Если вы хотели найти… развлечение, так бы и сказали, зачем же этот сложный обман с компрометацией. Я человек прогрессивный, прекрасно все понимаю. И сам с радостью готов помочь, — растягивая гласные, промурлыкал Нифонтов, отпихнул от княгини юнца и сам занял его место подле дамы, положив свои руки на ее талию.

— Пшел прочь, — не оборачиваясь на юнкера, процедил он.

Нахальный мальчишка тут же испарился.

— Что? Что вы себе позволяете? — окончательно растерялась княгиня Воронцова.

Ее за последние пятнадцать лет столько не обнимали.

— Вы же хотели, чтобы даму в голубом платье с белым веером скомпрометировали. Вот я и рад стараться! — приподняв бровь, заявил Филипп Филиппович.

— Белый веер? — переспросила Мария Федоровна.

— Вы плохо слышите? Это наверняка возрастное, — проговорил мужчина и прошептал ей на ушко, — Ничего страшного. Вас это не портит. У вас много других достоинств.

Мужской шепот пробудил в теле княгини давно уснувшую женщину. Мурашки побежали по ее все еще чувствительной коже. Но законы нравственности слишком глубоко проросли в сердце. Мария Федоровна от душа влепила наглому щеголю пощечину. На что он, потерев горящую от удара щеку, лишь с иронией сказал:

— А вы темпераментная женщина. Мне это нравится!

— Вы сегодня утром оставили на подушке свой мозг? — не сдерживая раздражения, поинтересовалась княгиня Воронцова.

— Зачем он мне здесь, в вашем обществе. Здесь мне пригодятся совсем другие части тела, — продолжал улыбаться по-кошачьи Нифонтов.

— Подите прочь, — потеряв терпение, величественно приказала княгиня.

— Что не так? — обиделся Филипп Филиппович.

— Вы сейчас похожи на индюка, строите из себя важного, а толку от вас никакого!

Брови Нифонтова взметнулись вверх, и он удивленно уточнил:

— Вы хотите перейти сразу к делу?

И его рука метнулась к пуговице на жилетке.

— Что вы делаете? — не на шутку испугалась Мария Федоровна.

— Но вы же сами хотели от меня толк, — кокетливо откликнулся мужчина.

— Я хотела, чтобы вы соблазнили Анну! — прорычала княгиня.

— Вы сами сказали, что соблазнить нужно женщину в голубом с белым веером. Во всем саду под это описание подходите только вы…

— Это не голубое платье, а синее! — простонала Мария Федоровна, хватаясь за голову.

— Этот мужчина вас обидел? — раздался низкий бархатный голос.

Княгиня Воронцова вмиг вытянулась в струнку. Слишком хорошо она его знала, слишком больно ей было его слышать.

Глава 4. Встреча с прошлым

Нифонтову хватило такта с достоинством отвернуться от вошедшего в беседку поручика, чтобы вернуть пуговицы на жилете на их места. Пока Филипп Филиппович был занят собой, княгиня Воронцова по-прежнему стояла, замерев в напряженной позе, и во все глаза смотрела на вошедшего мужчину.

На вид тому можно было дать лет сорок — сорок пять. Военная выправка, высокий рост, благородные черты лица и отличная фигура — результат частых тренировок — сохранили его мужскую привлекательность, а синяя форма с золотыми аксельбантами и эполетами придавала блеск.

— Мария Федоровна, добрый день! Я вам помешал? — отвесив поклон, спросил мужчина с посеребренными временем бакенбардами.

В голосе его проскользнула ирония, но было совершенно не понять, какие чувства владели мужчиной: в глазах застыло вежливое безразличие, на лице — полагающаяся случаю учтивость.