Елена Грасс – Развод. Я этого достойна! (страница 5)

— Мам, отложим разговоры про девушек на потом.

— Хорошо.

Забываясь в разговоре с сыном, перевожу взгляд на часы и понимаю, что ещё несколько минут лишней болтовни и начну опаздывать на работу.

Сегодня мне никак нельзя этого допускать, ведь мне предстоит серьёзный разговор с руководством.

То, что будет происходить дальше — я знаю. Я совсем недавно была в отпуске, и теперь даже морального права не имею просить дополнительные дни отгулов.

Но Рустам прав: я обязана сейчас быть рядом с ним.

Еду на работу с тяжёлым сердцем. Я никогда не любила такие разговоры, где я должна чувствовать себя виноватой. Но сейчас это неизбежно.

Самый пик отпусков, я свой отгуляла, но снова иду просить о следующем.

В голове мелькает мысль попросить дни за свой счёт, однако разве это что-то изменит? Я всё равно буду отсутствовать, а мою работу кому-то нужно выполнять.

— Юля, здравствуй, — захожу в приёмную.

— Здравствуйте, Полина.

— Как дела?

— Да так себе. — Видя, как хмурится девушка, понимаю, что шеф уже испортил ей настроение.

Да, это не самое лучшее время идти с разговором к Антону Борисовичу, но другого варианта всё равно нет. Отложить поездку не получится, я нужна своему мужу.

Собрав всю волю в кулак, подхожу к массивной двери кабинета своего руководителя и громко стучусь. Сердце колотится где-то в горле, мешая дышать.

— Антон Борисович, добрый день. Можно?

— А, Полина. Проходите, — мой руководитель небрежным жестом указывает на стул, даже не поднимая головы на моё появление.

Однако я остаюсь стоять. Не хочу оставаться здесь надолго.

— Антон Борисович, я пришла с тяжёлым разговором. У меня в семье случилась беда.

Он хмурит брови и кивает. Никакого интереса к моей проблеме.

Антон Борисович ведёт себя так, словно я прервала его от отважных дел и моё присутствие здесь всего лишь досадная помеха.

— Я знаю.

— Знаете?

— Да. Ваши коллеги мне рассказали о ваших проблемах.

— Хм. Быстро.

— Ну, вероятно, потому, что люди предполагают, как события будут развиваться дальше? — он так и не смотрит в мою сторону.

— Да, вероятно. Тогда это к лучшему, что вы знаете. Получается, мне не нужно задерживать вас долго, и вы понимаете, зачем я пришла? Я…

— Нет, — отрезает меня на полуслове, наконец отрываясь от экрана. — А ещё я дальше даже слушать не хочу, что вы мне скажете.

Он наконец-то поднимает на меня тяжёлый взгляд. Смотрит с осуждением, но я не собираюсь сдаваться и отступать.

— Куда вы собрались? А о работе кто думать будет? Сейчас самый пик отчётности.

— Я всё понимаю. Но не могу поступить иначе. Семья... там всё очень серьёзно. Кроме меня некому. Моему свёкру нужна помощь в уходе, в организации лечения.

— А сиделки на что? Наймите профессионалов! У вашего мужа, насколько я знаю, нет проблем с финансами. Зачем превращать себя в того, кем вы по — сути не являетесь?

Мой рот невольно растягивается в несмелой улыбке. Послушал бы он, что говорил мне утром муж по поводу сиделки… Он, вероятно, очень бы удивился, как его взгляд на эту тему отличается от взгляда Рустама!

— Беда только случилась. Прошли сутки. Мне нужно время.

Я говорю с Антоном Борисовичем уверенно и без запинки. В конце концов, я не обязана стоять и оправдываться перед ним. Жизнь намного шире, чем его планы, и я не единственная, кто может решать те вопросы, которые решала я.

— И на сколько дней вы планируете уехать?

— Я... я не могу сказать точно. Пока начну с двух недель. У меня осталась часть отпуска, и если вы позволите, пока оформлю его. А затем...

— А что может быть «затем», Полина? — Антон Борисович перебивает меня, резко подаваясь вперёд.

Понимаю, что ляпнула лишнего. Это «затем» не сулит ничего хорошего. А в свете того, что мой руководитель и так мной недоволен, боюсь моё «затем» приведёт к увольнению далеко не по собственному желанию.

— А затем я буду думать. Но я уверена, что мы решим вопрос с сиделкой! — пытаюсь я исправить ситуацию, однако, чувствую: мои слова звучат неубедительно.

— Полина, послушайте меня внимательно, — голос руководителя становится беспощадным. Я очень отчётливо чувствую, что в его разговоре нет места человеческому сочувствию. — Я готов пойти вам навстречу, но ровно один раз. Один! — он поднимает палец и показывает его мне, словно я не понимаю значения этого слова.

— Хорошо.

— И это происходит только потому, что вы лучшая из специалистов в своём деле! Даю вам две недели за свой счёт.

— Я поняла.

— Передайте все дела Антонине.

— Спасибо, — радуюсь, что разговор подходит к концу.

— Пожалуйста. Знаете, Полина… это, конечно, не моё дело, но на вашем месте я бы не рисковал блестящей карьерой ради… — я вижу, как он делает демонстративную паузу, словно хочет показать мне, как тщательно подбирает слова, — ради старика. И вообще…

Во мне тут же вспыхивает гнев. Этот старик — мой свёкор. И даже если я не во всём согласна со своим мужем, совершенно точно не его дело давать мне советы по поводу моей семьи!

— Я вас услышала, — отрезаю в ответ грубой фразой его желание продолжать. — Но я очень надеюсь, что разберусь сама.

Не прощаясь, разворачиваюсь и выхожу из кабинета.

Глава 5

Захожу в свой кабинет и опускаюсь в кресло. Внутри пустота.

Мне достаточно проблем дома, и я не хочу дополнительных здесь.

Несколько минут листаю свой календарь и думаю о тех делах, что смогу максимально выполнить сегодня сама.

Дверь распахивается без стука. Резко, порывисто. Моя коллега заходит в кабинет и даже не смотрит в мою сторону.

В воздухе сразу начинает искрить напряжением.

— Привет, — чувствую, что она не в духе, и понимаю, что мне всё-таки придётся объясняться. — Тонь…

Она молчит, демонстративно включая компьютер.

— Ты слышишь? Я поздоровалась!

— Слышу. Привет. Полин, я не успела зайти на работу, а меня уже шеф вызвал. Ты случайно не знаешь - зачем?

— Знаю, — я не планирую притворяться.

— Знаешь, значит… — фыркает она. — Дай догадаюсь: тебе нужны отгулы, и он решил повесить все твои дела на меня?

Она складывает руки на груди и смотрит на меня взглядом, полным негатива.

Киваю и отмечаю, что Тоня сейчас не та милая девушка, которая предлагала мне помощь вчера. Теперь это совершенно другой человек.

— То, что я сижу с тобой в одном кабинете, не означает, что я обязана за тебя работать!