Елена Герасимова – Проклятье Ярангара (страница 3)

В тот день отец был один дома. Он пребывал в задумчивом состоянии и на меня внимания не обращал, правда, вдруг заявился на кухню, где я только делала вид, что затеяла стирку, и придержал за руку.

– Вот ты сердишься на меня, возможно, даже ненавидишь, а ведь я тебе только счастья желаю. Ты сильная, Лу, и сможешь вытянуть парня, пока еще не поздно. Его отец тоже пропащий человек, такой же, как я.

Он отпустил меня и рассмеялся, явив миру десны с черными пеньками. А я смотрела на него, на пожелтевшее лицо, на мешки под заплывшими глазами, на распухший нос и думала:

«Неужели когда-то этого человека считали красавцем? У него ведь и волос почти не осталось. Он тощий и грязный».

– Не обижайся, дочка. Вот станешь матерью, тогда меня поймешь.

Меня передернуло. Нет, не от мысли о материнстве. В конце концов, к этому приходит каждая женщина, но только не от того мужчины, которого он пророчил мне в мужья. Я даже хотела рассказать ему о хитроумном плане друга, потом махнула рукой – все равно не поверит, решит, что дочь пытается очернить самого дорогого ему человека. Ага, мною он точно не дорожил, если только как источником тех грошей, которыми изредка с ним делилась.

– Вот увидишь, он хороший малый.

Отец шмыгнул и утер рукавом нос, потом хлопнул меня по плечу и, шаркая, удалился. Я раздраженно шваркнула таз на старый табурет и бросилась в комнатушку. Не трудно догадаться, зачем он приходил! Все уже решено, значит, в скором времени эти пропойцы потащат меня под венец.

– Ну, уж нет! – шипела я, завязывая потуже мешок с пожитками.

Впоследствии эти вещи очень даже пригодились. Разбросанные вдоль берега реки, они ясно дали понять, что их хозяйка оступилась на скользких мостках и свалилась в реку. К тому же в том месте сильное течение. Да и труп вряд ли станут долго искать. Только не осенью.

Я бежала, бежала без оглядки. Нет, за мной никто не гнался, скорее всего, отец, узнав о моей гибели, вновь запил, но мне было плевать на него, на его дружков и их дальновидные планы. Что же коллеги? Их я заранее предупредила о переезде, так что с этим точно не будет никаких проблем. И если они узнают о несчастном случае у реки, вряд ли отважатся на поиски тела, которое течением могло унести куда угодно.

Мне понадобилось время, чтобы успокоиться, остановиться и все хорошенько обдумать. Для странствия нужны деньги, хотя бы что-то, лишь бы была возможность купить хлеба и одежду потеплее. Зимой в морозы в тех лохмотьях, что были на мне надеты, долго не протянешь, а у меня были большие планы.

«Вот бы только перетерпеть», – думала я, переходя из селения в селение, из городка в городок.

Не скажу, что моя жизнь сразу стала лучше. Ха-ха! К магу нищенской наружности у людей доверия не было, поскольку все полагали – раз я так выгляжу, значит, и специалист из меня никакой. И все же кое-как удалось наскрести на нормальную теплую куртку, пусть она была ношеной, но хозяйка относилась к вещи бережно, поэтому вид был вполне даже презентабельный. К куртке прилагались такие же утепленные штаны и ботинки. Правда, обувь пришлось чинить, но для мага это не проблема. Я не стала жадничать, купила пару теплых рубашек и кое-что по мелочи. За это пришлось неделю грызть одни сухари, зато было тепло, я уже не боялась простыть и заболеть. Лечиться мне точно не на что было, как и снимать комнату, где можно отлежаться. Чаще всего приходилось ночевать в лесу. Магия помогала оберегать свою жизнь от зверей и лихих людей. И в этом помогала не только магия, но и моя внешность. Пусть я приоделась, но краше от этого не стала, тем более, чтобы сберечь куртку, носила поверх нее старую потрепанную шаль, она же служила и головным убором. Мой вид вызывал жалость даже у самых распоследних бандитов. Меня это нисколько не смущало, наоборот, в моей отталкивающей своей худобой и изможденностью внешности был существенный плюс – мужчины не обращали на меня внимания. Кого заинтересует тощая, бледная моль без груди, с волосами, напоминающими паклю? Никого. Ура! Ведь поначалу я очень боялась, что одинокую девушку могут не только ограбить, над ней могут надругаться. Отбиваться было нечем. Меча у меня никогда не было, не успела купить да и нужды не возникало, а серебряные кинжалы… их пропил Алэр Дамарро, и при этом он не испытывал угрызений совести, а ведь это был подарок от бабушки. Единственное, что у меня осталось от нее – кулон, что висел на тонкой золотой цепочке, тщательно замаскированной под обычный заношенный шнурок. Я бы могла ее продать и на вырученные деньги неплохо жить, просто боялась лишиться памяти хотя бы о бабушке, которая вложила в нас с Фабрисом все силы, свою любовь.

Миновала зима, и с наступлением весны я добралась до соседнего государства. К тому моменту у меня уже имелись некоторые сбережения, только оседать не торопилась. Мне хотелось уйти еще дальше, туда, где никто и никогда не слышал фамилию Дамарро. И я шла, ноги сами несли по размытой дождями дороге, вдоль глубоких луж, по жидкой грязи, мимо унылых пейзажей ранней весны. То тут, то там мне удавалось оказать людям помощь. Вообще, я старалась не отказывать, даже если за работу предлагали не деньги, а продукты. Еда мне тоже была нужна, так что я обзавелась сумкой, потратила несколько часов на заговор, зато теперь в ней можно было хранить кучу разного барахла и при этом не чувствовать ни тяжести, ни каких либо еще затруднений. Это был этакий бездонный колодец, куда я и складывала заработанные деньги, продукты, купленную на смену одежду.

К середине лета я миновала еще одну границу и начала присматриваться к городкам, к населяющим их людям. Мне нравилось здесь: богатая природа, жизнь неторопливая и, судя по всему, довольно сытная, обеспеченная, поскольку даже крестьяне не выглядели измученными работой. В полях колосилась рожь или что-то на нее похожее, в садах деревья ломились от урожая фруктов, на пастбищах паслись упитанные рогатые коровы, овцы и лошади. В наших местах не каждый крестьянин мог позволить себе лошадь, а здесь была своя собственная рабочая коняга в каждом дворе.

Только я не хотела жить в сельской местности, искала город, чтобы там попробовать обустроить новую жизнь. Честно признаюсь, не удалось мне реализовать этот план. Почему? Однажды на пустынной лесной дороге, что тянулась сквозь темный еловый бор, мне встретилась странная процессия, то есть они проходили мимо, когда я устроилась на обочине, чтобы отдохнуть и перекусить.

– Не возражаете, если мы нарушим ваше уединение? – раздался тогда над моей головой приятный бархатистый голос.

Я подняла голову и обомлела, потому что передо мной стояли эльфы, точнее дроу. Десяток мужчин и женщин, а так же еще совсем юные парни и девушки. Должно быть, они состояли в родстве. Отказать им не посмела, хотя в тот момент даже не подозревала, что на несколько месяцев обзавелась не просто попутчиками, а семьей. Мы все учили в школе историю и примерно знали, почему и из-за кого темные эльфы скитаются по свету, не имея своего пристанища, не имея дома. Конечно, так жили не все, были среди дроу и те, кто умудрялся уживаться с людьми или другими расами.

– Мы идем на запад, – сказал самый старший эльф, которого звали Амадеор, – чтобы укрыться в Седых горах. Там нас точно никто не тронет.

Я нисколько не удивилась их желанию, поскольку дроу практиковали магию хаоса и еще несколько видов непривычной для людей энергии, поэтому их боялись и даже сторонились. Зато мне предложили продолжить путь вместе. Я не стала отказываться и не пожалела. С дроу было интересно, они обладали стойким и гибким характером, невзгоды и трудности могли их согнуть, даже поставить на колени, но не могли сломить их дух. За несколько сотен лет они привыкли к своему вынужденному существованию, научились выживать среди недружелюбных существ. Вот и мне удалось поучиться, дроу не жалели своего опыта, а я с жадностью, как пересушенная засухой земля, впитывала их знания, слушала старинные сказания, когда мы устраивались на ночлег, и старшие эльфы начинали вспоминать о былой жизни. Мне до одури нравились их песни, они будто шли от души, от самой сути дроу, я выучила их наречие, а женщины и девушки научили меня своим танцам. Они же помогли мне привести свою внешность в порядок, поскольку знали толк в растениях, в том, как и что нужно применять, чтобы волосы росли длинными и шелковистыми, чтобы избавиться от болезненной бледности, от ломких ногтей и всего прочего, из-за чего на меня было страшно и даже больно смотреть.

Вместе с дроу я расцвела, хотя жизнь наша не была беззаботной. Длительные переходы и отсутствие нормального дохода давали о себе знать, но тут я выручала дроу. Поскольку все эльфы, независимо от принадлежности к светлым или темным, отлично чувствуют природу, мне в голову пришла отличная идея. Когда люди воочию убедились, что после эльфийской магии в огороде растет все быстрее и пышнее, к нам потянулись. Весть по округе разнеслась быстрее, чем мы передвигались, и в каждой деревушке нас уже ждали. Эльфы рады были помочь не только с посадками, но и с любыми жизненными сложностями.

Именно тогда нам удалось накопить на пару лошадей, причем эльфы в этом тоже знали толк и выбрали самых здоровых и выносливых, хотя заплатили за них гроши. Потом удалось купить повозку, и передвигаться стало куда проще. Однако я еще не знала, что уже совсем скоро наши пути разойдутся, и сама тому стану причиной. Все дело было в том, что старший сын Амадеора начал проявлять ко мне повышенное внимание. Да что скрывать, он тоже нравился мне. Кому бы мог не понравиться стройный черноволосый парень. Чего только стоили его синие-синие глаза, прямой нос и губы. Я часами могла смотреть на его лицо и представлять, как он целуется, хотя подобного между нами не было. Линдран был застенчив и только к концу осени осмелился признаться мне в своих чувствах. Мне же казалось, что этого никогда не произойдет. Мы встречались тайком, пока другие дроу были заняты делами. Я частенько брала лошадей и под предлогом, что веду их на водопой, сбегала из лагеря. Линдран тоже находил какое-нибудь занятие и вскоре присоединялся ко мне.