Елена Фили – Детектив в ритме кастаньет. 23 детектива в испанском стиле от участников курса Елены Бриолле «Секреты испанского детектива: страсти и приключения» (страница 6)
Глория вскинула на меня глаза, как будто только заметив. Спохватилась, предложила вина. И начала говорить, как плотину прорвало. Она рассказала, что Маркус был одержим своей новой книгой, поэтому привёз их в Кармел. Он собирал материал о периоде испанской колонизации Калифорнии и миссионерах. В Кармеле Маркус надеялся получить доступ к архивам Миссионерского храма и письмам его основателя. Конечно, ведь святой Падре Серра почитается во всём католическом мире и считается крестителем Америки – такая известная и незаурядная личность.
– Нам очень понравился городок, и храм, и Миссия – волшебное место! Гид рассказала нам одну легенду, может, вы слышали, будто после заката солнца на территории Миссии иногда появляется призрак Падре Серра. Его дух охраняет её… – скорбная тень скользнула по лицу женщины. – А вчера вечером, как раз когда Маркус отправился в храм, везде вдруг погас свет! Было уже поздно, и я очень испугалась. Нет, не темноты. Было что-то ещё – какое-то тревожное предчувствие. И Нала скулила весь вечер… Знаете, у Маркуса не было врагов. Не понимаю, кто мог так с ним поступить! Почему дух святого падре не защитил его?..
Глория закрыла глаза, и слёзы вновь заблестели под слипшимися длинными ресницами. Я молча взяла её за руку.
– Глория, вы не знаете, с кем Маркус встречался в храме?
– Полиция уже спрашивала, но я правда не знаю. И сожалею, что отпустила его одного. Если бы мы с Налой были с ним…
– Только не вините себя, Глория. Это путь в никуда, поверьте.
– Спасибо, что приехали, Хэлен, – тихо проговорила она, – одной мне сейчас было бы слишком трудно…
Покидая виллу в тот вечер, я точно знала, что непременно должна помочь Глории найти убийцу её мужа!
Утром следующего дня мы с Роджерсом отправились в храм Сан-Карлос Борромео. Оказалось, что лесопарк, в котором обнаружили труп писателя, находился буквально через дорогу, занимая приличную территорию на окраине городка. Густо заросшая лесом и зеленью лощина, по дну которой протекал ручей. По склонам проложили дорожки для бега и прогулок, кое-где поставили лавочки, но некоторые уголки этого зелёного массива по-прежнему оставались дикими. Говорят, там водились койоты.
Роджерс рассказал, что машину Маркуса Лопеса обнаружили с другой стороны парка – на стоянке у начала пешеходной тропы. Труп был найден неподалёку, в кустах. Орудие убийства так и не нашли. Почему писатель остановился там, оставалось загадкой. Возможно, он решил пройтись через парк.
В храме нас встретил настоятель – пастор Микеле Жозеп – высокий худощавый мужчина под семьдесят, с седыми висками и строгим взглядом. С гордостью он показал нам территорию Миссии. К храму с часовней и колокольней прилегало здание первой в Калифорнии библиотеки, где сейчас располагался музей и сувенирный магазин, а дальше по периметру тянулось множество подсобных построек, уже современных, но выдержанных в характерном испанском архитектурном стиле – низкие строения с арочными сводами и черепичными крышами.
Кровля самого храма также была черепичной, но, похоже, довольно старой. Я заметила, что кое-где эта черепица начала осыпаться, оставляя рыжие осколки на светлом гравии дорожек. Внутри храма прямо над входом красовался огромный портрет основателя Миссии – святого Падре Серра. А его статуя, в полный рост, была установлена во дворе, куда и вывел нас пастор Жозеп, продолжая рассказывать о Миссии и её важной роли в жизни местного населения.
Я чувствовала, как нарастает раздражение моего друга – его мало интересовала вся эта католическая история, но из уважения к священнику он слушал не перебивая. Наконец, воспользовавшись паузой, инспектор спросил:
– Скажите, падре, во вторник вечером вы виделись с Маркусом Лопесом, писателем?
– Мне искренне жаль, – произнёс священник, перекрестившись и скорбно наклонив голову. – Дело в том, что он звонил мне накануне – хотел получить доступ в архив нашей уникальной библиотеки. Я предложил ему подъехать после окончания вечерней службы, когда в Миссии уже не будет посетителей. Так он смог бы спокойно поработать. Но писатель так и не появился. Вероятно, на него напали по дороге сюда. Упокой господь его душу.
– А что говорят люди? Вам же приходится общаться с прихожанами, верно? Кто мог решиться на такое зверство? – спросила я.
– А кто мог решиться на вандализм у нас в Миссии? Когда в пятнадцатом году Ватикан, наконец, причислил Падре Серра к лику святых, кто-то отрубил голову этой статуе, забрызгал всё здесь красной краской и огромными буквами написал «Святой Геноцида»! – пастор Жозеп указал на стену храма, у которой мы стояли, и продолжил, глядя в упор на Роджерса. – Полиция тогда искала голову два месяца! А виновных вовсе не нашли… Вы поищите среди потомков индейцев. Они сейчас так борются за свои права. Слышали об организации «АИД ЮКал»?
– Вы имеете в виду Движение американских индейцев Южной Калифорнии?
– Именно! Они не только хотят легализовать всех мигрантов и защищают всяческое безобразие против церкви – в двадцатом году они замахнулись на статую Колумба! Это же настоящие экстремисты!
По дороге из храма Роджерс выглядел хмурым и задумчивым. Я уже рассказала ему о встрече с Глорией Лопес накануне вечером, но больше ничем помочь не могла.
– А ведь пастор прав! – с досадой произнёс инспектор. – Это не просто убийство. Это ритуальное убийство! Отрубить голову! Если индейцы сделали такое со статуей святого, то сейчас могли пойти дальше – убить писателя, который хотел посвятить ему свою книгу. Ведь Лопес был довольно известен, верно? Ребята из полиции Кармела весь день вчера отбивались от журналистов. Хорошо ещё, никто не знает, что я назначен на это дело. И что ты мне помогаешь.
Майк попытался изобразить улыбку, адресуя её мне. Но попытку прервал сигнал его мобильного. Звонили из отделения полиции Кармела – по лицу Роджерса я поняла, что произошло что-то неожиданное.
– Они получили результаты вскрытия. Угадай причину смерти! – наконец обратился ко мне Роджерс и сам же продолжил: – Сильный удар тяжёлым предметом по голове. Пришёлся в самое темечко – мгновенное кровоизлияние в мозг. А голову ему отрубили уже после смерти. Но зачем, чёрт побери?
– Слушай, Майк, – я лихорадочно обдумывала новость, – а может быть, его убили не в лесопарке? Узнай у своих экспертов, могли ли труп привезти в парк и там отсечь голову?
– Да, такое возможно, Хэлен. Но только это ничего не даёт. А наоборот, подтверждает ритуальный характер преступления. Злоумышленники могли напасть на Лопеса, оглушить его и не рассчитать – тот скончался. А дальше они всё обставили так, чтобы другим неповадно было.
– Майк, ты говоришь, удар пришёлся в самое темечко, поэтому не оглушил, а убил? – задумалась я. – Маркус довольно высокий, судя по фото. Это какого же роста должен быть убийца, чтобы с силой стукнуть в темя?
– Как всегда, ты задаёшь хорошие вопросы, Хэлен! Пора нам пообщаться с лидером этого «АИД ЮКал».
Лидера Движения американских индейцев Южной Калифорнии звали Пилуло Сайерс. Он отказался встречаться лично, но согласился выйти на связь по Зуму, заявив, что сможет уделить нам не более двадцати минут. Роджерс негодовал, но выхода не было, ведь полиция не располагала никакими уликами против этой организации.
– Формально нам нечего им предъявить, и вызвать на допрос я его не могу!
– Значит, хорошо, что он вообще согласился с тобой разговаривать. Давай постараемся извлечь из этого пользу, – пыталась успокоить я инспектора.
Сайерс оказался смуглым мужчиной средних лет, с резкими складками у губ и жёсткой линией рта. Его смоляные волосы были аккуратно расчёсаны на прямой пробор и собраны по бокам в длинные традиционные косы, перетянутые лентами. Несмотря на все наши опасения, индеец был настроен по-деловому.
– Я в курсе криминальной хроники, – заявил он с ходу, не дав нам опомниться, – поэтому давайте сразу к делу. Могу поручиться, что «АИД ЮКал» не имеет к этому убийству никакого отношения.
Сайерс подтвердил, что многие потомки индейцев, которых теперь принято называть «коренными жителями Америки», действительно считают испанских миссионеров восемнадцатого века колонизаторами и угнетателями. Не секрет, что те насильно обращали индейцев в христианскую веру, при этом подвергая их пыткам и издевательствам, насилуя и убивая. Тому есть много исторических свидетельств, на которые долгие годы закрывались глаза. Но сегодня это уже не секрет. И Движение делает всё, чтобы как можно больше людей узнали правду.
– Вы в курсе, что территория, где расположен город Кармел, исторически была местом поселения индейцев племени Олони? – спросил нас Сайерс. – А там, где Хуниперо Серра основал свой храм, было их кладбище – священное место захоронения, они приходили туда молиться. То есть этот самый Миссионерский храм был построен на костях коренных жителей. В буквальном смысле слова. Они же и сгонялись на его строительство. Думаете, добровольно? Представляете теперь степень лицемерия, с которым творились те «богоугодные дела»?
– Тогда почему вы так уверены, что кто-то из потомков коренных жителей не мог расправиться с Маркусом Лопесом? – спросил Роджерс.
– А зачем им убивать того, кто собирался рассказать правду, инспектор? – вопросом на вопрос ответил Сайерс и отключился. Таймер показывал ровно 20 минут разговора.