Елена Эйхен – Пепел и пламя. Легенда о драконьей невесте (страница 5)

Вместо этого в груди сжался тяжёлый, холодный ком.

«Он постарел, – мелькнула предательская мысль. – Устал. Словно на его плечах лежит тяжесть всего мира».

Я резко мотнула головой, отгоняя ненужные размышления. Не моё дело, как он выглядит и что чувствует. Он сам выбрал свой путь год назад, когда бросил мне кошель с золотом вместо объяснений.

Но стоило мне закрыть глаза – перед ними снова всплывало его лицо: жёсткое, с глубокими складками у губ, с тем самым взглядом, в котором мелькнуло что-то… знакомое. Что-то, отчего сердце забилось чаще.

Неужели я всё-таки не забыла его?

Нет, нет. Как только я верну своё имя и накажу виновных – его образ исчезнет из моей головы навсегда.

Но…

«Он почти вспомнил, – поняла я с запоздалым ужасом. – Когда я сказала про тени между сосен, он почти вспомнил».

Это было опасно. Слишком опасно. И слишком рано.

Кай ждал меня у очага. Старик не поднял головы, когда я вошла, продолжая растирать в ступке какие-то травы. Но я знала – он всё чувствует.

– Ты встретила его, – произнёс Кай.

Я опустилась на скамью у стола, внезапно ощутив всю тяжесть прожитого дня.

– Встретила.

– И?

– Он не узнал меня. Даже не заподозрил.

Кай поднял на меня свои светлые, пронзительные глаза.

– А ты? – спросил он тихо. – Ты узнала его?

Вопрос застал меня врасплох. Я хотела ответить резко, уверенно, что, конечно же, узнала – это тот самый человек, который разрушил мою жизнь. Но ведь Кай совсем не то имел в виду.

Узнала ли я его? Мальчишку, что когда-то смеялся вместе со мной под небосводом Шепчущего Края? Юношу, что неловко держал меня за руку, когда мы выбирались из болот? Наследника великих драконов, что выбросил меня из своего дома прямо перед свадьбой?

Или я увидела лишь чужого, холодного лорда, чьё сердце давно покрылось льдом?

– Не знаю, – честно призналась я.

Кай кивнул, словно ожидал именно такого ответа. Он отложил ступку и подсел ближе к огню, жестом приглашая меня присоединиться.

– Расскажи мне о встрече, – попросил он.

Я послушно пересказала разговор у водопада, стараясь быть точной. О том, как Арденн появился со стражниками. О том, как я вышла из тени и бросила ему вызов. О его реакции на мои слова.

– Хорошо, – задумчиво протянул Кай. – Ты задела старую рану. Пробудила воспоминание. Это сделает его любопытным. Он вернётся.

– Я знаю, – я сжала ладони на коленях. – Я этого и добивалась. Но…

– Но? – подсказал старик, когда я замолчала.

– Но когда я увидела его, – медленно произнесла я, – я почувствовала не только гнев. Там было… – я запнулась, ища правильные слова, – что-то ещё. Что-то, чего не должно быть.

Кай долго молчал, глядя в огонь.

– Сердце редко подчиняется разуму, дитя, – сказал он. – особенно когда речь идёт о тех, кого мы когда-то любили.

– Я не люблю его. Ненавижу за то, что он сделал.

– Любовь и ненависть – две стороны одной монеты, – мягко ответил Кай. – Обе требуют страсти. Жгут душу. Безразличие – вот истинная противоположность любви. А ты, дитя моё, совсем не безразлична к нему. Так что берегись.

Я хотела спорить, но не стала. Кая не обманешь. Если бы я была безразлична, встреча с Арденном не оставила бы меня такой… опустошённой.

– Что мне делать? – тихо спросила я.

– Ты уже знаешь ответ, – Кай положил тёплую, сухую ладонь мне на плечо. – Он вернётся. И ты встретишь его снова. Но на этот раз будь осторожнее. Не подпускай его слишком близко. Ни к своей тайне, ни к своему сердцу.

Я кивнула, хотя внутри всё сжалось от противоречивых чувств.

– Он должен нуждаться во мне, – произнесла я, словно напоминая себе о плане. – Должен понять, что без моей помощи ему не справиться с Недугом. Только тогда я смогу потребовать то, что мне нужно.

– А потом? – спросил Кай. – Когда получишь всё это, что будешь делать потом?

Я открыла рот, но ответа не нашлось.

Я не думала о «потом». Весь год я жила только ради этого момента – момента, когда они все встанут передо мной на колени и признают свою ошибку. А Арденн поймёт, как он был неправ. Что будет после… я не знала.

– Иди отдохни, – мягко сказал Кай, видя моё замешательство. – Завтра будет новый день. И новые испытания.

Я вышла из хижины в сгущающиеся сумерки. Воздух был прохладным и пах вечерней росой. Я прошла к краю поляны, где земля обрывалась, открывая вид на тёмную чащу Шепчущего Края.

Вереск молча улёгся у моих ног, положив тяжёлую голову на лапы. Сойка спустилась с ветки и устроилась на моём плече, тихонько посвистывая.

Я обняла себя за плечи, чувствуя, как ночной холод пробирается под одежду. Так и стояла, вслушиваясь в стрекот сверчков и глухое кваканье болотных жаб.

– Лианна?

Я вздрогнула и обернулась. Из темноты вышел Тир. Его силуэт был почти неразличим в сумерках, но я узнала бы его и в полной тьме.

– Ты давно здесь? – спросила я.

– Достаточно, – он подошёл ближе, и я увидела напряжение в его лице. – Я видел, как ты вернулась. Видел твоё лицо. Ты встретила его?

Я кивнула.

Тир шагнул ближе, и теперь я видела его глаза, тёмные и горящие.

– Он причинил тебе боль, Лианна, – добавил он. – Не позволяй ему сделать это снова.

Он протянул руку и осторожно коснулся моего плеча. Прикосновение было тёплым, успокаивающим. Надёжным.

С Тиром всё было просто. Он не задавал сложных вопросов, не будил противоречивые чувства. Он просто был рядом, верный и преданный.

Я опустила глаза, не решаясь ответить. Холод ночи уже не чувствовался – только странное, тревожное ожидание под кожей.

Я знала: завтра мы встретимся снова. Я чувствовала это.

Глава 3. Лес затаил дыхание

Мы выследили вепря на рассвете.

Тир заметил следы ещё вчера вечером – глубокие борозды в земле, слишком широкие для обычного зверя, и сладковатый запах гнили, что витал в воздухе. Недуг. Он пометил это место в памяти, а утром мы вернулись сюда вдвоём.

Я шла за ним по едва заметной тропе, наблюдая, как он двигается. Тир – часть леса – бесшумный, текучий, настороженный. Каждый его шаг был выверен, каждый поворот головы – осмысленным. Он не просто выслеживал зверя. Он чувствовал его, как хищник чувствует добычу.

– Близко, – прошептал он, не оборачиваясь.

Я кивнула, хотя он не видел. Закрыла глаза на мгновение и позволила магии просочиться сквозь подошвы моих сапог в землю. Шёпот леса отозвался мгновенно – тревожный, напряжённый. Деревья чувствовали присутствие искажённого существа и шарахались от него, как от гнойной раны.

«Там», – указала я мысленно, и Тир, словно услышав, резко свернул влево.

Мы вышли на небольшую поляну, где земля была изрыта, а молодые деревца сломаны и вывернуты с корнем. Посреди хаоса стоял вепрь.

Когда-то он был обычным лесным кабаном. Теперь же его шкура покрылась наростами – узловатыми, пульсирующими, словно живыми. Клыки выросли до чудовищных размеров и искривились. Из пасти капала чёрная слюна, а маленькие глазки горели нездоровым, лихорадочным блеском. Но как будто этого мало, он разносил заразу по лесу, и сам ежечасно терпел невыносимую боль.

Зверь почувствовал нас и развернулся. Рык, что вырвался из его груди, заставил меня вздрогнуть – это был не звук животного, а что-то искажённое.