Елена Дейнега – Слово (страница 8)

– У вас… Всё хорошо? – тот, кого Генри точно не ожидал увидеть сегодня. Джонсон. Его голос звучал непривычно мягко и обеспокоенно

«Ничего себе…» – подумал Генри, медленно выравниваясь и поднимая голову.

– Да, всё в порядке. – поспешил заверить он, натянуто улыбаясь.

– Выглядите… Как… Заболевший. – глаза Джонсона казались потухшими, лицо бледным, а губы сухими и тонкими. Он понимал состояние психолога, как никто другой.

– Нет, я здоров. У тебя что-то случилось?

Джонсон помолчал недолго.

«Когда его уже на таблетки переведут?»

– Я должен был прийти к вам вчера… Но я не хотел…

– Передумал? – спросил Генри, не став дожидаться, пока Джонсон закончит мысль.

– Да. – ответил он, продолжая стоять в дверном проёме, крепко вцепившись в ручку.

Генри вздохнул и молча указал на два диванчика.

– Итак, о чём сегодня пойдёт речь? – спросил он, усаживаясь на место с блокнотом в руках.

– Я боюсь… Что не смогу… Вернуться в общество. – проговорил Джонсон, устремив взгляд куда-то в пол.

– В… Каком смысле? – уточнил психолог.

– Моя болезнь… Она прогрессирует. И я это знаю. Я боюсь… Что, если однажды я потеряю связь с собой?… Я и так провёл уже немало времени в больнице… Что, если однажды я останусь тут навсегда?

Генри снова вздохнул. Он мог понять опасения Джонсона: если верить тому, что утверждал Стивен – его случай выглядит совсем непросто.

«Но он по-прежнему всё тот же капризный подросток, не желающий пить прописанные ему таблетки». – напомнил себе Генри. – «К тому же – сейчас он под препаратами и плохо соображает… Впрочем, я тоже».

Джонсон больше не был похож на прежнего себя. Сейчас перед Генри сидел не ребёнок, а сгорбленный старик, готовившийся поставить крест на всей своей дальнейшей жизни.

– Ты знаешь, Джонсон, – начал он осторожно. – твои опасения вполне естественны. Любой человек, оказавшийся в подобной ситуации, будет беспокоиться о своём будущем… И именно поэтому тебе так важно следовать назначенному лечению. Твои таблетки помогают контролировать симптомы, и не дают болезни развиваться быстрее.

– А если они не помогут? – в голосе Джонсона прорезалась паника. – Что, если однажды я просто перестану быть собой?… Я уже перестал чувствовать себя таким… Все эти тени… Голоса… Я постоянно вижу их… Вы когда-нибудь чувствовали чужую руку на своём плече?

Генри приподнял одну бровь, но ответил:

– Бывало.

– А теперь представьте себе… Как вы оборачиваетесь… А там никого. Мне, вот – и представлять не надо. – его голос дрогнул.

Генри помолчал, обдумывая ответ. Он понимал, что сейчас не время для утешительных фраз – Джонсону, как никогда прежде, нужна правда.

– Да… Страшновато. – наконец произнёс он. – Но давай разберёмся с твоими страхами по порядку? Первое: ты уже доказал, что способен справляться с трудностями. Второе: современная медицина не стоит на месте. И третье: ты не один. Тебя окружает команда специалистов, готовых помочь.

Джонсон молчал, обдумывая слова психолога. Генри видел, как в его глазах мелькает борьба между страхом и надеждой.

– Специалистов? – неожиданно спросил Джонсон. – Я вижу специалиста в вас. Но они… – тут он махнул головой в сторону двери. – Едва ли достойны этого слова.

Генри натянуто улыбнулся во второй раз – всего на пару секунд.

– Благодарю за признательность. Но почему ты так думаешь?

– Потому, что они не слышат меня. – тихо произнёс Джонсон, опустив взгляд. – Они просто делают укол и уходят… А я остаюсь один на один со своими страхами, с этими тенями… С голосами… А ваш психиатр?

– Что наш психиатр? – спросил Генри, приподняв брови.

– Я много врачей видел… Но он… Вы хоть раз видели, как он общается с пациентами?

– Бывало, конечно. Мы же работаем вместе. – Генри кивнул.

– Он даже дослушать не хочет, а уже диагноз лепит… Ну кто так делает?

Психолог не знал, что на это ответить. Признаться честно? Сказать: «да, Стивен полная бездарность»? Но… Так же нельзя…

– Ты прав в том, что каждый случай уникален. – осторожно начал он. – И подход к лечению должен быть индивидуальным. Но давай тогда, в таком случае, поговорим о том, как мы можем улучшить твоё взаимодействие с врачами?

Джонсон поднял глаза:

– Улучшить? Как? Они же…

– Мы можем начать с того, что ты будешь более открыто рассказывать о своих ощущениях. – перебил его Генри. – О том, что ты чувствуешь, когда видишь тени, слышишь голоса. Это поможет врачам лучше понять твоё состояние и подобрать правильное лечение. К примеру, когда я посещал тебя в последний раз – ты не выказал особого желания общаться со мной. Поэтому, вполне вероятно, что часть твоей вины в том тоже имеется.

– А если они снова меня проигнорируют?… У них таких, как я, ещё целая больница.

– Тогда я постараюсь помочь тебе.

Джонсон молчал.

– И всё же… Я не верю в то, что смогу справиться с этим… Мой разум… Не подчиняется мне.

«Мой иногда тоже…» – промелькнуло в голове Генри.

– Джонсон, давай посмотрим на это с другой стороны. Твой разум – не враг. Это твоя часть. Такая же неотъемлемая, как руки, ноги, глаза…

– Но глаза можно выколоть, – сказал Джонсон и слабо улыбнулся.

– А… – Генри открыл рот, тут же закрыл. Задумался. – Ну, да, но… Не думаю, что это хорошая идея.

В кабинете повисла тяжёлая тишина.

– Я… Пошутил. Простите. – произнёс Джонсон, опустив голову.

– Знаешь, Джонсон, – медленно произнёс психолог, – иногда нам всем кажется, что мы теряем контроль над собой. Но это не значит, что мы действительно теряем его… Просто наш мозг любит играть с нами в странные игры.

Джонсон слегка кивнул.

– А что, если… – начал он, но замолчал, будто боясь произнести свои мысли вслух.

– Что «если»? – мягко подтолкнул его Генри.

– А что, если я причиню кому-то вред? – наконец выдавил Джонсон. – Из-за голосов, теней… Я боюсь этого больше всего.

«Он кидался на фельдшеров». – прозвучали в голове слова Стивена.

– Джонсон, – произнёс он медленно, стараясь, чтобы голос звучал максимально спокойно и уверенно. – я понимаю твой страх. И он абсолютно обоснован. Но давай попробуем разобраться с ним вместе?

Психолог наклонился чуть вперёд, чтобы установить более тесный визуальный контакт с пациентом.

– Ты знаешь, что твои страхи – это часть болезни. И это нормально: чего-то бояться. Но важно понимать: ты – не твои страхи. Ты – не твои голоса. Ты – это ты. И все окружающие прекрасно понимают, что у тебя имеются проблемы, которые могут так или иначе влиять на твоё состояние, поэтому винить тебя тоже никто не станет. В любом случае: пока что не произошло ничего действительно страшного, поэтому и беспокоиться тоже не о чем.

Генри сделал паузу, давая пациенту время осмыслить сказанное.

– И ещё одно: ты не одинок. Мы здесь, чтобы помочь тебе и другим пациентам контролировать эти состояния. Мы можем разработать план действий на случай, если ты почувствуешь, что теряешь контроль.

Психолог вырвал лист из блокнота и взял в левую руку ручку.

– Давай запишем: что ты можешь сделать, если почувствуешь, что что-то не так? Какие техники дыхания ты знаешь? К кому можешь обратиться за помощью?

Ещё около десяти минут они обговаривали все эти вещи.

– Вот, например, техника «квадратного дыхания». – Генри взял маркер и нарисовал на листе квадрат. – На каждом углу делаем остановку. Вдох на четыре счёта, задержка, выдох на четыре, ещё задержка. Это помогает вернуть контроль над телом.

Джонсон внимательно следил за его объяснениями, иногда кивая. Было видно, что ему становится легче от осознания, что у его состояния есть конкретные инструменты управления.