Елена Дейнега – Добро пожаловать в загробный мир! (страница 9)

Эш поморщился.

«Бедная женщина…» – подумал он. – «Не самая приятная смерть».

Девять ноль ноль. Эш вошёл в квартиру и услышал звук, который обычно сопровождает потерявшего сознание человека. Громкий, резкий, глухой. Что-то упало на пол… Нечто стеклянное и, должно быть, очень хрупкое. Эш никогда не был любителем смотреть на трупы, но сейчас решил заглянуть вглубь квартиры.

Он шагнул на кухню – и застыл. Сара лежала на холодном полу, а рядом блестели осколки разбитой чашки. Её лицо выглядело неестественно бледным, веки сомкнуты. Холодная волна тревоги подкатила к горлу, но Эш тут же сжал её в кулак – сейчас нельзя, просто нельзя поддаваться эмоциям. Жнец неспеша открыл книгу и начал записывать последние моменты жизни Сары. Его рука плавно двигалась по странице, фиксируя каждую деталь.

Девять ноль одна. Последний, едва слышимый вздох вырвался из груди женщины. Эш закончил писать и закрыл книгу. Ещё пара секунд – и они встретятся.

«И опять начнутся вопросы в духе: „Как ты сюда попал?!“; истерики, слёзы…»

Но женщина отреагировала на удивление спокойно. Эш редко встречал подобных людей.

– Ой… – было первым, что он услышал, когда женщина увидела себя же, но со стороны и на полу. Потом она повернулась к жнецу. – О, вы за мной?

Эш поначалу немного опешил.

«Чего? Так просто?» – думал он, округляя глаза и не веря в реальность происходящего.

– А… Да. Добро пожаловать в загробный мир, – сказал он, едва не растерявшись.

Женщина снова повернулась к «себе».

– Эх, какая жалость… А я-то думала, что у меня ещё так много времени! – размышляла она вслух, раздосадовано качая головой.

– Я понимаю, что это может быть неожиданным, – произнёс Эш. – Но иногда жизнь меняет свои планы, и мы никак не можем это контролировать.

– Я просто не думала, что уйду так рано. У меня были дела, мечты… Хотя вам, наверное, на это наплевать? Вы же смерть… Или ангел какой? – она повернулась к Эшу, внимательно разглядывая каждую деталь его костюма.

Эш попытался улыбнуться, но вышло не очень хорошо.

– Не думаю, что вид ангела вам понравился бы… Но вы почти угадали. Я – жнец.

– А это почему ещё? – спросила Сара. – Разве они не похожи на вас? Ну, знаете, эти люди с белыми крыльями…

Эш усмехнулся. Ему лишь однажды довелось увидеть ангела в его истинном виде… И зрелище это, признаться честно, не для слабонервных.

– Увы, но нет. Я тоже не обладаю крыльями или светящимся ореолом, как видите… – ответил Эш. – Моя задача – провожать души в загробный мир, а не вести их к небесам.

Сара нахмурилась.

– О’кей, а где тогда коса? Или плащ чёрный, хотя бы?

«Люди… Как же много всяких глупостей в их головах!»

Эш просто не смог удержаться от того, чтобы приложить руку к лицу.

– Мы не выглядели так никогда. И не будем. Вообще-то, жнецы достаточно продвинутые ребята, и мы, в отличие от тех же ангелов, активно следим за модой в мире живых, – пояснил он, убирая руку.

Сара рассмеялась, и смех её был лёгким и искренним, что удивило Эша. Он не ожидал, что душа, только что покинувшая своё тело, сможет так просто воспринимать сложившуюся ситуацию.

– Вы совершенно не похожи на того, кого мы себе обычно представляем! – сказала она, всё ещё улыбаясь. – Но мне это даже нравится.

Эш кивнул и достал увесистую металлическую связку. На этот раз в его руке был синий ключ.

– Что ж, прошу пройти за мной, ведь вам уже пора…

В коридоре Эш столкнулся с Алексом.

– Ну и день сегодня! – жаловался Алекс старому знакомому. – Одни синие, вот честное слово! Что за напасть?

– Да, у меня примерно так же, – согласился Эш. – Правда, первая была «зелёной», хотя там внезапная остановка сердца… А у второй аневризма в мозгу.

Алекс наклонил голову, нахмурив брови.

– Это… Что такое? – спрашивал он у Эша.

– Сосуд в голове. Сначала он вздувается, а потом – раз! – лопается. И человек умирает от кровоизлияния. Ну, это если кратко…

Алекс сделал лицо, по которому можно было прочесть «ничего себе!» без лишних слов.

– А у меня один с раком утром был… Такой славный малый. Аж жаль его стало.

– Да, я видел вас.

Алекс снова опешил. Эш поспешил объяснить:

– Меня отстранили от работы до утра. Потом я выполнил первую задачу и обнаружил, что имею в запасе довольно много времени. Решил прогуляться… А тут как раз ты с ним стоял.

Алекс кивнул, его лицо стало серьёзным.

– Он был хорошим парнем. Всегда улыбался. Даже тогда, когда было совсем тяжело, – он вздохнул, как будто пытался избавиться от грустных воспоминаний. – Это так несправедливо.

Эш согласился с ним.

– Да, это действительно несправедливо, – ответил он, стараясь выразить поддержку. – К слову, та женщина с аневризмой… Она меня удивила.

– Чем? – Алексу стало интересно.

– Своим спокойствием. Я и впрямь немного удивлён. Обычно души не так спокойно воспринимают свою смерть. Это было… Неожиданно.

– Может быть, она была готова уйти? Или просто приняла свою судьбу? Это бывает, хотя и не так часто, как хотелось бы.

– Может быть… – задумчиво согласился Эш.

– Среди детей такое, к слову, нормально. Не знаю почему, но я редко встречаю малышей, которые боятся или плачут… Хотя и от жнеца тоже многое зависит.

Следующая душа. И снова – погибший от болезни.

«Да что за день сегодня такой?» – думал Эш, листая книгу.

На последней странице было написано: одиннадцать ноль пять – умер от рака лёгких. Эш закрыл книгу.

Одиннадцать ноль два. Он прибыл в больницу. Запах средств для дезинфекции и лекарств напоминал о том, что здесь каждую минуту происходит настоящая борьба за жизнь. К сожалению, его сегодняшний «пациент» эту борьбу проиграл.

На стенах развешены фотографии врачей. Эш остановился, чтобы рассмотреть некоторые из них… И это вызвало у него странные чувства.

Он забыл, кем являлся при жизни. Не помнил, чем занимался тогда. Не знал имён друзей и родителей… Но были вещи, которые остались с ним, несмотря на потерю памяти: характер, интеллект… Некоторые знания и навыки.

Ему никто не рассказывал о том, что из себя представляет аневризма, например. А всё потому, что он уже знал это. Его не обучали помощи людям, находящимся в горящих помещениях. (А для чего им это вообще? Он же жнец!) Ему не рассказывали о том, что та череда нажимов на грудь и вдохов воздуха через рот (в соотношении тридцать на два!) называется сердечно-лёгочной реанимацией. Он и так всё это знал. Сам. Без чьего-либо вмешательства.

Эш сверился с часами и побрёл по коридору в направлении нужной ему палаты.

Одиннадцать ноль три. Жнец подошёл к двери. На ней висела табличка с именем: «Нэл Мартин». Эш нажал на ручку и увидел человека, лежащего на больничной кровати. Худой, бледный… Нет, практически серый. Глаза и скулы запали достаточно глубоко для того, чтобы теперь этот мужчина напоминал живую (пока что) мумию. Правда, мумии обычно обмотаны бинтами, а мужчина был весь в каких-то проводах и трубках.

Одиннадцать ноль четыре. В палате царила тишина, нарушаемая тихим гудением медицинского оборудования и редкими вздохами Нэла. Эш сел на край кровати. Теперь осталось только ждать… Он стучал ногой по полу так, что это напоминало тиканье часов: «Тук, тук… Тук, тук… Тук, тук…»

Эш почувствовал, как в воздухе повисло незримое напряжение. Время неумолимо движется вперёд и совсем скоро Нэл покинет мир живых.

Одиннадцать ноль пять. Он сделал глубокий вдох. Эш наблюдал за тем, как грудная клетка мужчины вначале медленно поднимается, а затем точно так же опускается.

«Ещё пара мгновений…» – подумал Эш и оказался абсолютно прав, ведь совсем скоро Нэл перестал дышать.

Аппаратура начала пищать. В палату вбежало несколько врачей. Эш встал со своего места, перейдя в угол и открывая книгу.

– Нэл Мартин… Родился тридцатого ноября, умер десятого апреля в одиннадцать ноль пять, в возрасте сорока восьми лет. Причина: рак лёгких. Душу забрал жнец из отдела по делам взрослых людей, Эш, – записал он в книгу.

Он закрыл книгу. Некоторое время наблюдал за суматохой, развернувшейся в палате. Врачи старались сделать всё возможное, но Эш знал, что для Нэла уже ничего не изменится: он покинул мир живых, и его душа теперь находится с ним. Нэл, как и многие другие, не сразу осознал, что произошло. Его растерянный взгляд метался по комнате.