Елена Брандукова – Под маской Крика: Обгон судьбы (страница 1)
Елена Брандукова
Под маской Крика: Обгон судьбы
Глава 1: Искусство исчезать
Мадридское утро не знало сострадания. Оно ворвалось в комнату Альбы агрессивным клином раскаленного света, высвечивая каждую пылинку в воздухе, который за последние три дня превратился в смесь картона, скотча и застарелой тоски.
Альба стояла босиком на холодном паркете, глядя на ровные ряды коробок. На каждой из них её отец, Фернандо Кастель, вывел четким почерком: «Кухня», «Кабинет», «Спальня 2». Никаких имен. Никаких лишних слов. Только функциональность, возведенная в абсолют. Так он справлялся с катастрофой – превращая хаос рухнувшей жизни в упорядоченную опись имущества.
Она подошла к окну. Вид на уютную улицу престижного района Саламанка, который она знала с рождения, теперь казался декорацией к чужому фильму. Через десять минут за ними приедет грузовик, и фамилия Кастель официально перестанет существовать в реестрах этого дома.
– Альба, проверь ванную. Ничего не должно остаться, – голос отца донесся из коридора. Он был ровным, лишенным всяких эмоций, словно он зачитывал сводку происшествий.
Фернандо Кастель изменился за последний месяц. Его плечи стали еще шире, а лицо – каменной маской. Смерть жены в авиакатастрофе над Атлантикой превратила его в механизм, который просто выполнял задачи: организовать похороны (символические, ведь океан не отдал тело), продать поместье, подать рапорт о переводе.
Альба молча зашла в ванную. На полке остался забытый флакон маминых духов. Она взяла его, вдохнула аромат жасмина и горького апельсина, и на секунду ей показалось, что она сейчас задохнется.
Она не стала класть флакон в коробку. Она спрятала его глубоко в карман худи, чувствуя, как холодное стекло обжигает бедро. Это было всё, что она забирала из Мадрида.
– Альба, машина внизу. Пора, – голос отца донесся из коридора. Сухой и твердый, как щелчок предохранителя.
Дорога на юг заняла пять бесконечных часов. Внедорожник отца, тяжелый и мощный, напоминал бронированную капсулу. Фернандо вел машину безупречно: руки на руле в положении «десять и два», спина прямая, взгляд прикован к горизонту. Смерть жены не сломала его, она его зацементировала. Теперь он был не просто человеком, а комиссаром полиции, получившим назначение в Марбелью-дель-Сур.
Альба сидела на пассажирском сиденье, уткнувшись в телефон. На экране мелькали старые фотографии, но она почти не видела их, погруженная в свои мысли.
Где-то на середине пути, на скоростном шоссе А-4, тишину салона разорвал визг. Ярко-желтая «Порше» на огромной скорости вылетела из левого ряда, подрезая их внедорожник так резко, что Фернандо пришлось ударить по тормозам. Машину качнуло, в багажнике глухо ударились друг о друга коробки.
– Проклятье… – Фернандо выпрямился, его пальцы на руле побелели. Он проводил взглядом уходящую «Порше», которая уже виляла между другими машинами, исчезая в мареве раскаленного асфальта. – Самоубийцы. Им кажется, что законы физики на них не распространяются.
Альба даже не подняла головы. Она продолжала смотреть в экран, перелистывая снимки, словно ничего не произошло. Её лицо оставалось каменным, застывшим в маске безразличия.
– Альба? Ты в порядке? – отец бросил на неё быстрый, встревоженный взгляд.
– Да, папа, – тихо ответила она, не отрываясь от телефона. – Просто какая-то машина. Какая разница.
Когда они въехали в Марбелью, солнце уже окрашивало Средиземное море в цвет запекшейся крови. Город встретил их запахом соли и нагретого асфальта. Их новый дом находился в закрытом квартале для семей офицеров. Стерильно белые стены, одинаковые заборы, подстриженные по линейке газоны. Тихий, безопасный рай.
– Располагайся, – отец поставил её чемодан на кровать в новой спальне. – Завтра в девять я отвезу тебя в школу. Постарайся поспать.
Альба дождалась, когда дверь закроется. Только тогда она позволила себе сесть на край кровати. Она подошла к окну и отодвинула тяжелую штору. Перед ней раскинулся город, который должен был стать её убежищем или её тюрьмой. Где-то внизу змеилась тонкая нить шоссе, по которой то и дело проносились яркие вспышки фар.
Она стояла там долго, чувствуя холод стекла лбом. Альба Кастель, семнадцатилетняя сирота в теле отличницы. Девочка, которая в совершенстве овладела искусством исчезать в собственной тишине.
Она выключила свет и легла в постель. Завтра ей предстояло снова надеть маску, застегнуть белую рубашку на все пуговицы и войти в новый класс, не поднимая взгляда. И та же самая пустота внутри, которую она поклялась охранять любой ценой.
Глава 2: Встреча взглядов
Утро в Марбелье пахло солью и разочарованием. Альба стояла перед зеркалом, застегивая пуговицы ослепительно белой рубашки. Ткань казалась накрахмаленной до хруста, сковывая движения, словно смирительная рукашка. Она затянула волосы в тугой, безупречный хвост – ни один волосок не должен был выбиться из этой идеальной картины.
– Альба, завтрак на столе, – крикнул отец снизу.
Она спустилась в кухню, где Фернандо уже сидел с чашкой черного кофе. На нем была свежая форма. Жетон комиссара на груди отражал солнечные блики, слепя глаза.
– Удачи в первый день, – он на мгновение коснулся её плеча. Это было высшим проявлением нежности, на которое он был способен. – Помни: ты здесь чужая, пока не докажешь обратное. Просто делай то, что у тебя получается лучше всего – учись.
Институт находился в живописном месте, но Альбе он показался крепостью. Огромные ворота, толпы подростков в дорогих брендах и смех, который разлетался по парковке, как искры от костра.
Фернандо высадил её у самого входа. Черный полицейский внедорожник привлек внимание сразу – десятки глаз уставились на Альбу, когда она вышла из машины. «Дочка фараона», – прочитала она в их колючих взглядах. Отличное начало для того, чтобы стать невидимкой.
Она шла к главному входу, глядя себе под ноги и сжимая лямки рюкзака. Но воздух внезапно прошил звук, который заставил толпу вмиг замолчать.
На парковку, игнорируя ограничители скорости, влетела иссиня-черная Nissan Silvia S15. Она выглядела как хищник среди травоядных: расширенный кузов в агрессивном обвесе, карбоновый капот и диски, сверкающие под солнцем Андалусии. Это была не просто машина – это был инженерный шедевр, на который в этом городке молились все любители скорости.
Машина замерла в эффектном заносе, подняв облако серой пыли. Дверь открылась, и из салона вышел Матео.
Он был воплощением всего, от чего отец пытался оградить Альбу. Высокий, с дерзким разворотом плеч и лицом, которое казалось высеченным из камня, если бы не вечная насмешливая ухмылка. Темные волосы были небрежно взлохмачены, а на скуле белел едва заметный шрам – метка тех, кто не привык вовремя тормозить. На нем была простая черная футболка, открывающая татуировки на предплечьях, но он носил её с таким видом, будто это был королевский плащ. Матео был не просто бунтарем, он был законом этой школы.
С пассажирского сиденья выпорхнула девушка. Лусия. Высокая, на бесконечных каблуках, в юбке, которая едва прикрывала бедра. Она тут же собственнически переплела свои пальцы с пальцами Матео, одарив окружающих взглядом королевы, осматривающей свои владения.
Альба замерла у края тротуара. Она не хотела смотреть на Матео, но её взгляд – профессиональный, цепкий – невольно зацепился за радиаторную решетку его «Ниссана».
Когда пара проходила мимо, Альба, сама того не ожидая, произнесла в пустоту, но достаточно громко:
– Garrett G30? Для такой жары твой интеркулер – просто кусок мусора. Он задохнется раньше, чем ты доедешь до третьего поворота на серпантине.
Матео остановился. Тишина на парковке стала звенящей. Он медленно снял зеркальные очки, и Альба кожей почувствовала, как его внимание сфокусировалось на ней, словно луч лазера. Он окинул её взглядом – неторопливо, дерзко, с ног до головы.
Для него она была воплощением всего, что он презирал: стерильный порядок Мадрида. Белая рубашка с острым воротничком была застегнута на все пуговицы, подчеркивая тонкую шею и бледность кожи, которая казалась почти фарфоровой под безжалостным солнцем Андалусии. Темно-каштановые волосы, затянутые в тугой высокий хвост, открывали высокие скулы и прямой нос – классическая красота, холодная и строгая.
Но когда его взгляд дошел до её глаз, он на секунду запнулся. Это были не глаза напуганной отличницы. Огромные, цвета темного янтаря, они смотрели на него с таким ледяным спокойствием, что Матео почувствовал странный укол азарта. В её осанке, в том, как она твердо стояла на асфальте в своих начищенных лоферах, было что-то глубоко неправильное.
Слишком уверенная поза для той, кто только что сошла с подножки полицейского внедорожника.
Она выглядела как дорогая фарфоровая кукла, внутри которой внезапно обнаружили стальной стержень.
– Прости, что? – Матео усмехнулся, делая шаг к ней. Его парфюм – смесь сандала, дорогого табака и жженой резины – мгновенно заполнил всё пространство между ними. – Мадридская принцесса разбирается в давлении наддува? Или это папочка научил тебя паре слов из протоколов обыска?