Елена Борода – Чужой каменный век (страница 5)
Один из близнецов от избытка чувств треснул второго по голове. Тот заверещал и тоже полез драться.
Про Евдокию все забыли.
– Я тебя сейчас запру! – прогремел отец. – Посидишь в подвале, пока не одумаешься!
– Ни за что! – крикнул Мике. – Воспитывай своих мальков. А с меня хватит!
Он развернулся и выбежал из дома. И они вновь оказались на улице, на ветру и под дождём. Сначала Мике бежал, потом замедлил шаг.
– Есть поблизости крыша какая-нибудь? – спросила Евдокия, которой хотелось сейчас только одного: высохнуть и согреться. – Хоть пещера или подвал, что ли… Слышишь?
Мике молчал.
– Давай уже решай что-нибудь, пока мы не замёрзли! – крикнула она.
Мальчишка остановился и круто развернулся лицом к ней.
– Не смей мне приказывать! – вскипел он. – Ты не можешь мне приказывать, не можешь! Я мужчина!
– Сопли сначала вытри, – посоветовала Евдокия. – Мужчина!
Мике испуганно утёрся, чем выдал себя с головой. Ревел, значит.
– Пойдём, – сказал он.
– Вот и ладно.
У неё получилось «ланно» – насморк, последствие ледяного душа.
– У тебя есть друзья вообще? – спросила она. – Или здесь все такие, как этот Сим и его дружки?
– Почти все, – буркнул Мике.
Они добрели до крытой лодочной стоянки. Лодки покачивались, похожие на больших и толстых рыб. Мике подошёл к одной из них, забрался внутрь и растянул над головой брезент. Общая крыша защищала от дождя, а брезент кое-как прикрывал от ветра.
Мике вытащил откуда-то куртку, такую же, как у него самого, но совсем сухую, протянул Евдокии.
– Вот, возьми. Из одежды больше ничего нет.
Она накинула куртку. Это мало помогло: на ней уже не осталось ни единой сухой нитки. Но не на голое же тело надевать!
Мике поёжился и передёрнул плечами.
– Холодно, – сказал он, будто бы удивляясь. – И есть хочется.
– На, держи!
Она залезла в рюкзак и выудила оттуда шоколадный батончик. Разломила пополам и протянула одну половинку Мике.
– Спасибо, – поблагодарил тот.
Но, попробовав угощение, скривился.
– Сладкое?
– Ну, – подтвердила Евдокия, дожёвывая свою половинку. – А ты чего ждал?
– У нас только лечебные сиропы такого вкуса. Но тут уж ничего не поделаешь – лекарство.
– Ну, тогда считай, что это лекарство.
Евдокия прикрыла глаза. Голова отяжелела. Она снова чихнула. Так недолго и воспаление легких заработать. Нужен огонь!
Она завозилась, роясь в карманах. Наконец нащупала зажигалку. Выручила один раз, пригодится и во второй. Однако, отсыревшая зажигалка никак не реагировала на щелчки и встряхивания.
– Ты что там делаешь? – забеспокоился Мике.
Вместо ответа Евдокия протянула ему наконец-то встрепенувшийся язычок пламени.
– Ура, – прокомментировала она.
В ту же секунду Мике, подскочив, ударил её по руке, выбив зажигалку. Зажигалка упала за борт и утонула.
– Ты что сделал? – в бешенстве закричала Евдокия.
– Так нельзя!
– Да почему?!
– Это же огонь!
– Что ты говоришь! А я думала, как минимум ядерный взрыв! Можешь вообразить, что я уже вышла из возраста, когда спички детям не игрушка! Да и ты, как ни странно, тоже!
Но глаза Мике были полны ужаса. Руку, которой ударил, он спрятал за спину, словно даже взглянуть на неё боялся. И тут Евдокия узнала, что эта странная цивилизация не знала огня. С живым пламенем они встречались только в случае стихийных бедствий: пожаров или извержений.
Но, по сути, люди не очень-то и нуждались в огне. Острова были тёплыми, климат – до недавнего времени – мягким, дома в отоплении не нуждались, а готовить пищу… Мике уверял, что гортанзиевый песок или даже небольшая плита гортанзии вполне годились для того, чтобы довести рыбу до съедобного состояния.
– Каменный век какой-то, – пробормотала Евдокия.
О костре пришлось забыть. Развести его теперь было нечем. Да у неё и сил не осталось.
Предстояла долгая холодная ночь, а потом утро – и неизвестность…
5.
Ей уже начало что-то сниться, какие-то водопады и краны, из которых хлестала ледяная вода, и она, сознавая, что это не наяву, сердилась на то, что даже во сне не может насладиться теплом и сухостью.
Вдруг лодку качнуло. Евдокия открыла глаза. Она всё ещё наполовину дремала, и толчок показался довольно ощутимым. Мике смотрел на неё, ухватившись за борт. Не показалось. Снова глухо ударило снизу. А мгновение спустя показалась знакомая морда с блестевшими в темноте глазами.
– Лаки! – радостно воскликнул Мике. – Ты как здесь оказался, как?
Кадарх фыркнул, словно удивился вопросу.
– Видел из океана вспышку живого огня. Такую же, как на мосту. Я был уверен, что вы вместе, – ответил он. – Хал-Мике-старший приходил к мосту и, кажется, звал тебя.
– Грозился?
Лаки ушел под воду и вынырнул с другой стороны.
– Больше тревожился. Так мне показалось, – сказал он, качаясь на волнах. – А что произошло?
Кадарх странно выговаривал шипящие звуки. «Произохло» – что-то вроде этого.
– Я ушёл из дома, – мрачно признался Мике. – И теперь нам некуда идти.
Кадарх ненадолго задумался, погрузившись в воду, так что видны были только его чёрные зеркальные глаза.
– У меня есть одна идея, – признался он. – Но вам сейчас опасно выходить в океан на лодке. А одному мне вас не утащить. Ага!
Он вновь нырнул.
– Что? – тревожно спросил Мике, перегнувшись через борт.
– Ждите здесь, – быстро проговорил Лаки.
И скрылся в темноте.
Мике перебрался назад и стал отвязывать лодку от причала.